Охотник на демонов 2 (СИ) - Шимохин Дмитрий - Страница 50

Она не ответила. Ее золотые глаза смотрели на меня спокойно, без тени страха. Лишь уголки ее губ тронула едва заметная усмешка, которая взбесила меня еще больше.

— Душами я не питаюсь, Александр, — она мягко, почти невесомо, убрала мои руки от стены. Ее прикосновение было легким, но властным, и я инстинктивно подчинился. — В этом можешь быть уверен.

— Хорошо, — сказал я, отступив на шаг назад и скрестив руки на груди, пытаясь вернуть самообладание. Я окинул ее скептическим взглядом с ног до головы, задерживаясь на иссиня-черных доспехах. — Тогда еще один вопрос. У тебя, кроме этого твоего… доспеха, есть хоть что-то, что можно надеть на такое мероприятие? А то в таком виде… — я многозначительно замолчал.

Это была дерзость. Намекать существу ее уровня, отпрыску богини и архидемона, что у нее проблемы с гардеробом.

Но Лиру это, казалось, только позабавило. На ее губах снова появилась та самая загадочная, сводящая с ума улыбка.

— Не беспокойся, Александр, — промурлыкала она, делая шаг назад, в сгущающиеся тени комнаты. — Ты не будешь разочарован.

Ее фигура растаяла в темноте.

— Спокойной ночи, — ее шепот прозвучал уже из пустоты. И она исчезла, оставив после себя лишь легкий запах озона и звенящую тишину.

Я стоял посреди своей комнаты, пропахшей пылью и холостяцкой безалаберностью. Ответ Лиры — «Спокойной ночи» — все еще эхом отдавался в ушах, смешиваясь с гулом крови. Она согласилась. Безумный, отчаянный план сработал. Но теперь… надо бояться другого, чтобы там ее никто не оскорбил, и она не устроил бойню.

Успокоившись, я оглядел свою каморку. Потрепанный диван, шаткий стол, единственный стул. Представить здесь Лиру, существо неземной красоты и мощи, было невозможно. Пригласить ее сюда, чтобы потом ехать на аукцион на такси или, еще хуже, на моем «Цербере»? Абсурд. Провал еще до начала игры.

Нет. Если я собираюсь играть роль богача, мне нужна была соответствующая сцена. Декорации, которые подтвердят легенду, не дадут Вольскому и ему подобным усомниться.

Решение пришло само собой. Холодное, ясное и пугающее своей дерзостью.

Я достал коммуникатор. Пальцы быстро нашли нужный контакт — службу бронирования лучших отелей Империи, Гранд Отель «Астория».

— Люкс. На одну ночь. Имя — Зверев, Александр. Подтверждение брони и счет — на этот номер.

Голос девушки на том конце провода на мгновение дрогнул от удивления, но тут же обрел профессиональную четкость.

— Минуту, господин Зверев… Да, люкс свободен. Бронь подтверждена. Что-нибудь еще?

— Да, — я сделал паузу, собираясь с духом. — Мне понадобится машина на вечер. Представительский лимузин «Держава». Черный. С водителем. Он должен ждать у парадного выхода ровно в восемь. Запишите на мой счет.

— Будет исполнено, господин Зверев. Ждем вас.

Я не стал брать с собой ничего лишнего. Документы. Коммуникатор. Чехол с костюмом я взял в руку. Через двадцать минут я уже выходил из такси перед величественным, подсвеченным сотнями огней фасадом «Астории».

Швейцар в безупречной ливрее с золотым шитьем распахнул передо мной тяжелую стеклянную дверь с почтительным поклоном. Я вошел в мир мрамора, хрусталя и приглушенного шепота роскоши. Огромный холл сиял чистотой, воздух был прохладным и пах дорогим парфюмом и свежими цветами. Я чувствовал себя неуместно в своих джинсах и куртке, но заставил себя идти уверенно, с легкой небрежностью, словно бывал здесь сотни раз.

У стойки регистрации меня встретил старший портье, похожий на адмирала на капитанском мостике — идеально выбрит, в строгом фраке, с непроницаемым лицом.

— Добрый день, — произнес я, кладя на стойку свой паспорт. — У меня забронирован люкс на имя Зверева.

Портье едва заметно кивнул и коснулся сенсорного экрана. На секунду на его лице промелькнуло удивление, когда он увидел статус брони

— Да, конечно, господин Зверев, — его тон мгновенно стал более теплым и уважительным. — Мы ждали вас. Люкс, номер семьсот семь готов. Позвольте завершить формальности. Машина будет подан ровно в восемь, как вы и просили.

Я быстро подписал регистрационную карту. Коридорный подхватил мой чехол с костюмом, и мы поднялись на седьмой этаж в отдельном, отделанном деревом лифте.

Номер… это были не просто комнаты. Это были огромные апартаменты, занимавшие, казалось, половину этажа. Гостиная с настоящим камином, мягкими диванами и панорамным видом на Исаакиевский собор. Столовая с длинным полированным столом. И спальня размером с половину нашего этажа в общежитии, с кроватью, на которой могла бы разместиться вся наша команда. Я медленно обошел комнаты, прикасаясь к полированному дереву, к тяжелому шелку штор, вживаясь в эту новую, чужую реальность. Это было необходимо. Это была часть маски.

Время шло. Я принял долгий горячий душ в огромной ванной, отделанной мрамором. Заказал в номер легкий ужин — салат и минеральную воду. И когда на город начали опускаться сумерки, зажигая огни на куполе собора за окном, я начал свое превращение.

Я одевался медленно, тщательно, каждый жест выверен. Белоснежная рубашка. Идеально отглаженные брюки. Жилет. Галстук, узел которого я перевязывал трижды, добиваясь идеальной формы. Пиджак, который лег на плечи как вторая кожа. Наконец, часы и запонки — подарок Лорана, завершающий штрих.

Я подошел к огромному зеркалу в золоченой раме. Из него на меня смотрел незнакомец. Холодные, внимательные глаза. Жесткая линия скул. Идеально сидящий костюм, который не скрывал, а подчеркивал тренированное тело охотника. В этом образе не было ничего от вчерашнего парня из общаги. Это был человек, привыкший к власти, к опасности, к большим деньгам. Человек, который пришел за своим. Маска приросла. Я вжился в роль.

Глава 27

Глава 27

Я сунул руку во внутренний карман пиджака и достал холодный, гладкий камень амулета, сжав его в кулаке, заставив себя успокоиться, и мысленно позвал ее. «Я готов».

Она просто появилась посреди гостиной, шагнув из тени, которой там не было секунду назад. Я замер, и на мгновение забыл, как дышать.

Лира была… невероятна.

На ней не было доспехов. Вместо них — длинное, облегающее платье из черного шелка, которое, казалось, было соткано из самой тьмы и поглощало свет в комнате. Оно струилось облегая каждый изгиб, а высокий, почти дерзкий разрез до бедра был не вульгарным, а наоборот придавал пикантности.

Ее серебристые волосы, которые я до этого видел лишь спутанными после снятия шлема, теперь были водопадом, свободно падающим на обнаженные плечи и спину. На ее шее тонкой нитью лежало ожерелье из темных бриллиантов.

Но главным были ее глаза. Все те же — расплавленное золото. Она окинула меня долгим, изучающим взглядом с ног до головы.

— Неплохо, Александр, — наконец произнесла она, и ее голос был тихим шепотом, но он заполнил всю комнату.

В ее золотых глазах промелькнуло одобрение. Планка была поднята на нечеловеческую высоту.

— Ты… тоже выглядишь неплохо, — выдавил я, и тут же мысленно пнул себя за банальность.

Она загадочно улыбнулась.

Мы вышли из номера. Я шел рядом с ней по широкому, устланному коврами коридору, и чувствовал, как меняется атмосфера.

В холле портье, который еще утром так вежливо улыбался мне, замер, увидев нас. Его лицо побледнело, и он как-то неловко закашлялся.

Водитель, безликий человек в черных перчатках, уже держал перед нами открытой заднюю дверь лимузина.

Дверь захлопнулась с глухим, мягким хлопком, отрезая нас от шума города. Салон окутал нас тишиной, запахом дорогой кожи и полированного дерева. Город за тонированными стеклами превратился в беззвучное кино. Мы были в своем собственном, изолированном мире.

Наконец машина плавно замедлила ход и свернула с освещенного проспекта в узкий, темный проезд, скрытый за высокой кованой оградой. Мы остановились перед старинным особняком, утопающим в густой зелени частного парка. Его темный силуэт едва угадывался в ночи, лишь несколько окон на первом этаже горели теплым, манящим светом. Здесь не было ярких огней или громкой музыки. Только тишина, престиж.