Регрессор в СССР. Цикл (СИ) - Арх Максим - Страница 368

— А сколько надо?

— Чем больше, тем лучше!

— Надорвётесь.

— Васин, не груби, — одёрнул меня Лебедев.

— Так сколько вы хотели бы получить? — перестав грубить, спросил я.

— На целую большую пластинку у тебя материал есть? Это 40 минут времени. Только нужно, чтобы каждая песня была не хуже тех, что мы уже выпустили. У тебя есть такие?

— Считай, что почти уже есть, — ответил музыкант, ни капли не покривив душой.

— Сколько тебе надо времени, чтобы их записать?

— Если музыканты будут делать всё как я говорю, то дня три-четыре.

— Сколько? Ты шутишь? — искренне удивился Тейлор.

Присутствующая тройка удивлённо переглянулась, а замминистра, подавшись в мою сторону, зашептал мне на ухо:

— Ты что, Васин, такое говоришь? Мы это не обсуждали! Прекрати давать обещания, которые не сможешь выполнить! Твои шутки до добра недоведут! Сейчас не время и не место шутить!

— Мне не до шуток! — отрезал я. — У меня сроки, — и видя непонимание, — мне фильм надо до снега успеть снять. Хотя бы первые сцены. У меня там Главный Герой голый вначале фильма ходит. Как бы не замёрз.

Повисла тишина.

— Стоп! Стоп!! Какой ещё фильм? О чём вы вообще говорите?! — влез в разговор мидовец-комитетчик.

— Ты уверен, что за такой короткий срок ты сумеешь записать качественные песни? Такие, чтобы они не только окупились, но ещё и прибыль принесли.

— Естественно да! — хлопнув ладонью по столу, заявил музыкант и сразу же перешёл к делу. — Какого стиля будем писать песни? Для женского или мужского вокала?

— Я не знаю насколько хороши песни для женского голоса. Для мужского у тебя получились хиты, поэтому давай для мужского, чтобы уж наверняка попасть в яблочко.

— Это неправильно. Многим нравятся женские голоса, поэтому хрен с тобой, маза фа#@, заключай договор на две пластинки.

— Стойте, дайте сказать, — попытался влезть в разговор замминистра.

— Сказать? Сказать — это «сэй» по английский… — задумчиво произнёс я, и попробовал произнести это слово пару раз, задумчиво глядя в потолок: — Сэй, сэй, сэй.

— Да, сказать…

— Сэй… сэй… сэй…

— Дайте сказать!..

— Сэй-сэй… сэй- сэй…

— Я говорю!! Сэй! — заорал хозяин кабинета.

— Тихо! — тут же заорал я и всё также глядя в потолок запел… — Сэй ит райт, сэй ит олл, — после чего рявкнул: — быстрее тащите гитару! Я, товарищ Мячиков, благодаря Вам супер шлягер придумал. Гитару мне!

— У нас нет в министерстве культуры никаких гитар, да и вообще музыкальных инструментов, — ошарашенно глядя на меня, произнёс помощник министра культуры.

— Плохо, — констатировал я, запев отбивая при этом ритм по столу и коленкам.

https://www.youtube.com/watch?v=6JnGBs88sL0 — Nelly Furtado — say it right

Ровно через три минуты пятьдесят четыре секунды я закончил петь и посмотрел на ошарашенно глядящих на меня людей после чего произнёс: — Ну вот, ещё одна песенка для женского голоса есть. Вам понравилось? — и не дожидаясь ответа, — тогда дайте пожалуйста мне клочок бумаги я слова и ноты запишу.

Нужно ли говорить, что все присутствующие были поражены спектаклем, который я разыгрывал. О правдоподобности же действа говорил тот факт, что даже продюсер казалось был поражён увиденным, хотя он был вкурсе запланированной мной демонстрации своего таланта.

Я записал на предоставленный листок текст с нотами и застыл, глядя на исписанный листок. В кабинете стояла тишина, которою через две минуты решился нарушить хозяин кабинета.

— Саша, это ты так свои песни придумываешь? — негромко, словно боясь потревожить атмосферу, проговорил он.

— Иван Сергеевич, подождите. Мне кажется, меня сейчас посетила муза. Неплохо было бы найти нам какой-нибудь инструмент.

— Ну если ты так песни придумываешь, ты просто герой — гений, — вытирая платком пот со лба, произнёс Тейлор отлично играя свою роль, которую мы с ним обговаривали в гостинице Еревана, хотя мне всё больше и больше казалось, что он и впрямь поражён. И я решил зацепиться за последнее высказанное им слово, дабы усилить эффект, решив действительно произвести сильное музыкальное впечатление на продюсера.

— Не надо гения! Не надо нам никаких гениев!! Мы сами с усами! Как вы сказали — герой? Правильно! Ура! — закричал пионер, тем самым всполошив всех солидных господ и товарищей.

— Тихо, тихо! Саша! Успокойся! Что случилось? — зашипели мне сразу со всех сторон, но я не обращал внимания.

— Правильно, мистер Тейлор! Нам нужен герой! Именно, что герой, который всех спасёт! — кричал я, изображая из себя сумасшедшего поэта в период психического расстройства, связанного с посещением музы. Достал из кармана двадцать пять рублей, протянул их заместителю министра и произнёс: — Иван Сергеевич, не в службу, а в дружбу, пошлите пожалуйста кого-нибудь в ближайший музыкальный магазин за любой гитарой и пусть на обратном пути зайдёт в продуктовый и купит печенье или торт к чаю. Смотрите люди! Только что родилась очередная великая песня для девичьего голоса, — и сунув в руки, открывшего было рот, хозяина кабинета четвертной быстро сел на ближайший стул и застучав ладонями по зелёному сукну стола запел.

https://www.youtube.com/watch?v=bWcASV2sey0 — Bonny Tyler — Holding out for a hero

Естественно пел я частично «рыбу», то есть части текста заменяя на: «на — на — на…», ведь я пел не домашнюю заготовку, а «придумывал» новую песню.

Замминистра мою финансовую помощь Министерству культуры СССР категорически отверг, решив купить гитару на свои. Таким образом уже через пол часа мы всей гопкомпанией пили чай, а я подбирал правильные аккорды к двум песням часто советуюсь при этом, то с товарищем Мячиковом, у которого оказался прекрасный музыкальный слух, то с ошарашенным таким движняком псевдомидовцем Лебедевым, то с удивлённым Тейлором, у которого этот слух должен был быть по определению, ибо его профессия музыкального продюсера обязывала в этом времени хотя бы немного понимать в музыке и отличать ноту «до» от ноты «после».

Такая демонстрация всем понравилось и Тейлор перешёл к сути своего визита, из которой следовало, что он хочет предложить контракт исполнителю Саше Васиину. Наша делегация попросила озвучить условия, и американец их озвучил, после чего в среде нашей делегации наступило оцепенение.

Американец предлагал министерству культуры СССР два варианта контракта.

Первый — Минкульт своими силами делает запись двенадцати песен, передаёт оригинал записи Тейлору и получает пятьдесят процентов от прибыли с выпущенных пластинок.

Во втором же варианте, Васин едет в США, записывает всё там. В таком случае минкульт получает сорок процентов от прибыли.

— А сколько пластинок Вы собираетесь выпустить? — поинтересовался Лебедев.

— Сейчас ещё говорить об этом рано, ведь мы не слышали материал и судить по нему можем лишь из песен, которые мы сейчас тут придумали, но если композиции будут такие же, как и предыдущие, то минимальный тираж будет два миллиона экземпляров.

— В валюте, — негромко произнёс представитель «Госконцерта», который всё время ведения переговоров молчал.

— Итак господа, к чему мы пришли? — выдержав небольшую паузу сказал Тейлор не обратив внимание на последнюю фразу. — Я вижу, что наш проект уже сейчас начинает набрать обороты и сегодняшняя демонстрация меня и моих компаньонов ещё раз убедила в правильности нашего выбора. Предлагаю не оттягивая заключить контракт прямо сейчас.

— Мистер Тейлор, прямо сейчас мы не можем дать вам никакого ответа, оставьте пожалуйста координаты, где Вы остановились и с вами свяжутся в ближайшее время, — произнёс хозяин кабинета.

— Договорились, но вы же понимаете: время — деньги. Чем быстрее мы запишем — тем быстрее выпустим пластинки. Соответственно, быстрее получим прибыль и сможем инвестировать в фильм, — сказал американец и при этих его словах представитель минкульта сильно закашлялся. Подождав пока тот чуть придёт в себя, продюсер продолжил: — Может ли для убыстрения дела помочь звонок из нашего посольства мистеру Громыко?