Регрессор в СССР. Цикл (СИ) - Арх Максим - Страница 625

Этого допустить было нельзя! Девизом в этом деле служила фраза: «Правдоподобность — наше всё!» И именно её я вновь стал навязывать творческому коллективу, который как мне показалось, и так всё прекрасно понимал.

Поинтересовался, нужна ли им какая-нибудь помощь?

Те ответили, что в общем-то нет и что у них, вроде бы как, всё есть.

Удивился и на всякий случай поинтересовался, сколько человек работает над проектом?

Оказалось — шесть.

Чуть подумал и решил усилить, невзирая на неубедительные просьбы этого не делать:

— Да мы и так всё сделаем. Не волнуйтесь.

— Хуже не будет, — сказал я и прям из их мастерской позвонил товарищу Мячикову. Объяснил ситуацию и попросил поспособствовать — временно командировать в помощь студии Горького специалистов (художников-кукольников и скульпторов) с киностудии «Мосфильм».

Тот, где-то минут через пять понял, о чём идёт речь и пообещал сделать всё, что в его силах.

Я поблагодарил, попрощался и набрал номер второго секретаря МГК товарища Хмелькова.

Тот был тоже на месте и когда меня с ним соединили, я в первую очередь поинтересовался, просмотрел ли его шеф фильм «Папа»? И если да, то какова была его реакция?

— Нет, Саша. Пока не смотрел. Но ты не беспокойся. В ближайшие дни он её обязательно увидит. Я не сомневаюсь, что картина ему понравится не меньше, чем она понравилась всем нам, — обнадёжил меня второй, поинтересовался успехами и, пообещав позвонить, повесил трубку.

Решив, что на этом телемосты на сегодня пора заканчивать, попрощался с удивлённо смотрящими на всё это мастерами и, позвав ребят, пошёл на выход.

— Ну что, милые мои. Погнали «дедморозить»? — задал я вопрос своей свите, когда мы вышли на улицу.

— Думаю да. Сейчас, наверняка, уже многие с работы и учёбы домой пришли, — согласилась со мной рыжуха.

— Кстати, Юля, я вот что спросить тебя хотел…

— ?..

— Вот я — дед Мороз, — ткнул в себя пальцем. — Ты — моя внучка — Снегурочка. Я правильно говорю?

— Да, — согласилась Снегурочка.

— Тогда вопрос: а вот Сева тогда кто? Кем он нам приходится? — и, повернувшись к объекту обсуждения: — Товарищ, Вы кем будете?

— Я? — растерялся тот.

Красавица на пару секунд задумалась, внимательно осмотрела жениха с ног до головы и неуверенно предположила:

— Серый зайчишка-братишка?

— Кто? — удивился я от неожиданности, а потом, поняв, что она сказала, рассмеялся. И было от чего. В виду того, что на пробной съёмке «Хищника» Савелий бегал в костюме белочки на отлично, то можно было смело предположить, что и роль зайца в новой пьесе ему так же по плечу.

— Да, вы чего, — видимо уловив те же ассоциации, насупился тот и неожиданно аргументировал своё недовольство: — Где я уши-то такие длинные возьму.

— И действительно, — ахнула красавица.

— Гм, — задумался фельдмаршал, почесав нос.

«Без ушей заяц не заяц — однозначно. Но, в общем-то, вопрос решаем. Нет, я не предлагаю нашему водителю оттянуть уши. Я предлагаю другое — раз уж мы находимся у киностудии, то неужели тут на складах не найдётся необходимой нам атрибутики? А с ней подарки детям дарить всяко лучше, нежели без оной — более аутентично, ха!»

Не стал ничего объяснять ребятам, а лишь кивнул в сторону здания, которое мы только что покинули и скомандовал:

— Возвращаемся.

Через полчаса из проходной киностудии на улицу новогодней Москвы вышли три сказочных персонажа: дед Мороз, Снегурочка и…

— И как я в этом машину поведу? — сказал Снеговик и под удивлёнными взглядами прохожих стал усаживаться на место водителя в свой автомобиль «Волга 21».

Ну да, ну Снеговик, а что тут такого-то? Костюм Лешего нам не подходил из-за своей корявости, костюм кикиморы болотной по той же причине, пчёлка-веселушка не понравилась из-за дизайна, облик слона не подошёл из-за габаритов, а от костюма белочки друг Савелий сам наотрез отказался, по неизвестным нам со Снегурочкой причинам.

Другого выбора «прям сразу и побыстрее» нам предложить не смогли.

Поэтому носа воротить мы не стали. Пришлось арендовать на один день только такие варианты. Собственно, мы и за них были очень благодарны ответственному кладовщику, и я наградил того червонцем.

Прикинув по карте, где мы находимся, определили оптимальный маршрут нашего передвижения. Получалось, что первым на очереди становился наш лидер группы.

Поехали. Всю дорогу Сева что-то бубнил себе под нос и был крайне задумчив. Вполне вероятно, думал, нафига он не снял костюм, перед тем как сел за руль. И что, на весь это бедлам, скажет инспектор ГАИ, если нас остановит для проверки документов и увидит, что к нему на встречу выходит снеговик.

Я же размышлял над тем, что дарить только плееры, на мой взгляд, для истинного праздника было несколько «суховато». Поэтому попросил снежного человека тормознуть и посетил по очереди пару государственных учреждений. В почтовом отделении купил двадцать конвертов, а в находившемся неподалёку гастрономе, двадцать килограмм шоколадных конфет, расфасовав их по килограммовым кулькам.

Таким образом и без того щедрый для этих времён подарок, начал играть новыми — воистину новогодними красками.

Антон

<…>

— Ну, ребята! Ну вы даёте!! — смеясь в очередной раз, произнёс тот. — Я когда дверь открыл, то чуть в штаны не напустил. Аха-ха!

— Мы очень рады, что ты не сразу нас узнал, — поддержала его смех своим весёлым смехом Снегурочка.

— Да, как же вас узнать в таких нарядах? — потрепал он снеговика по плечу. — Совершенно не узнать! Особенно тебя, — он подёргал дед Мороза за бороду, — маленький заводила! — и вновь засмеявшись: — Признавайся — это ведь была твоя идея?!

— Общая, — скромно ответил дед Мороз.

— Его! Его! — спалили меня внучка и изделие из снега.

— Ябеды, — констатировал всеми любимый дедушка.

— Так что же мы стоим в коридоре. Проходите в комнату. Я только с работы пришёл. Сейчас стол накрою, — не переставая улыбаться, стал зазывать наш друг.

— Нет, спасибо, Антон, — и, дабы не дать развиться новой дискуссии, поднял ладонь вверх. — Нам некогда. Нам ещё по нескольким адресам проехаться надо.

Сказав эти слова и не дав ответить, сразу же перешёл к стандартному поздравлению. В нём пожелал лидеру нашего ансамбля счастья, удачи, здоровья и всего самого хорошего.

В конце поздравления Снеговик, по моему жесту, достал из мешка плеер, Снегурочка конверт, в котором лежали деньги, дед Мороз килограмм конфет, завёрнутых в кулёк из фасовочной бумаги, и мы, все вместе, протянув их хозяину квартиры, дружно выкрикнули:

— Поздравляем с Новым годом! Ура!

— Ура! — поддержал нас улыбающийся друг и, приняв в руки подарки, спросил: — Что это?

— Неужели ты не видишь? Это необходимые вещи, которые сделают твою жизнь более счастливой. Ровно такой, как мы тебе до этого, только что, пожелали. Неужели ты забыл? — искренне — по «дедморозовски», выкрикнул я.

— Нет, но что это? — повторил тот замявшись.

— То, что я тебе подарил — это конфеты — они сделают твою жизнь сладкой, — стал пояснять бородач. — То, что подарил Сева, в смысле — Снеговик — это плеер, он сделает твою жизнь весёлой. А то, что подарила Снегурочка, поможет сделать твою жизнь более лёгкой. Остальное же зависит только от тебя.

— Во загнул, — усмехнулся тот, посмотрел на подарки и положил их на полку стоящего у стены шкафа. А потом, видимо проанализировав последнюю фразу, ухватился за неё и крикнув: — Плеер?! — схватил коробку, и принялся освобождать её от газет, в которую она была обёрнута. И уже через секунду он громко выкрикнул: — Действительно плеер!! Ой, ребята! Плеер! Ой, спасибо! Спасибо!!

Обнимать нас, благодарить, прыгать и скакать он перестал лишь только спустя пять минут.

Немного угомонившись, не выпуская заветную и сверхновую в этом времени вещь, отдышавшись, произнёс: — А что там ещё? Конфеты?

Мы подтвердили и он, раскрыв кулек, поблагодарил нас, сказав, что такие конфеты очень любит его жена Лада, которой, к сожалению, сейчас нет дома: