Южная пустошь 7 (СИ) - Цветкова Алёна - Страница 91

— Нет, Ирха, у тебя не получится. Запомни, — Фиодор заглянул ей в глаза, — власть это не привилегия, это тяжкий груз. И если ты взвалила его на себя, то тебе и отвечать. А если бросишь ношу на половине пути, она упадет на кого-то из твоих близких, и им придется тащить на себе двойной груз. Если бы я понял эту истину раньше… Не повторяй моих ошибок…

Приказ Ирхи Жерен ощутил едва боевые укрепления оказались за горизонтом. Недовольно поморщился. Фиодор в последнее время все чаще огорчал его, принимая слишком поспешные и необдуманные решения. То ли Елька слишком сильно оберегала пацана, не давая повзрослеть, то ли корона давила ему на голову…

Вот и сейчас. То он приказывает тотчас отправляться в путь, не дожидаясь, когда будущая королева придет в себя и обрушит весь свой гнев на его голову. То через Ирху велит немедленно вернуться.

А он, что собачка бегать туда-сюда⁈

И ведь не откажешься… Воля Наследника Древних Богов не даст.

Больше года назад, когда стало известно, что в Ясноград вот-вот приедет Великий отец, Жерен сразу смекнул, что жизнь Фиодора под угрозой. Вряд ли проклятый маг станет терпеть рядом с собой того, кто по праву рождения должен править на этой территории… Тем более, что король и королева во всеуслышание объявили, что очень скоро у них родится наследник. Зачем Фиодор пошел на поводу у Живеллы, если точно знал, что не может быть отцом ее ребенка? Сам Фиодор так и не смог ответить ему на этот вопрос.

И теперь не имело никакого значения, его ребенок в утробе королевы или нет… Теперь, вообще, не имело значение беременна королев на самом деле и нет. Великий отец мог бы выдать за наследника Фиодора любого младенца. И магия помогла бы ему закрыть глаза тех, кто должен был следить за чистотой крови королевской династии.

Жерен тайком пробрался в королевский замок через тайные подземелья, которые ему открыла Елька много лет назад. Ему не удалось убедить Фиодора, что оставаться в замке небезопасно. И тогда он просто усыпил его порошком из измененной Сон-травы, и с помощью Михи и Сирги вынес из замка.

Ох, и крику-то было, когда «похищенный» король очнулся… Будь на месте Жерена кто-то другой, то не поздоровилось бы бедняге. К счастью, Фиодор еще не забыл, как дядька таскал его на руках, когда он был Лушкой.

Но силу Дара Древнего Бога Жерен ощутил сполна…

Потому и вез сейчас сомлевшую принцессу. Иначе заставил бы Фиодора привести девицу в чувство и поговорить, рассказать, что Елина не предательница, что поступила она так только для того, чтобы уничтожить самого Великого отца.

Да, и слово свое нарушать негоже. Коли пообещал, что может Лирия оставаться в укреплениях до тех пор, пока будет относительно безопасно, так то и исполнить изволь. А потом, он лично сопроводил бы ее высочество в Цитадель. Не потому что Фиодор приказал, а потому что этого бы хотела Елька…

Жерен вздохнул. В груди глухо и больно ныло сердце, беззвучно оплакивая смерть самого близкого, после Селены и детей, человека…

— Ну, что, ваше высочество, — кивнул он, застывшей в седле амазонке, — поехали обратно. Кажется, наш король маленько одумался…

Глава 46

— Лирия, — Фиодор с отчаянием смотрел на свою будущую жену, — неужели ты не понимаешь⁈ Мы можем сделать так, чтобы наш ребенок нес в себе ее душу!

— И ее судьбу тоже! — Лирия с трудом сдерживала свой гнев. Она страшно злилась на короля за то, что тот применил к ней Дар Древних Богов. Но куда большую ярость вызывало то, что он собирался сделать с их ребенком. — Ты хотя бы представляешь, через что ей пришлось пройти⁈ Как можно осознанно желать подобной судьбы своему ребенку⁈

— Какой судьбы⁈ Неужели ты думаешь, что все может повториться? Что меня убьют и ей снова придется бежать с младшим братом? Лирия, любимая, все будет не так! Судьба Елины — быть королевой Грилории! И так и будет! Наш ребенок станет наследником или наследницей трона!

Фиодор нервничал. Он больше переживал, что Лирия будет злиться за то, что он применил к ней свой дар. Он готовился к тому, что придется долго извиняться, корить себя и обещать никогда не поступать с ней таким образом. Но принцесса внимательно выслушала его извинения и рассказ о том, что на самом деле сделала Елина. И ничего не ответила. Молча взяла запасной кинжал, привязала к рукояти длинную алую ленту и отправилась тренироваться.

Вернее, хотела отправиться тренироваться, но Фиодор преградил ей путь и поведал вторую часть истории. О том, что Боги готовы помочь Елине родиться снова. И оказался совсем не готов к категорическому отказу.

— Лирия, — он попытался обнять невесту, но она ловко увернулась, оказавшись за его спиной. — Если ты согласишься, я сделаю для тебя все, что ты хочешь! Я обещаю!

— А твоим обещания разве можно верить? — Она фыркнула. — Ты обещал не применять ко мне свой Дар, ты обещал, что не будешь настаивать, чтобы я уехала, пока здесь не станет слишком опасно. И что из этого ты исполнил, Фиодор⁈

— Лирия, пожалуйста! Я тебя очень прошу, — взмолился он. — Я понимаю, вы ненавидели друг друга, но я-то люблю вас обоих! И это же хороший шанс забыть про взаимную неприязнь и стать по-настоящему одной семьей!

Лирия уже почти покинула их крошечный походный шатер, который стал их приютом с того самого момента, как они уехали из лагеря в Южной пустоши, обернулась. Взглянула на жениха, смотревшего на нее с мольбой…

— Лирия, — выдохнул он, — пожалуйста…

— Я ненавидела ее, — кивнула она, — а она ненавидела меня. Ты прав. Но, Фиодор, эта ненависть никогда не мешала нам уважать друг друга. И только поэтому я осталась с тобой, а не уехала навсегда, как обещала. Я была не права, когда обвинила Елину в предательстве. Однако, это не значит, что я готова к тому, что ребенок, которого я ношу под сердцем, станет ею. Я не хочу ему ее судьбы. И я не хочу, чтобы наш сын, или дочь ненавидел меня только потому, что ты пожелал дать Елине вторую жизнь.

— Лирия! Все будет не так!

— Никто не знает, как все будет на самом деле Фиодор. — Мотнула головой Лирия. — Я понимаю, ты хочешь исправить свои ошибки, снять с себя чувство вины за ее смерть.

— А ты⁈ — перебил он ее. — Ты не хочешь⁈

Но Лирия сделала вид, что не услышала его. И продолжила тем же тоном, отвечая, однако, на вопрос.

— И, возможно, в какой-то степени я тоже хотела бы все исправить… Если бы это не касалось моего ребенка и его будущего.

И не дожидаясь, когда он скажет еще что-нибудь, Лирия стремительно вышла из шатра, оставив короля одного.

Фиодор тяжело вздохнул и обессиленно рухнул на широкий топчан, заменяющий им роскошное супружеское ложе королевских покоев.

По большому счету отказ Лирии ничего не менял. Он ни за что не откажется от идеи вернуть ее к жизни.

— Послезавтра на рассвете мы уходим, — Агор прибыл в «крепость» на закате. Король снова встречал его на берегу вдвоем с Антосом. — Большинство магов приняли мое главенство. Теперь я Отец. Завтра мы запалим погребальные костры. И потом отправимся домой. Нам надо устраивать жизнь по новым правилам.

Он несколько часов крутился, как уж на раскаленном песке, решая одновременно сотни вопросов. Начиная от того, как заставить магов принять смерть Великого отца и свое главенство, как убедить их вернуться, как сделать так, чтобы тех, кто примет иное решение осталось как можно меньше и, и заканчивая тем, чем накормить всех на ужин… Обычно такие мелкие вопросы решались на местах, но сегодня маги были слишком ошеломлены случившемся и вели себя, как малые дети.

С другой стороны заботы не оставляли ему времени думать о ней. И вспоминать…

К вечеру жара сменилась легкой прохладой. И Агор наслаждался покоем, и одновременно ждал, что боль, которую он ощутил, когда понял, что произошло, и которая застыла зажатая навалившимися на него заботами, вернется.

— Вы можете остаться, — Фиодор смотрел падающее за горизонт солнце. По его лицу без всякой магии можно было прочесть, как сильно он расстроен. И даже как будто бы раздосадован. — Вернее, я даже настаиваю, что маги должны помочь нам освободить наши города от магов Великого отца…