Непримиримая одержимость - Анис Дрети - Страница 42

Не дав себе шанса передумать, я приподнялась на цыпочки. Дрожащими руками я обхватила его за шею и потянула голову вниз. Его взгляд, выражавший не что иное, как шок, встретился с моим. Я думала, он оттолкнёт меня. Вместо этого он замер. Ободрённая, я коснулась его губ своими, даря ему свой первый поцелуй.

Мир на мгновение перевернулся. Его губы были мягче, чем я ожидала, контрастируя с резкими линиями челюсти и сдержанным спокойствием в глазах. По мне пробежал разряд тока, внезапный жар, который собрался в груди и разлился к кончикам пальцев. Каждый нерв был напряжен, каждый удар сердца отзывался в тишине, исходящей от него. Мимолётный поцелуй оставил меня бездыханной, и так же внезапно всё закончилось.

Мои щёки пылали, когда я отстранилась, чтобы оценить его реакцию. Бурные голубые глаза пристально смотрели на меня. Он сейчас оттолкнёт меня, я просто знала это, и приготовилась к его отказу.

О Боже. Что я наделала? Если бы не три двойных порции водки в моей крови и не паника из-за страха умереть в одиночестве, я бы никогда не совершила ничего столь глупого.

Чувствуя себя идиоткой из-за своей импульсивности, я уже начала опускать руки, но Дэймон ошеломил меня, схватив их. Он вернул их обратно на свою шею.

Мой рот открылся от изумления.

Голова кружилась от алкоголя, и я покачнулась, а может, всё дело было в том, как он на меня смотрел. В его взгляде пылала похоть, когда он одной рукой обнял меня за талию. Это было единственное предупреждение перед тем, как его губы обрушились на мои.

Мир перестал существовать. Сердцебиение гремело у меня в ушах, и даже кончики пальцев пульсировали от прилива крови ко всем частям тела. Его губы на мгновение оторвались от моих, и я уставилась на него широко раскрытыми глазами, совершенно завороженная, без единой связной мысли в голове. Почти незаметно он начал опускаться снова, давая мне пространство. Мы были идеально настроены друг на друга; он знал о моём невидимом барьере и о том, как трудно мне даются прикосновения. Но ему не о чем было беспокоиться. Это правило существовало для всех, кроме него.

Дэймон замер в нескольких миллиметрах от моего рта. Когда я не запротестовала, он сократил расстояние между нами. Наши губы встретились с той же сокрушительной силой, и он притянул меня ближе, моя грудь прижалась к его. Я отчаянно цеплялась за его белую рубашку, боясь потерять равновесие и улететь прочь.

Годами Дэймон отвергал мои чувства. Почему вдруг он заинтересовался мной? Я не понимала этой перемены, но думать над ответом не было возможности – не тогда, когда он целовал меня так, будто от этого зависела его жизнь.

20.Кайден

Наши губы столкнулись, хотя я всё ждал, что она опомнится от того, что на неё нашло сегодня вечером. Но когда я подумал, что Роза оттолкнет меня, она притянула меня ближе. Положив одну руку мне на грудь, другой она обвила мою шею и наклонилась вперёд.

В ушах звенело от её запаха. Поцелуй становился всё более неконтролируемым: я скользнул языком по её нижней губе, а затем опустился к шее.

— Твоя кожа… черт. На вкус просто божественно, — прошептал я у её ключицы.

Мое дыхание было тяжелым, как у человека, смакующего последнюю трапезу. Задыхаясь напротив её шеи, я понимал, что моё самообладание разлетелось в клочья. Я нежно прикусил её шею, когда она не отстранилась.

Черт, мне это было нужно, и все же этого было недостаточно.

Я жаждал большего.

Внезапно Роза дёрнулась, хотя я удержал её, прежде чем она успела полностью вырваться. Однако, не похоже было, что её испугал я – глаза Розы были прикованы к лестнице. Я проследил за направлением её взгляда. Сверху доносился шум, и это вернуло её к реальности.

Черт, от неё невозможно было оторваться. Я был полностью поглощён ею и не слышал ничего вокруг. Но теперь слух вернулся ко мне, и, судя по всему, ситуация накалялась.

— Ты такой урод.

— Ты знаешь, кто мой отец?

— Ты пьян.

— Нет, ублюдок. Это ты пьян.

Меня охватило раздражение. Я понятия не имел, как долго мы стояли здесь, но за последние пять минут мы пришвартовались, и несколько студентов затеяли драку. Нужно было остановить их.

Я отпустил Розу. Она избегала зрительного контакта, пока я изучал её лицо. Возможно, она была пьяна, и я перешёл границы. В конце концов, я её профессор, и это можно было расценить как злоупотребление положением.

Но, черт возьми, мне было всё равно. Последние несколько недель стали испытанием терпения, которым я не обладал. Соблюдение дисциплины сейчас было наименьшей из моих забот. Роза сдалась, и это было единственным подтверждением, в котором я нуждался.

— Оставайся здесь, — приказал я. — Мне нужно подняться наверх и разобраться.

Я собирался выгнать тех, кто нас прервал. Я наконец получил её, а эти титулованные ублюдки пытались всё испортить.

Она кивнула, уходя в себя.

— Мы поговорим, когда я вернусь.

Снова кивок. Я поднялся по лестнице, бросив на неё последний взгляд через плечо.

Наверху я быстро оценил ситуацию. Мы причалили, и два пьяных идиота устроили спор о том, кто сойдёт на берег первым. Мне следовало выбросить обоих за борт и решить проблему.

С другой стороны, драка подтолкнула остальных покинуть вечеринку раньше. У трапа собралась толпа, пока два охранника выводили виновников с палубы.

Я распорядился, чтобы команда вернулась для уборки завтра (не хотел, чтобы нам снова кто-то помешал), и спустя десять минут мне доложили, что все гости покинули яхту. Когда я спустился вниз, там стояла подозрительная тишина.

— Роза, — позвал я.

В ответ – молчание.

Черт.

Роза сбежала.

Я хлопнул дверью президентского сьюта суперъяхты – двухуровневой комнаты со спальней наверху. Я был в ярости. В самой настоящей, блядь, ярости. Я разговаривал с экипажем меньше десяти минут, и Роза воспользовалась моментом, чтобы сойти вместе со всеми остальными.

Какого дьявола.

Мне захотелось швырнуть что-нибудь через всю комнату, чтобы выпустить пар, например, лампу, но всё было прикреплено к стене или полу на случай волн в море. Я не мог поверить, что Роза сбежала.

Я влетел в спальню наверху, включил настольную лампу… и застыл.

Отлично. Просто великолепно.

Под одеялом на кровати лежала женщина, повернувшись лицом от меня. Мне не нужно было присматриваться: всё было очевидно – очередная студентка решила меня соблазнить. В прошлом семестре одна девушка пришла ко мне в кабинет после занятий голой. Семестром раньше голая студентка загнала меня в угол в туалете на другом мероприятии.

Когда это закончится? Угрозы отчислением больше не помогали.

Я повернулся к кровати спиной и процедил:

— Убирайся.

Она простонала, и я услышал шорох простыни, а затем её шаги. По крайней мере, у неё хватило ума прислушаться к моим словам.

Но прежде чем я успел порадоваться маленькой победе, две руки обхватили меня сзади, а голова уткнулась в спину.

Боже, как же я ненавидел вечеринки, этот университет и всё дерьмо, связанное с избалованными студентами. Я схватил её за запястья, уже готовый сорвать их с себя и вытащить девушку из комнаты, как она заговорила.

— Комната кружится.

Это была та самая хриплая мягкость в голосе, знакомая и неоспоримая. Я резко обернулся, и мои глаза расширились, когда я увидел, кто стоит передо мной. Я всмотрелся в её лицо, поражённый тем, что она действительно здесь.

— Роза. — Я схватил её за локоть.

Роза безмятежно стояла передо мной с широко раскрытыми глазами.

Неверие в то, что у этой малышки хватило наглости пробраться в мою спальню, поглотило меня. Да, мы целовались, и я указал на свои апартаменты, но даже в самых смелых своих фантазиях я не ожидал, что она заберётся в мою кровать. Это было так не похоже на Розу, что я принял её за другую.