Как приручить джигита (СИ) - Истомина Аня - Страница 2

Сделав себе кофе с молоком, выпиваю его залпом. Телефон прерывает мое одиночество громкой трелью.

Вздыхаю.

– Да, – отвечаю не очень дружелюбно, потому что мне не нравится то, что Дамир постоянно появляется возле меня. Злит то, что четких претензий к его поведению у меня нет и я не могу найти повод, чтобы жестко отбрить его. Он мне просто не нравится. Молчаливый, улыбчивый. Кто знает, что у него на уме?

– Юля, – радушно отзывается Дамир в трубке, – я подъехал. Спускайся.

Снова вздыхаю и молча сбрасываю вызов.

Придется посмотреть своим страхам в лицо.

Если я с ним переспала, то пусть это будет мне уроком на будущее за мою ксенофобию. Понимаю, что нельзя всех грести под одну гребенку, но ничего не могу поделать с собой, когда вижу мужчин его национальности.

Я еще помню прошлое, где они творили беспредел и оставались безнаказанными.

Накидываю пуховик, натягиваю удобные кроссовки и вызываю лифт. Возвожу глаза к потолку.

Господи, если мы с Дамиром не переспали, если он не надругался надо мной пьяной, я обещаю тебе начать терпимее относиться к мужчинам с Кавказа. Клянусь.

Спускаюсь на улицу и тут же напарываюсь взглядом на шикарный белоснежный внедорожник с наглухо затонированными стеклами. Сквозь закрытые окна слышится громкая клубная музыка. Иду в его сторону.

Эта машина очень выделяется в нашем дворе своей дороговизной, а Дамир, как я поняла, достаточно богат, чтобы такую себе позволить.

Интересно, откуда у него деньги? Может, он наркобарон? Чем еще могут заниматься кавказцы? Оружие на черном рынке продавать? Контрабандой какой-нибудь.

Явно заметив меня, Дамир делает музыку потише и вылезает из машины.

Смотрю на него – высокого, широкоплечего, статусного. Он стоит в распахнутой дубленке из тонкой светлой кожи, которая оттеняет его восточную красоту. Выглядит, как кинозвезда.

– Привет, Юля, – сдержанно улыбается он, опустив глаза на секунду, а потом стреляет ими так горячо, что я невольно краснею даже несмотря на то, что мне он совершенно не нравится.

Что ответить? ЗдравствуйТЕ или просто привет? А как он отреагирует на салам?

– Привет, – опускаю глаза, вспоминая, что вообще-то я по делу здесь. Сцепив руки в замок, медленно растираю пальцы и не знаю, куда себя деть.

Вот он сейчас отдаст мои трусы. И? Сказать спасибо, что сохранил? Спросить, как этот фокусник умудрился их с меня снять? Как аккуратно выведать у него информацию о том, было ли что-то между нами?

– Залезай в машину, замерзнешь, – командует он и, пока я отказываюсь и убеждаю его, что мне тепло, открывает дверь и терпеливо ждет.

Замолкаю, потому что мои слова не приносят ровно никаких результатов. Дамир качает головой, будто не понимает меня, а мне не хочется развлекать соседей. У нас половина дома – сплетники, каких свет не видывал, поэтому я все же быстренько забираюсь в его танк, который заслоняет собой половину улицы.

Дамир садится за руль и достает пакет с заднего сидения, протягивает мне.

– Спасибо, – заглядываю в него и облегченно вздыхаю.

В пакете лежат мои сапоги. Видимо, вернулась я домой в туфлях. А вот трусов в пакете нет, и вопрос, где они, остается открытым. Но, не могу же я спросить у Дамира про это открытым текстом!

– Как ты себя чувствуешь? – мужчина смотрит на меня прищурившись, но я вижу, что за этим взглядом прячется плохо скрываемое веселье.

Начинаю подозревать, что одними потерянными трусами я не ограничилась и единственная возможность избежать сейчас неловкости – сбежать. Я готова узнать правду от подруг, но не от него.

– Спасибо, хорошо, – натягиваю фальшивую улыбку, потому что на самом деле меня, кажется, начинает отпускать и теперь внутренности немного потряхивает. – Я пойду. Всего доброго.

– Подожди, Юля, – улыбается Дамир и его машина плавно трогается, – а как же долг?

Глава 3. Снежинка

Первые несколько секунд просто ошарашенно молчу и перевариваю его слова.

Какой такой долг? Что я могла такого сделать, что оказалась в долгу у этого богача? Надо было всё же посмотреть видео, которые присылали девочки. Может, они бы приоткрыли мне завесу тайны, что окутывает вчерашний вечер.

– Я с собой и кошелёк не взяла, – аккуратно произношу, коротко взглянув на Дамира.

– Он тебе не пригодится, – усмехается он. – Ты не против, если я сделаю музыку погромче?

– Нет, – отворачиваюсь к окну и кусаю губу.

Интересно, если ему не нужны деньги (которых, к слову, у меня всё равно нет), то о каком долге может идти речь?

– А куда мы едем? – снова поворачиваюсь к нему.

Дамир хитро щурится и широко улыбается своей белозубой голливудской улыбкой.

– Пусть это будет сюрприз, – наконец выдаёт он, качнув головой.

С сегодняшнего утра я вообще не люблю сюрпризы! И мне совершенно не нравится то, что сейчас происходит!

А ещё меня очень сильно смущает, что этот горячий кавказский мужчина ведёт себя так, будто имеет право распоряжаться моим временем и решать, что мы будем делать вместе.

Очень хочется спросить у него, что вчера произошло, но мне безумно стыдно признаться, что я нахрюкалась до такой степени, что у меня отшибло память. А если между нами что-то было, а я этого не помню, то это вообще позор! В его ауле меня бы камнями закидали за такое.

– Я надолго не могу, мне нужно к сыну, – хватаюсь за единственную соломинку, что приходит на ум.

– Так они же с бабушкой уехали в гости? – вижу, как брови Дамира удивлённо взлетают вверх, красиво выгибаясь дугами.

– Э-э... – теряюсь от его осведомленности, потому что не предполагала, что он может быть в курсе. Это я по пьяни такая болтушка или стечение обстоятельств?

– Так они скоро приедут, – вру и чувствую, как щеки начинают гореть.

Решаю больше ничего на эту тему не говорить, потому что не уверена, что он не догадается, что я придумываю на ходу.

– Не переживай, Юля, – усмехается Дамир, глядя в зеркало заднего вида и ловко перестраиваясь из ряда в ряд на оживленном шоссе. – Я верну тебя домой раньше, чем вернутся твои родные, в целости и сохранности.

Не знаю, что ещё придумать, чтобы отмазаться, поэтому решаю смириться с судьбой и посмотреть, что будет дальше. В конце концов, русский человек страшен своей импровизацией. Будем решать проблемы по мере их поступления.

Наверное, сказывается похмелье и усталость от активного праздника, но меня начинает неудержимо клонить в сон. Я ёрзаю на сиденье и борюсь всеми силами, но глаза слипаются, и я всё-таки проваливаюсь в темноту.

Просыпаюсь и подскакиваю на сиденье так, будто меня кто-то толкнул. Растерянно смотрю на вздрогнувшего от неожиданности Дамира.

– Выспалась? – улыбается он, снова расслабляясь.

Мы всё ещё находимся в его машине, но сейчас она припаркована на территории какого-то большого светлого здания, окруженного лесом. Это похоже на гостиничный комплекс.

Внутри всё сжимается от волнительного ожидания развязки. Неужели я задолжала ему ночь в отеле? Я не могла добровольно согласиться на это!

– Мне кажется, я не готова туда пойти, – кошусь то на Дамира, то на здание.

– Почему? – удивлённо улыбается он.

– Я не одета, – пожимаю плечами.

Надо бы сказать прямо, что я была не в себе, когда давала ему какие-то обещания, но я всё ещё надеюсь отделаться малой кровью.

– Мне кажется, ты очень подходяще одета, – усмехается он и выбирается из машины.

Смотрю, как мужчина быстро обходит её и открывает мне дверь. Сжимаюсь на сиденье, глядя на протянутую мне руку.

Наконец несмело подаю свою ладонь. В конце концов, я могу закатить истерику при сотрудниках отеля и вызвать такси. Не будет же он силком тащить меня в кровать?

Собираюсь выпрыгнуть из внедорожника, но Дамир подхватывает меня за талию и без особых усилий спускает на землю. Я даже не успеваю сказать, что я тяжёлая, и возмутиться – лишь открываю и закрываю рот от неожиданности.