До встречи в моих снах (СИ) - Ветрова Влада - Страница 16

Я кошусь на Колю, но ему все происходящее будто кажется забавным.

– Я не имею ничего против здоровой конкуренции, – с блуждающей улыбочкой говорит он, пока Саша и Стас идут между столов к нашему.

Адекватная позиция уверенного в себе мужика. Но мне все равно становится нервно.

– Отличный отель, – заводит светскую беседу за ужином Стас. – Только после реновации, да?

– Да, – коротко отвечаю я, опустив взгляд в стол.

Знаю уже, к чему он подводит. И он знает, что я знаю, продолжая ломать комедию:

– Похож на тот, в котором мы были, когда Сане было… сколько, Нют?

– Три месяца, – сквозь зубы отвечаю я, снова покосившись на своего спутника.

– Ахренеть время летит, – сокрушается Стас. – Но инфраструктура как под копирку. Штампуют их тут, что ли?

– Это тот же отель, – метнув в бывшего молнию взглядом, резко отвечаю я.

– Да ла-а-а-дно, – со смехом тянет Стас. – Надо же! А тогда был прям восток. Впрочем, культурная программа мало изменилась.

Я смотрю в его искрящиеся азартом глаза и невольно окунаюсь с головой в прошлое. Как я любила наши отпуска… лучшее время. Ведь только на курортах он не позволял себе таскаться. Только вдали от дома он безраздельно принадлежал нашей семье. Купал нашего щекастого малыша, смеялся над его очумелым выражением лица и заботливо поправлял сползающую на глаза панаму. Фотографировал меня на пляже, ворча и закатывая глаза, насильно отправлял в СПА, отдохнуть и развеяться, а по ночам обнимал.

– Я уже был тут?! – охотно поддерживает тему сын. – Ты не говорила!

– Это просто отель, – мямлю я, с трудом оторвав взгляд от бывшего. – Я хотела поехать в проверенный, только и всего, – невольно оправдываюсь я перед Колей, а он чуть меняет положение руки, касаясь моей своим локтем.

– Получается, я тоже тут учился плавать, – прыскает Саша тихо и невзначай, задумавшись о своем, а на моей душе теплеет. – Так же выходит? Я тут впервые устроил заплыв?

– Кстати, да, – поддакивает Стас. – Тебе так понравилось плескаться, что мы с мамой пришли к выводу – надо отдавать на плавание.

Это правда. Причем, мысль вспыхнула в наших головах практически одновременно. Отлично помню этот момент.

– Жаль, что сын – единственная точка соприкосновения, – вслух говорю я.

– Ма, – морщится Саша. – Мы можем просто спокойно поужинать? Без вот этого всего.

– Не хами матери, – строго осаживает его Стас. – К тому же, она права. Раньше именно так и было. И, раз уж зашел разговор, скажу сразу. Через пару месяцев у меня освобождается место зам главбуха. Позиция твоя, если захочешь.

– О, да ладно?! – воодушевляется сын. – Ма, отлично же! Карьерный рост и все такое. Если, конечно, он по собственному, а не по решению суда в тюрягу, – гогочет сын, подкалывая отца.

– Декрет, – кривится Стас. – Кто бы мог подумать, что кто-то решится родить под сорокет. Я, конечно, понимаю, медицина не стоит на месте, но риск родить дебила слишком велик.

Щелк.

Секунда. Искра. Взрыв.

На мои глаза падает забрало. Так быстро, что даже ладонь Коли на моем предплечье не останавливает меня от порыва. Я резко подскакиваю со своего места и, совершенно обезумев от ярости, толкаю свою тарелку и остальную посуду вместе с узкой скатертью прямо на Стаса.

– Черт, – бормочет сын, от стыда закрыв глаза.

На нас пялятся абсолютно все. И гости, и работники. В зале стоит такая тишина, что тихая музыка в восточном стиле кажется издевательством. Моя грудь вибрирует от не стихающего гнева, взгляд прожигает кажущиеся черными раскаленными угольками глаза Стаса, а зубы стиснуты так, что в ушах начинает звенеть.

– Ты перешел все разумные границы, – хрипло и тихо говорю я ему.

– Да, – медленно моргнув, признает Стас. – Но оно того стоило. Горит душа, да, малышка?

– Скотина, – шиплю я сквозь зубы и, схватив свою сумочку, разворачиваюсь к Коле.

Он неспешно вытирает рот салфеткой, кивает Саше и встает.

– А че ты сказал такого? – громко от волнения шепчет сын, когда мы отходим на пару шагов.

– Сейчас поясню, – сухо отвечает ему Стас, а мы с Колей выходим на улицу.

– Хорошая новость, – говорит Коля, – пока он трепался, я успел заморить червячка.

Я нервно сдавленно смеюсь и беру его за руку, на секунду приложив к его плечу голову.

– Прости меня, – виновато вздыхаю я.

Мы босиком гуляем по лужайкам между отдельно стоящих вилл, вдали от главного здания, где расположен ресторан. Точнее, Коля выгуливает меня, отняв туфли и помогая справиться с кипучими эмоциями.

– Я тебя ни в чем не обвиняю. Мужик в отчаянии, это явно бросается в глаза. Методы у него, конечно… Со здоровой конкуренцией я погорячился.

– Я сама вложила в его руку это оружие, – морщусь я. – Когда мы ругались в номере, сказала, что… – я затыкаюсь, поняв, что с откровенностью перебарщиваю, но мысль неожиданно заканчивает Коля:

– Что между нами больше, чем просто секс.

– Что-то такое, да, – мямлю я. – Отсюда и это высказывание, что больше я предложить уже попросту не могу. Мне неловко, – фыркаю я, прикрыв глаза ладонью. – Сейчас не время для этого разговора. И не факт, что оно настанет.

– И все же, – кашлянув, продолжает Коля. – Интересно твое мнение по этому вопросу.

– Я прекрасно понимаю ту, что ушла в декрет, – изворачиваюсь я.

– А я – того, кто этому поспособствовал. Я когда еще сопляком в отряде был, – неожиданно переводит он тему, – мне мой командир всегда говорил – не спеши. Будь спокоен и жди. Мне хотелось вмазать ему после развода, но сейчас я убеждаюсь, насколько он был прав. Твой бывший закапывает себя сам.

Я издаю короткий тихий смешок. С одной стороны он, несомненно, прав. Стас поднял насущный для Коли вопрос, на который он сам вряд ли бы решился, какими бы сильными сейчас не были его чувства. Но есть и обратная сторона медали. И там – дьявольские глаза бывшего мужа, на провокации которого я все еще реагирую. И говорит это лишь об одном – мои к нему чувства, увы, остыли не до конца. Они не идут ни в какое сравнение с теми, что я испытываю к Коле, но они есть.

Дальше мы гуляем молча, переваривая откровенный разговор. Пока вдруг не наталкиваемся на Сашку, сидящего за стеной из кустов, вытянув одну ногу и согнув в колене вторую. В руках у него уже изрядно растерзанный алый цветок, выбросив который, он срывает следующий.

Выглядит все это так, будто любимая не пришла к нему на тайное свидание, но я сильно сомневаюсь, что Сахае разрешили бы одной таскаться после заката. Значит, мучает его что-то другое, и пройти мимо я не просто не должна, физически не могу.

– Коль, – шепчу я, заглянув ему в глаза в надежде, что он поймет все сам.

Так и случается.

– Я буду в номере, – мягко говорит он. Лезет в карман брюк и достает ключ-карту. – Возьми вторую, так будет проще.

– А полочку мне освободишь? – фыркаю я, приняв карту.

– Ты уже ее заняла. Полочку на самом виду и всю антресоль. – Он постукивает кулаком по своей голове. – Целует меня и шепчет: – До встречи.

Я подхожу к сыну и тактично уточняю:

– Ждешь кого-нибудь?

– Нет, – мотнув головой, глухо отвечает он.

Я устраиваюсь рядом и беру его под руку, пристроив голову на плече.

– Ты из-за нас с папой грустишь? – спрашиваю я тихо через какое-то время.

– Я не грущу, мам, – ворчит Сашка. – Я… не знаю. Разочарован, что ли.

– Во мне? – сглотнув ком, все же уточняю я.

– Да во всех, – раздраженно морщится Саша. – В себе, в том числе.

– Я бы послушала, почему…

– Потому, – бурчит он, не спеша открывать душу. – Вот нафига я свел тебя с этим мужиком? Одних твоих танцев и рассказа о драке хватило бы, чтобы папа прилетел ближайшим рейсом. А теперь что? Теперь он вынужден использовать все эти гнилые приемчики, чтобы хоть немного перетянуть одеяло на себя. А этот бугай? Сидит, как мямля, язык в жопе. Я бы врезал папе на его месте.

– Не сомневаюсь, – иронизирую я, а Саша едко парирует: