"Фантастика 2025-178". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гедеон Артур - Страница 859

— Очень на это надеюсь…

Прогулявшись по техническому парку, мы с Викой сделали несколько интересных замечаний. Большая часть пилотов старалась лишний раз не смотреть в мою сторону. Но вот ребята из «Ситроен» и «Пежо» оказались чрезмерно дружелюбными…

— О! Месье ОсокинЪ! — с ударением на последнюю букву произнесла высокая брюнетка, этакая типичная обитательница вычурных социальных сетей с фотографиями и по совместительству пилот «пыжика» — Эрика Войс. Девушка явно никогда не слышала про личные границы, и под бесшумное рычание Виктории, обняла меня, словно своего парня: — Не думала, что вы будете выступать с нами! Какая прелесть!

— Я всегда хотел возродить «СуперСпорт», потому что это было мечтой моей отца. Ну и про маркетинг не стоит забывать. — улыбнулся я.

— Умно! А это?.. — Эрика вопросительно посмотрела на злющую рыжулю.

— Директор команды.

— Ой, какая прелесть! — брюнетка так же без тени сомнений затискала возмущённую Викторию: — В жестоком мире мужских гонок — девчонки должны держаться вместе! Если нравится Париж — вот моя визитка. Элтон, конечно, хороший менеджер… Но ему шестьдесят. И мне кажется, что он скоро свалит от нас на пенсию.

— Спасибо, но я не планирую переезжать.

— Очень жаль! Но тем не менее — я рада знакомству! — жизнерадостная брюнетка ткнула пальчиком в нос Виктории и была такова.

— У-у-у, сучка!!! — прорычала Гризли, сжав кулаки: — Я бы ей…

— Тише, Виктория! На нас все смотрят.

— Да-да… Я спокойна! К тому же, за драку могут дисквалифицировать. Так что… Я держу себя в руках.

— Умница!

Пилот команды «Ситроен» — Андре Фон Доллен так же был чрезмерно дружелюбен ко мне. Но от Виктории, почему-то, держался в стороне…

А мои новые гоночные пажи в лице Сани и Сереги, уже во всю расставляли палатку. Большая! Чёрная. С яркой символикой завода «Искра». Но одно мне никак не давало покоя…

— Парни, а это зачем? — поинтересовался я, указав на старые ржавые блины от гантели, которыми ребята закладывали низ у стенок палатки.

— Открытая территория, Фёдор Александрович. — ответил Санёк.

— Палатку может сдуть ветром. — пояснил Серега.

— Интересно. А откуда раздобыли столько блинов?

— Брат Сани — бывший качок. У него дома много подобного хлама.

Одно радует — хоть не своровали.

— Что ж, вы молодцы! Продолжайте в том же духе.

— БРАТАН!!! — к нам подбежал взлохмаченный кот: — БЕДА!!!

— Что на этот раз?

— Микуха! Он сейчас ему точно наваляет!

— Твою ж мать…

Мы забежали за центральный домик, где механики и пилоты уже сформировали кружок, а Микуха с Энцо стояли, словно вот-вот сойдутся в кулачном бою. Хотя, какое там? Тут дело пахло приличным мордобоем. Особенно, если учесть, что у нашего пилота в руке был гаечный ключ.

— А мне этот тип сразу не понравился… — вздохнула Виктория.

— Аналогично. — кивнул я и направился в сторону двух потенциальных кандидатов на дисквалификацию.

Сильно сомневаюсь, что Микуху можно вывести из равновесия простым запугиванием. Теперь очень интересно, что же эти двое могли не поделить?

Глава 1

Едва я смог научится полностью абстрагироваться от эмоций людей, как попал к автопилотам… Одному из немногих видов людей, которые всегда скрывают свои эмоции, из-за чего таскают внутри себя ядрёный концентрат. Бомба, что накрывает похлеще, чем бурлящие «эмо-цунами» у подростков.

А ведь ещё Мегард говорил, что эмоции всегда являлись основной слабостью у преобладающей части гуминитов. Даже самого спокойного и уверенного в себе человека можно довести. Главное знать, на какую болевую точку надавить.

— Что здесь происходит? — строго спросил я.

— Угомони своего пса. — огрызнулся Энцо, сверля Микуху злобным взглядом: — Кажется, он совсем забыл про манеры…

Одна из проблем элитарного общества заключалась в том, что иностранные аристократы, которые стали массово появляться по всей планете после мировой реформы о «высшем сословии» — не подчинялись законам русской знати. А значит вызвать их на честную дуэль, как и натравить местную полицию — не получится. Они могли спокойно наезжать, опасаясь разве что депортации и последующей «оплеухи» от Глав Государств.

Депортация, как юридическое явление, могло крайне негативно сказаться на будущих экономических отношениях. И для среднестатистического аристократа этого вполне достаточно, чтобы вести себя «хорошо» в гостях. Всё же, для представителей высшего сословия очень важно держать лицо.

Однако для спортсмена мирового уровня, который пришёл специально, чтобы устроить дебош — подобные наказания были несущественными. Да и не сказать, что в Империи проводилось много этапов.

В общем, Энцо ничем не ограничен.

— Микуха. Ты что творишь? — злобно спросил я, сжав кулаки.

— Немного накрыло. Прости, друг… — сухо ответил Столыпин и хотел сделать шаг назад, но наглый испанец и не думал отступать.

— Эй! Псина, ты совсем страх потерял? Мы недоговорили! А ну иди сюда! — быстро затараторил он, размахивая руками. Уж больно хорошо знает русский язык для наглого сынишки испанского аристократического рода…

Честно, мне очень хотелось долбануть по ублюдку энергетическим толчком. Но во-первых, нас могли дисквалифицировать, а во-вторых — из толпы вышла миниатюрная женщина в свитере с оленями. Выглядела она очень уверенно… От неё буквально веяло мощной лидерской аурой.

— Прекратить! — громогласно рявкнула она: — Энцо, это что такое⁈ Сколько жёлтых карточек ещё ты хочешь получить в этом сезоне⁈

— О-о-о… — Виктория схватилась за голову: — Не может быть! Это же…

— Простите, Госпожа Амати… — недовольно ответил испанец: — Просто у этих русских одни убийства в голове. Что первый, что второй… Команда головорезов.

— Поверь мне на слово. — я схватил гонщика за рукав и подтянул к себе: — Ещё одно слово — и ты убедишься в этом лично!

— Господин Осокин. — женщина с осуждением посмотрела на меня: — Уж от кого-кого, а от вас я ожидала чуть большей сдержанности! Всё же, вы представитель местной власти.

— Да, представитель. И я не потерплю, чтобы заносчивые юноши оскорбляли моих пилотов и чинили беспорядки на моей земле.

— И тем не менее, отпустите Мартинеза. Он в любом случае у нас на карандаше.

— Ладно. — я отпустил испанца, и тот с видом глубоко обиженного человека с большой неохотой отправился в сторону огромной фуры с надписью «Мерседес»: — Но учти, ещё хоть раз подобное повторится…

— Soy demasiado joven para morir. — фыркнул Мартинез и спрятался в кабине тягача. Кажется, это обозначало, что он слишком молод, чтобы умирать. В общем, парнишка явно осознал, что к чему. Надеюсь, больше не полезет на рожон.

— Я понимаю, что вы у нас птица высокого полёта, но в соревнованиях важно самообладание. Учтите, если вдруг вас подрежет один из пилотов… Вы затаите обиду и потом пойдёте разбираться — одной жёлтой карточкой тут не обойдётся. В спорте самое главное — взаимоуважение и порядок! По крайней мере — для зрителей.

— Иногда приходится показывать клыки, чтобы к тебе больше не лезли.

— В гонках показывают клыки на трассе, а не за её пределами! Покажите наглому мальчишке, что вы тоже умеете управлять болидом. Утрите нос по-честному!

— Постараюсь.

— Ладно. Раз уж мы всё равно встретились… — женщина подошла ко мне и приветственно пожала руку: — Меня зовут Аманда Амати. И я администратор гонки. Приглашаю вас для регистрации в штаб организаторов. Как я понимаю, это ваш менеджер? — Амати взглядом указала на трясущуюся рыжулю. Я впервые видел Викторию в таком состоянии… Она сейчас выглядела словно девочка, заприметившая любимого айдола из К-Поп группы.

— Виктория! — тут же представилась Гризли и начала трясти женщину за руку: — Госпожа Амати! Для меня очень большая честь познакомиться с вами лично… В детстве я внимательно наблюдала за вашей карьерой! Вы… Вы были… Нет, вы и сейчас для меня самый настоящий кумир!