Мой Неидеальный прынц (СИ) - Тудаль Наталья - Страница 18

Итан Райан фон Тайлор. Запыленный, загорелый, с парой свежих царапин на лице, которые почему-то делали его не уродливее, а еще более невыносимо привлекательным. Он смотрел на свой замок с видом человека, который вот-вот скажет: «Принесите мне пива и женщин, а потом отстаньте».

Его взгляд скользнул по двору, по выбежавшим слугам, по Орику, который уже суетился вокруг, и наконец… остановился на мне.

В его глазах промелькнуло что-то… странное. Не гнев. Не раздражение. Скорее, недоумение. Как будто он увидел не свою бледную, забитую жену, а какого-то другого человека. Возможно, потому что я стояла прямо, смотрела ему в глаза и пахла не слезами, а корицей и дорогой.

— Мэриэм, — произнес он, и его голос, низкий и хриплый от дорожной пыли, прозвучал как выстрел в наступившей внезапно тишине.

— Льер, — кивнула я, делая паузу, чтобы мое сердце перестало колотиться где-то в районе пяток. — Добро пожаловать домой. Мы… не ждали вас так скоро.

— Мятежники оказались сговорчивее, чем я думал, — бросил он, снимая перчатки и окидывая двор еще одним критическим взглядом. — Что-то… изменилось.

Это была не констатация факта. Это был вопрос. И в нем чувствовалась легкая… опаска.

— О, это льера просто навела небольшой порядок, — поспешно вступил Орик, делая мне едва заметный предупреждающий знак глазами. — Пока вы отсутствовали.

— «Небольшой порядок»? — Итан медленно прошелся взглядом по вычищенному до блеска камню мостовой, по аккуратно сложенным в углу бочкам, по новым ставням на кухонном окне. — Похоже на оккупацию. Кто-то явно захватил замок в мое отсутствие. И, судя по запаху, готовил на кухне что-то съедобное, что меня пугает больше, чем мятежники.

Капитан Марк, стоявший по стойке смирно, едва слышно крякнул. Я решила взять инициативу в свои руки, пока Орик не начал объяснять про «драконью чешую» купца Горация.

— Мы просто старались поддерживать замок в достойном виде в ваше отсутствие, — сказала я сладким голосом, который обычно использую, объясняя родителям, почему их чадо пыталось вызвать духа древнего воина на уроке труда. — Чтобы вам было приятно вернуться.

Он посмотрел на меня так, будто я только что предложила ему заняться вышиванием крестиком.

— Приятно? — он фыркнул. — Я вернулся с войны, женщина. Мне нужно было увидеть привычный хаос, вонь немытых собак и Брониславу, готовящую свое знаменитое варево из всего подряд! А тут… — он махнул рукой вокруг, — какая-то идиллия. Пахнет пирогами. Подозрительно.

В этот момент из кухни выскочила сама Бронислава, вся сияющая, с подносом, на котором дымились те самые пироги с мясом и луком.

— Льер! Добро пожаловать! Это по новому рецепту льеры! Пробуйте!

Итан уставился на пирог, словно на него только что выпрыгнула боевая саламандра. Он медленно, с недоверием, отломил кусок, понюхал и откусил. На его лице отразилась целая гамма чувств: от готовности выплюнуть отраву до чистого изумления.

— Это… съедобно, — наконец выдавил он.

— Более чем, — улыбнулась я. — Мы даже не хоронили после него ни одного слугу. Рекорд.

Он снова посмотрел на меня. Теперь в его взгляде читалось откровенное любопытство.

— И что еще вы тут «наоптимизировали» в мое отсутствие?

Тут я не выдержала. Учительский отчетный режим включился сам собой.

— Ну, провели инвентаризацию, починили западную стену, сменили поставщика тканей, устранили мышиную инфестацию в кладовой номер 3, ввели новое меню, оптимизировали…

Я замолчала, увидев его лицо. Он смотрел на меня так, будто я только что на чистом веронийском прочитала лекцию о квантовой физике.

— Оптимизировали? — переспросил он медленно. — Ты? Оптимизировала?

— Ну да, — я пожала плечами, делая вид, что это самое обычное дело. — Сократили издержки, повысили эффективность. Вы же воюете не для того, чтобы все уходило в карман какому-то Горацию, верно?

Он продолжал смотреть на меня. Затем его губы дрогнули. Черт возьми, он улыбнулся. Это была не та снисходительная улыбка, что была раньше. Это была настоящая, живая улыбка, которая на мгновение смыла с его лица всю усталость и надменность.

— Нет, — сказал он. — Не для этого.

Он прошел мимо меня в сторону замка, бросив на ходу Орику:

— Управляющий, в мой кабинет через час. С отчетами. Полными. — Затем обернулся ко мне. — А ты… Мэриэм. Вечером. Ко мне. Расскажешь подробнее об этой… «оптимизации».

Он скрылся в дверях, оставив меня стоять во дворе под взглядами Орика, Марка и Брониславы, которая все еще держала поднос с пирогами.

Орик первым нарушил молчание.

— Ну что ж, льера. Поздравляю. Вы не только замок отремонтировали. Вы, кажется, только что произвели самый разрушительный залп по его самолюбию за всю историю его существования. Интересно, что он будет делать дальше.

— Надеюсь, ничего глупого, — пробормотал Марк. — Мне еще стены доделывать.

Я смотрела на закрытую дверь, за которой скрылся мой муж, и чувствовала, как по спине бегут мурашки. Это была не ярость. Это был интерес. Опасный, непредсказуемый интерес хищника, который учуял новую, незнакомую добычу.

И я поняла, что игра только что перешла на совершенно новый уровень. И теперь мне предстояло объяснить ему, что такое севооборот, бухгалтерская отчетность и почему Сэр Мурлыкало заслуживает дополнительную порцию сливок.

Черт. А я ведь еще и ярмарочные счета не проверила. Возвращение мужа сильно отвлекало от хозяйственных дел.

Глава 21

Вечер. Я стояла перед дверью в его кабинет, чувствуя себя школьницей, вызванной к директору за попытку провести на уроке химии эксперимент по созданию зелья независимости. В руках я сжимала пачку аккуратно исписанных листов — свои «отчетные документы». Орик, провожая меня взглядом, полным жалости и любопытства, пробормотал: «Удачи, льера. Если что, кричите. Вряд ли помогу, но посочувствую».

Я глубоко вдохнула и вошла.

Его кабинет пах кожей, воском и мужчиной, который только что вернулся с войны. Он сидел за своим массивным столом, разбирая кипу бумаг, принесенных Ориком. На его лице была та же усталая сосредоточенность, что и в саду в ту ночь.

— Садись, — бросил он, не глядя на меня.

Я опустилась в кресло напротив, положив свои бумаги на колени. Минуту царила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине и скрипом его пера.

Наконец он отложил документы и поднял на меня взгляд. Его синие глаза были усталыми, но острыми.

— Ну что, хозяйка замка, — произнес он с легкой, едва уловимой насмешкой. — Отчитывайся. Что ты там наоптимизировала?

Я расправила плечи. В бой, Марина Степановна.

— Начнем с главного. Мышь победили. В кладовой номер три теперь проживает официальный мышелов, кот Сэр Мурлыкало. Его содержание обходится дешевле, чем потери от порчи продуктов, и он не требует жалования, только сливки. Экономия налицо.

Он медленно моргнул.

— Кот.

— С приставкой «Сэр», — уточнила я. — Это морально повышает его эффективность.

— Понятно, — он сделал пометку на листе бумаги с таким видом, будто записывал «закупить десять боевых единиц котов». — Что дальше?

— Далее. Купец Гораций. — Я достала свой первый график, нарисованный мной и Кристиной с помощью вина и сажи. — Как видите, его цены на ткани за последний год выросли на сорок процентов. Мы нашли альтернативного поставщика, Бенедикта. Его цены на двадцать процентов ниже при том же качестве. Экономия — вот здесь, — я ткнула пальцем в аккуратную циферку.

Он изучал мой «график», на котором кривая цены Горация уходила в небеса, а кривая Бенедикта скромно ползла понизу.

— Ты это… сама нарисовала?

— А кто же еще? Ваши солдаты больше заняты тем, что «улаживают» проблемы в таверне художественным свинчиванием, — парировала я.

Уголок его рта дрогнул.

— Продолжай.

Я продолжила. Я рассказывала о ремонте стены, о новых поставках кожи для упряжи, о том, как ввела систему ротации запасов на кухне, чтобы сначала использовалось то, что куплено раньше.