Космический замуж. Землянка для двух министров (СИ) - Тихомирова Леся - Страница 16

Моё тело выгибается в дикой судороге, и я чувствую, как их ритмы сбиваются, подчиняясь моей волне. Слышу сдавленный рык Дэриана, чувствую, как сжимаются пальцы Кайрона на моих бёдрах.Я чувствую их оргазмы как свои собственные — мощную волну Дэриана и продолжительную пульсацию Кайрона. Границы моего я исчезают, с громким бесконечным криком я погружаюсь в полное, тотальное принятие.

Глава 22. Выход

Тишина наступает плавно. Глубокая, полная, сияющая.

Я лежу, между их телами, слушая, как три сердца бьются вразнобой, пытаясь найти общий ритм.

Никто не двигается. Кайрон лежит, прижимаясь к моей спине, его дыхание горячим веером расходится по моей шее.

Я медленно открываю глаза и встречаю взгляд Дэриана. В его обычно холодных глазах — умиротворение, которого я ещё ни разу не видела. Он молча подносит мою руку к своим губам и целует кончики моих пальцев.

Кайрон нежно целует меня в плечо.

— Всё хорошо, Ирочка, — шепчет он. — Всё именно так, как должно быть.

И я знаю, что это правда. В этой полной, немного неловкой, невероятно интимной близости нет места лжи.

Стена рухнула окончательно. И на её месте возникла эта новая, наша общая территория.

Я лежу между ними, и сквозь панорамное окно в потолке вижу звёзды. И впервые с тех пор, как я оказалась в этом мире, я чувствую себя не потерянной, а найденной. Не инструментом, а частью целого.

Следующее утро начинается с ощущения глубокого, почти невозможного мира на душе.

Я просыпаюсь одна в огромной постели, но пространство вокруг всё ещё хранит их тепло, их запах — свежий и пряный Кайрона, чистый и резкий Дэриана.

И нет пустоты. Есть тихое, фоновое чувство принадлежности.

Я нахожу Дэриана в кабинете. Он сидит за своим массивным письменным столом, погружённый в голографические схемы поставок — мерцающие синие линии и цифры, плавающие в воздухе.

Подхожу молча и просто смотрю на него. Он поднимает взгляд, и в его глазах нет ни тени вчерашней бури, только спокойная, твёрдая уверенность.

Дэриан без слов отодвигается, и я сажусь к нему на колени, прижимаясь спиной к его груди.

Так мы и сидим. Он управляет проекциями, а я, убаюканная ритмом его дыхания и мерцанием голограмм, начинаю комментировать.

Говорю про что-то земное, про сезонность фруктов, про логистику скоропорта.

Мои слова тихие, почти бессвязные. Но Дэриан слушает. И самое невероятное — он записывает.

Его пальцы бесшумно пролистывают данные, вносят пометки. Он не спорит, не перебивает. Он просто… учитывает моё мнение.

Пушистик, развалившись на полу, ловит лапкой искры от голограммы, издавая довольные урчащие звуки. А на столе, на новом коврике с подогревом, который не знаю, когда здесь появился, восседает Чешир.

Он блаженно щурится, и его взгляд, полный кошачьего превосходства, словно говорит: «ну наконец-то в этом доме всё встало на свои места».

Я в блаженстве. Полном, глубоком, идущем из самой глубины. Тихая радость, как тёплое солнце после долгого шторма. Я чувствую себя не гостьей, не пленницей, а… частью этого мира. Их мира.

Дверь открывается беззвучно. Входит Кайрон. На нём лёгкая пыль, он пахнет далёким холодом космоса, но улыбка на его лице — самая что ни на есть тёплая и домашняя.

Кайрон подходит, наклоняется и целует меня сначала в макушку, потом в губы, долгим, нежным поцелуем. И только потом кивает Дэриану.

— Синдикат повержен, — говорит он просто, как о погоде. — Операция прошла успешно. Наконец-то справились.

Я замираю. Абсидиус. Тень, которая висела надо мной с самого начала. Причина, по которой всё это началось.

— Но… как? — выдыхаю я. — Вы же были здесь…

Кайрон усмехается, его сиреневые глаза весело сверкают.

— Ирочка, для того чтобы отдать приказ, не обязательно лично стрелять из бластера. Особенно когда у тебя есть компетентные подчинённые. Мы просто дождались окончательного подтверждения.

Я смотрю на них обоих, на их спокойные, удовлетворённые лица. И понимаю: они не просто убрали угрозу. Они завершили то, что начали.

И тут Дэриан, не выпуская меня из объятий, произносит самое шокирующее:

— Теперь можно спокойно ехать знакомить тебя, Ириша, с нашей семьёй.

Мой мозг отключается. Я просто тупо смотрю на него, потом на Кайрона.

— С… семьёй? — повторяю я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

Глава 23. Семья

Кайрон садится на край стола, берёт мою руку.

— Ну да, — говорит он, как о чём-то само собой разумеющемся. — Наш брак. Он настоящий, Ирочка. Ты наша любимая жена. Мы убрали ту угрозу, что мешала нам жить нормально. Теперь тебе ничего не угрожает. А значит, пора официально представить тебя семье.

Я продолжаю молчать. У меня в голове крутятся обрывки фраз: юридический крюк, самый логичный вариант, использовать.

— Но… вы же говорили… это был просто формальный предлог… — пытаюсь я найти опору в рушащейся реальности.

Дэриан поворачивает моё лицо к себе. Его взгляд твёрдый и в то же время нежный.

— Предлогом был брак. Причина его была твоя безопасность. А всё, что мы сделали после… — он делает паузу, и в его глазах я вижу отголоски вчерашней ночи, — это и есть настоящая причина. Мы не играем в семью, Ириша. Мы её создаём.

И в тишине кабинета, под мерцание голограмм, под довольное мурлыканье котов, до меня наконец доходит простая и оглушительная правда.

Это всё по-настоящему. По-настоящему!!

Знакомство с семьёй становится не скромным визитом на чай, а чем-то сродни межзвёздному государственному перевороту с моей скромной персоной в центре.

И вот, спустя три дня от их ошеломляющего заявления, я стою в центре круглого зала из белого, светящегося изнутри камня.

На мне струящийся плащ из ткани, меняющей цвет: от глубокого сапфирового до мерцающего серебра. На голове — лёгкий венец из сплетённых металлических нитей, которые тихо поют от прикосновения к моим вискам.

Свадьба уже готова. Так сказали мои мужья. И мне пришлось принять новую реальность: меня сейчас проведут через древний обряд Орбанов, отточенный веками.

Вместо священника стоит Хранитель Рода — старый, как сами звёзды, Орбан, который водит вокруг нас троих пылающим синей плазмой кристаллом.

Потом мы кладём руки на большой полированный камень в центре зала. Сначала я свою ладонь, а Кайрон и Дэриан свои сверху.

Камень тёплый. Пульсирует, словно живой. Под ладонями я чувствую вибрацию и вижу, как в нём загораются светящиеся прожилки, соединяясь в сложный узор.

Голос Хранителя произносит непонятные мне слова, торжественно, гулко.

Никаких вопросов о том, согласны ли мы. Просто молчаливое принятие энергии, которая проходит через камень и впитывается в кожу.

Это странно, пугающе и… невероятно правильно. Как будто древний замок в самой моей душе щёлкает и открывается.

А потом — большой зал. Мы стоим втроём перед огромным, во всю стену, экраном.

На нём десятки, сотни лиц. Мужчины и женщины с суровыми, благородными чертами, с фиолетовыми, синими, изумрудными глазами. Орбаны, разбросанные по разным планетам и кораблям, смотрят на меня.

Дэриан и Кайрон стоят по бокам, крепко держа меня за руки. Мои надежные якоря в этом море любопытных и оценивающих взглядов.

— Семья Орбанов, — голос Кайрона звучит громко и чётко, без тени сомнения, — представляем вам нашу жену.

— Наша любовь. Наша жизнь. Наше настоящее и будущее, — твёрдо и непреклонно добавляет Дэриан.

Я молчу. Так меня мужья проинструктировали.

Никаких аплодисментов. Только молчаливые, глубокие поклоны. Сотни голов склоняются передо мной на экране. Это страшнее любых оваций.

И мы кланяемся в ответ. Экран гаснет. Я принята в семью.

Через час мы уже на борту личного корабля моих мужей. Я сижу в кресле у огромного иллюминатора, всё ещё не веря происходящему.

Пушистик дремлет у меня на коленях, а Чешир с достоинством устраивается на спинке кресла Дэриана.