Этот папа нам подходит! (СИ) - Веленская Наталия - Страница 30

- Тимуль, - вздыхаю я, обнимая сына.

Тимка прижимается ко мне, но, вместо того чтобы успокоиться, начинает реветь уже во всю силу.

Какая я ужасная и никчёмная мать...

- Что случилось? - раздался рядом обеспокоенный голос Макса.

Глава 26

Что у нас случилось…

А у нас тут опять детская истерика из-за отсутствия денег у мамы. И от этого факта мне становится перед Максом невыносимо стыдно. Потому что я не могу дать своему сыну то, что он заслуживает, как и всякий ребенок в преддверии праздника – пушистую ёлку, аниматора в костюме Деда Мороза, который пришёл бы его поздравить домой, дорогую игрушку в подарок, которую изначально хотел получить Тимка, и папу… про которого он попросил меня дописать в конце своего письма.

«Дедушка, если получится, то ещё папу».

У меня до сих пор болезненно сжималось сердце, когда я вспоминаю тихую просьбу сына. Как бы сильно я его не любила, я не могла заменить Тимке отца.

Но конечно же ничего из этого я не озвучиваю вслух.

- Привет. Мы… мы просто сейчас не можем купить ёлку, поэтому Тимка расстроился, - говорю я, выпрямляясь во весь рост, и тут же поспешно добавляю: - Но ничего страшного, мы купим её в другой раз…

- А зачем в другой раз? Я вам помогу донести, - улыбается Макс, склоняясь к Тимохе, - Привет, Тимофей. Ты поможешь нам выбрать самую красивую ёлку?

Притихший Тимка в удивлении уставился на Семёнова.

- Помогу, - с серьёзным видом отозвался сынуля, тут же позабыв о своих слезах.

- Максим, мы купим через пару дней, когда у меня придёт аванс…

- Глупости какие! Если ребёнок хочет ёлку, давай купим сейчас, - возразил Макс, - У меня есть с собой наличка, не переживай.

Легко сказать – не переживай. Я никогда не любила быть кому-то обязанной или брать деньги в долг. И даже у Женьки занимала только в крайнем случае и отдавала при первой возможности. Я знала, что для Макса такая сумма была незначительной, и вряд ли он потом возьмёт у меня эти деньги обратно. Но ведь он был не обязан покупать ёлку, по сути, постороннему для него ребёнку, пускай и анализ ДНК полностью опроверг бы этот факт…

- Макс…

- Ник, даже не начинай! - отмахнулся Семёнов, широкой улыбкой пресекая все мои возражения, - Мне будет только в радость. Ну что, Тимофей, показывай, какая ёлка тебе приглянулась.

- Мам, а это что за незнакомый дядя? – оборачивается ко мне Тимка. – Мне можно с ним пойти посмотреть?

Не могу сдержать в ответ смущённой улыбки, услышав вопрос. Конечно, я была рада, что наши с Тимкой разговоры про опасных незнакомцев не прошли даром, но ситуация складывалась довольно комичная. Родного отца назвать незнакомым дядей. Кому расскажешь, не поверят…

- А ты меня не помнишь? – расстроенно протягивает Макс.

- Не-а, - честно признался Тимка.

- Мы с вами у горки пересекались недавно и в магазине, - напомнил Семёнов, опуская детали, что в том магазине он уже успел потратиться на Тимкины хотелки, и сегодня решил продолжить эту славную традицию.

Тимоха в ответ лишь нахмурил брови и вновь уставился на меня.

- Дядя Максим купил тебе игрушку и мне коробку конфет, - решила я немного освежить память сына.

- А-а! Вспомнил! Вы ещё пирожное «Картошку» обещали купить, когда в гости зайдёте, - расплылся в широкой улыбке юный вымогатель. – Но так и не зашли.

- В ближайшее время обязательно исправлю это досадное упущение, - пообещал Макс, - Ну что, пойдём?

- Мам, можно, да?

- Идите, - киваю я.

Макс берёт Тимку за руку и ведёт вглубь ёлочного базара, а я неторопливо иду следом за ними, чувствуя, как внутри разливается тепло. И впервые со времен Тимкиного утренника я счастливо улыбаюсь.

Такие они забавные оба – ходят от ёлки к ёлке, придирчиво осматривают её со всех сторон, поднимают ветки, зачем-то проверяют наличие шишек. Основательный мужской подход – как будто машину выбирают или ещё что посерьёзнее. Тимка, услышав, что ему можно выбрать абсолютно любую ёлку, совсем осмелел и стал заглядываться на самые высокие и пушистые деревца. От обилия вариантов у него разбегались глаза, и он никак не мог выбрать, какая хвойная красавица украсит нашу квартиру.

- Может, мама поможет нам выбрать? – предложил Макс, - Ник, как тебе этот вариант?

- Отличный, - киваю я, мысленно поблагодарив Семёнова, что он остановил свой взгляд не на самой большой ёлке, которая бы заняла половину Тимкиной комнаты. Там и так особо было не разгуляться с учётом огромного количества игрушек. Поэтому ёлка среднего размера с красивыми пушистыми ветками была то, что нужно. Тем более, что для Тимки она всё равно смотрелась огромной. – Мне нравится!

Расплатившись за ёлку, мы дружной компанией выдвинулись в сторону нашего с Тимкой дома.

- А мы ещё с мамой на выходных на каток хотели пойти, - говорит сынуля, обращаясь к Максу, - Мне надо учиться кататься, чтобы стать настоящим хоккеистом.

- Хоккей – это тема! – с улыбкой отзывается Семёнов, - Я и сам очень уважаю хоккей.

Едва заметно качаю головой. Ну кто бы сомневался! Как говорится, яблоко от яблони…

- А ты с нами пойдешь? А то мама, говорит, что она плохо катается.

- Если позовёте, пойду, - оборачивается ко мне Макс и подмигивает. – Я с детства хорошо стою на коньках. Могу и тебя научить и маму, если она захочет.

- Нет-нет! - в ужасе махаю я руками, - Коньки – это вообще не моё. Лучше вы сами нормально покатайтесь, а я вдоль бортика буду ездить.

Останавливаемся перед дорогой, в ожидании пока загорится зелёный свет. Макс ставит ёлку на землю и поправляет чуть съехавшую на глаза шапку.

- Мам, а дядя Максим – это твой друг? – неожиданно интересуется у меня Тимка.

- Да, друг… - протягиваю я, потому что не представляю, как сейчас объяснить сыну настоящий статус наших отношений с Семёновым.

- Очень хороший друг, - приходит мне на помощь Макс, расплываясь в широкой улыбке.

- Да. Очень-очень хороший друг, Тим.

- Поня-я-тно, - отзывается Тимоха.

Окидывает нас с Семёновым таким взглядом, будто бы ему и правда всё-всё понятно, что там за дружба такая расчудесная связывает нас с дядей Максимом.

- Мам, а ты его где нашла? - с задумчивым видом спрашивает Тимоха. - На Зоне?

- Почему на зоне? - удивился Макс, растерянно почесав свою темноволосую макушку. - Я вроде бы на уголовника не похож.

- Это он так маркетплейс называет, - поясняю я, зардевшись от смущения.

Та-ак, кажется, Тимка на радостях, решил записать Макса к себе в папы. Вот только, как к этому отнесется Семёнов – большой вопрос. Одно дело, хорошо общаться с сыном своей новой девушки, и совсем другое, нести ответственность и стать настоящим папой чужому ребёнку…

- Значит, на ВэБэ? - никак не унимается сын. - Дождалась распродажи? Мама у меня там любит на скидках затариваться!

Ну Тимка! Не знаю то ли мне смеяться в голос, то ли рыдать, то ли провалиться от стыда сквозь землю.

- Правильно, что ждала, мамуль! Этот папа нам подходит! - невозмутимо продолжает сын. - Ёлку вон купил, большую, пушистую, дорогущую. Значит, не жадный. Баб Зина говорит мальчики должны букеты дарить, когда к девочкам в гости приходят. Но ёлка ведь лучше букета, правда, мам?

Баба Зина была нашей соседкой с нижнего этажа, которая иногда выручала меня и сидела с Тимкой, когда я отбегала в магазин. И, судя по всему, в моё отсутствие успевала вбить в голову Тимохе всякие житейские премудрости.

- Правда, - обречённо вздыхаю я.

Чувствую, что от расспросов со стороны Макса мне сегодня не отвертеться...

- Тимох, а почему вы папу на маркетплейсах ищите?

- Как почему? Там же все есть! Димка из садика сказал, там теперь даже машину можно купить! Настоящую! Но машина — это потом, когда мы денежки накопим. А сейчас нам папа нужен. Настоящий! Ты вот вроде ничего, хоть и не с Зоны. Будешь моим папой?

«Не смей! Не смей ему ничего обещать!» - хочется прокричать мне, но слова застревают у меня комом в горле.