Бывшие. Проверка на прочность (СИ) - Светлая Есения - Страница 14

Хватаю футболку, натягиваю на голое тело. Трусы, джинсы. Кучи белья под ногами просто спихиваю в сторону.

Хватаюсь за голову. Мокрые волосы просто безжалостно деру массажкой и стягиваю в хвост. Открываю шкаф, где обычно лежат основные документы и смотрю на пустую полку. В неверии провожу ладонью, но там действительно пусто. Нет ничего, кроме тонкого слоя пыли. Но я прекрасно помню, как вчера вытащила из своей сумочки паспорт и положила его сюда.

Сердце пропускает удар. Потом еще один. Горло горит огнем от непроходящего спазма. Мне кажется, еще чуть-чуть и я потеряю сознание.

Бегу в душ и снова сую голову под струю с ледяной водой.

Пять минут и мне становится легче.

Ужасно тошнит, но желудок пуст, а желание спать — единственное и слишком явное для того, чтобы быть естественным и нормальным.

Следующий мой пункт — это кухня. Все содержимое из шкафов я тоже выгребаю на пол.

На глаза попадается банка с витаминами, которые ежедневно принимает Влад. Какие-то очень дорогие, которые ему привозят из-за границы. Рука сама тянется к черной продолговатой баночке с золотистым и очень красивым лейблом.

Я осторожно беру банку, чем-то похожую на простую кофейную, только более стильную. Слышу звук перекатывающихся крупных пилюль, и кажется что может быть странного? Но какое-то внутреннее чутье заставляет меня повернуть широкую ребристую крышку.

Смотрю на неровное жерло, на золотистые овальные капсулы. Не сразу понимаю, что меня царапает, и только спустя минуту беспрестанного разглядывания внутренностей банки, до меня доходит, что сбоку есть небольшой карман с крышкой на защелке. Слишком узкий, чтобы туда влезли капсулы. И явно предназначенный для хранения инструкции. Крышечка отщелкивается, легко отскакивает в сторону от легкого прикосновения, потому что крохотный зубчик замочка уже стерт.

Изнутри на меня смотрит многоразовая пластиковая пипетка. Аккуратно вынимаю ее и кладу на ладонь. Внутрь, за полупрозрачными стенками плещется бесцветная жидкость. Но у меня нет никакого желания проверять ее.

Я забираю ее и закрываю банку. Пипетку осторожно перекладываю в зип-пакетик. С трясущимися руками иду в прихожую, там где должна стоять моя сумочка и лежать сотовый. Но их тоже нет на месте. В ящике нет карт и кошелька, наличных.

В глазах темнеет от ужаса. Хватаюсь рукой за висящий плащ. Лихорадочно соображаю, что дальше делать. Никаких путей к отступлению нет, но единственное, что я отчётливо понимаю, нужно бежать. И как можно быстрее.

35

Снова осматриваю квартиру. Стрелки часов показывают практически полдень. Обычно, впадая в такое аморфное состояние я могла проспать больше суток, но сегодня что-то случилось. Возможно, мой организм, перестроившись, включил дополнительные защитные функции. Вспомнив, как меня выворачивало все утро наизнанку, содрогнулась. Нужно что-то придумать. Найти способ выбраться отсюда. Одиннадцать этажей снизу и еще четыре сверху. Через балкон не выйти, разве что устроить пожар.

Точно! Пожарная лестница. На нашем этаже она есть! Правда она в нашем случае находится за пределами остекленного балкона. Но, в принципе, я могу на не забраться, если разбить стекло.

Дальше мозг, пристегиваемый бешеной дозой адреналина, окончательно отбросил сонливость. Я вытащила из гардеробной куртку. В карман засунула золотые украшения, которые когда-то привезла из прошлой жизни. Там был мамин перстень и обручальное кольцо. И мне эти вещи были дороги, как память. Аккуратно положила пакет с найденной жидкостью. Еще раз проверила документы. Часть тех, что лежали в огромной коробке наверху в шкафу, засунула в рюкзак. Туда же положила новую бутылку воды из холодильника, таблетки. Вот, в принципе, и все, что я хотела забрать с собой. Остальное не мое. И жила здесь не я, а моя копия.

Натянув на ноги кроссовки, дошла до кухни и взяла отбивной молоток для мяса. Вернувшись в комнату, сначала разбила зависшую фоторамку, потом открыла балкон и расколотила боковое стекло, освободив проход к пожарной лестнице.

Вниз или наверх, этот вопрос был решен, как только я поняла, что лестница заканчивается на уровне третьего этажа. Поэтому я уверенно протянула руку к мокрым прутьям. Ледяной металл обжег ладони. Выдохнув, я аккуратно перелезла с балкона и начала подниматься на крышу.

Только бы там была открыта дверь!

Мне повезло. Перед крышей пожарная лестница имела ответвление в общий коридор на пятнадцатом этаже.

Чем руководствовались проектировщики и службы безопасности, я не знала, но меня сейчас это очень выручило. На вторую, приваренную к основной лестницу пришлось буквально заползать на корячках, но я не чувствовала ни опасности, ни страха, ни сожаления. Даже если сорвусь… назад ни ногой.

36

Выход к жилым помещениям был открыт. Я спустилась вниз на пару этажей и вдруг на ходу остановилась. Уверенно подошла к соседской квартире и нажала кнопку звонка.

Надежда Дмитриевна, бывший педагог, частенько гуляла во дворе со своей собачкой по утрам. Мы иногда мило беседовали и обсуждали жизнь нашего двора. Она, в отличии от других, без сомнений откроет мне дверь и согласится помочь. По крайней мере в телефонном звонке не откажет.

Так и случилось. Через минуту я уже мило улыбалась удивленной соседке:

— Надежда Дмитриевна, здравствуйте! Вы извините, пожалуйста. Вышла и захлопнула дверь. Дошла до первого, поняла, что телефон и ключи в плаще остались. А я сегодня решила куртку надеть.

Вы позволите от вас позвонить?

— Катерина, конечно! Здравствуй, заходи. Тебе простой или сотовый? Наверное, мужу будешь звонить? Если нужно, можешь переждать у меня. Он ведь у тебя к часу приезжает на обед? Как раз полчаса осталось.

Сердце ухнуло в пятки. Но я снова непринужденно ответила:

— Спасибо огромное! Можно с простого? И не переживайте, я пока прогуляюсь. Вышла ведь до магазина пройтись. Просто ради того, чтобы подышать. Голова, знаете ли, болит.

— Ой, да, — протягивая мне трубку стационарного телефона, согласилась старушка, — такая погода и ветер. Я сегодня тоже мучаюсь с давлением. Даже Бася мой вон, после прогулки, дрыхнет у батареи.

Я кивнула. Три гудка. Еще три. Сбрасывают.

— Наверное, занят, — улыбаюсь натянуто. И пробую во второй раз.

Ну, пожалуйста, подними трубку, это же я!

Он отвечает коротко и сухо.

— Забери меня из магазина, пожалуйста. Я без телефона и ключей.

— Катя? Что случилось?

— Дорогой, ты ведь помнишь ту картину, что у нас висела на кухне. Хочу такую же. Она есть в магазине. Но одна я ее не донесу. Жду.

Отключаю трубку и набираю номер кондитерской за углом. Девочки там приветливые, часто принимают заказы по телефону. Поэтому и сейчас заказываю набор пирожных. Обещаю забрать через сорок минут. Отключаю трубку и проверяю предыдущий номер. Он все еще числится в списке вызовов, поэтому я уверенно нажимаю “удалить”.

— Надежда Дмитриевна, вам моя огромная благодарность. Вы меня так выручили!

Протягиваю трубку хозяйке.

— Да обращайтесь, Катенька, в чем вопрос. Мы же соседи. Кстати, пирожные у нас самые вкусные в районе.

— Согласна. Влад их очень любит, хочу его порадовать. До свидания, спасибо огромное еще раз!

Выхожу и спускаюсь до десятого. На десятом есть общий переход между всеми подъездами. Очень удобно, особенно в зимнее время, пройти до первого подъезда и войти в кафе с внутреннего входа.

Но сегодня я прохожу мимо. Выбегаю на улицу, лишь мельком взглянув на часы, висящие возле витрин.

12.50.

У меня всего двадцать минут, чтобы уйти подальше. Без денег сложно будет перебраться на другую сторону города, но именно туда лежит мой путь.

В старой части еще сохранилось старое здание, переделанное под универсам. Магазин современный, но вывеску на здании решили оставить старую. “Рассвет” — большие световые буквы были больше необходимостью, чем уважением к прошлому. Магазин находился на возвышении, и красную подсветку названия было видно за несколько километров вокруг.