Измена. Плата по счетам (СИ) - Манаева Ирина - Страница 39

- Вы меня слышите? – интересуется полицейский, и я несколько раз киваю. – Домработница подтвердила, что это ваша супруга. Вам предстоит опознание, но чуть позже.

Убираю руки от лица, намереваясь откинуться на спинку дивана, но холодею от ужаса. Глаза округляются так, что вот-вот выпрыгнут из орбит. Сердце давит и жжёт, пульс зашкаливает. У меня инсульт?

Перевожу взгляд на полицейского, который что-то там пишет на планшете, и совсем не видит, что творится в паре метров от него.

- Вам плохо? – интересуется он, когда поднимает голову, а потом следит за моими глазами. – Куда вы смотрите? – хмурит брови, но я, кажется, окаменел.

- Вы её видите? – шепчу еле слышно, не веря своим глазам.

- Кого? – мент смотрит на меня, будто я рехнулся, а потом на проём, где сидит в кресле Инга. Чёртова ведьма! Призрак или реальность? Только он её не видит. Не видит! – Стас, - кричит кому-то мент. – Ну-ка пригони сюда медиков, кажется, у мужа крыша едет.

Глава 65

Кажется, мы перестарались. Вижу, как бледнеет Ростовцев, как блеет что-то, тараща на меня глаза, а потом хватается за область, где должно быть сердце. Вряд ли оно у него есть, только медики начинают суетиться по-настоящему.

- Как ты? – на плечо укладывается рука Владимира, моего ангела-хранителя, и я отвечаю.

- Сейчас куда лучше, когда почти стала вдовой.

Руслан хрипит на диване, его корёжит. Но голова до сих пор повёрнута в мою сторону, словно он надеется, что я исчезну. Только чёрта с два.

Теперь мой черёд наблюдать, как здоровый человек превращается в калеку. Только моего участия здесь минимум, Ростовцев сам пришёл к тому, что сейчас с ним происходит. Я просто появилась, а его контузило. И до моих ушей доносится вердикт: инсульт.

Уже потом это подтвердят на КТ, а сейчас носилки, скрюченные пальцы больного, странный лепет, в котором невозможно признать связную речь, и глаза, его глаза я запомню надолго. Но не потому, что мне жаль, а потому что я обещала его раздавить и наказать, и вот первая плата. Он пытался откусить кусок, который ему не по зубам. Только на этом я не остановлюсь.

Меня могло не быть. В данную минуту в этой комнате, в этой коляске. Если бы не Владимир, который снова меня спас…

Уже потом, когда я пришла в себя, он рассказал, что случилось. Как ему позвонила Лера, которая не смогла меня разыскать. А ей невестка, что звонила пару раз. Владимир снова отправился ко мне, удивился, что было заперто, и соседка сказала, что видела меня с мужчиной. Даже описала его. Дальше маршрут был прост. Первый пункт – наш дом, где он обнаружил меня в тот момент, когда человек Ростовцева отправлял сообщение.

Представлять драку в ванной на фоне моего голого совсем немолодого тела, которое вот-вот утонет, я не хотела. Мне было стыдно и неловко, Владимир понимал это, не вдаваясь в подробности. Это уже моё воображение дорисовало недостающие детали, от которых я пришла в ужас. И пока один валялся на полу, связанный военным в отставке, который знает толк в обороне, Владимир вытащил меня, закутав в полотенца, и отнёс в холл. За этим занятием его и застала наша домработница, которая вместо того, чтобы бежать, взяла увесистую чугунную статуэтку и отменно приложила моего спасителя по голове.

Когда я очнулась, Рита кричала, пытаясь убежать и вызвать полицию, а Владимир с пробитой головой догнал и остановил, намереваясь всё объяснить.

- Рита, - просипела я, чувствуя небывалую сухость во рту. Ростовцев не мог дать мне львиную дозу снотворного, иначе бы его обвинили в убийстве. А небольшую, которая вырубит на пару-тройку часов, – запросто. Он всё продумал, кроме одного: не взял в расчёт то, что меня начнут искать. Не просто обрывая телефон, а физически.

Рита помогла одеться и позвонила Ростовцеву. Уверена, он этого и ждал. Она сделала вид, что напугана, что не знает, что делать. Попросила приехать. А потом уже мы позвонили в Скорую и полицию. Вызов медиков был оправдан: голова Владимира довольно сильно пострадала. Что касается полицейских, у нас был один участник заговора, который не стал отпираться. Он уверял, что пальцем не трогал меня, но и не предпринял попытки спасти. Лёгкие деньги, которые он надеялся заработать на искусственном интеллекте, стали вполне себе ощутимым сроком, который ему скоро назначат.

Нам повезло, что ребята попались с юмором. Потому удалось разыграть неплохую партию, чтобы посмотреть, как ведёт себя убийца, который не в курсе того, что все знают о его роли во всём мероприятии. И моё эффектное появление, когда Глеб делал вид, что меня нет, стало вишенкой на торте. Для нас. Для Ростовцева это было началом конца.

- Так, - полицейский откашливается, смотря на меня. – У вас взяли анализ крови?

- Да, - киваю. Медики сделали всё, как надо, чтобы доказать, что меня опоили снотворным. Пока Ростовцев ехал сюда, кое-что удалось рассказать, теперь от начала до конца раскладываю по полочкам свой вечер, а потом Владимир описывает последующие события.

- Опросить его пока не получится, - заключает Глеб. – Подождём заключения от врачей. Как только нас пустят к Ростовцеву Руслану, мы обязательно с вами свяжемся. Ну и позвоним на неделе, чтобы заполнить все необходимые бумаги.

- У меня есть и другие доказательства, - вспоминаю о бутылке, которую уже отдавала в экспертизу.

- Не помешают.

В дом врывается испуганная Лера, которая только сумела добраться до меня.

- Инга, - бросается обнимать, словно мы с ней не виделись бог весть сколько. – Где этот урод? Я выцарапаю ему глаза, - оглядывается, словно действительно намерена разглядеть здесь Ростовцева.

И как только остаёмся одни, я в который раз рассказываю о том, что случилось на самом деле. Рита, которую до сих пор трясёт от страха, пьёт валерьянку и обмахивается тряпкой. Она уезжает домой, обещая, что не станет распространяться по поводу случившегося. Конечно, скоро все узнают, что здесь произошло. Но пусть это будет официальная версия, а не рассказ уборщицы в лицах.

Но пока выдыхать рано. Ещё ничего не закончилось.

Глава 66

Уже за полночь, и пора расходиться. Лера осматривает затылок Владимира, который обработали коллеги, обещая, что до свадьбы заживёт.

- Надеюсь, ты о чужой свадьбе, - улыбается пострадавший, - потому что иначе ходить мне с дырой в голове до конца жизни.

- Какие твои годы, Вовка, - смеётся подруга. - Ты же понимаешь, что теперь тебя нельзя оставлять дома одну? – интересуется у меня.

- Он в больнице, Лер.

- Он - монстр, Инга! И может дотянуться до тебя отовсюду. Не удивлюсь, если он заплатил кому-то еще. Если ты думаешь, я ожидала, что Руслан может так поступить, - нет. Я в таком шоке, что ни в сказке сказать, ни пером описать! Не обсуждается! Владимир ночует тут!

- Лер! – пытаюсь её утихомирить.

- Что Лер? Чёрт, - ругается она, тут же добывая телефон. – Твоя невестка там себе места не находила, и я обещала перезвонить, как только тебя увижу. Час ночи, она спит, наверное.

- Я напишу сообщение, - обещаю, но лишь отправляю, что со мной всё в порядке, Лиза тут же перезванивает.

- Инга Андреевна, - слышу испуганный тихий голос. – Это вы? Я так испугалась.

И слышу, как она ревёт. Как тихо и протяжно она плачет.

- Лиз, ты чего? – моё сердце падает в пятки. – Что случилось? С Таей всё в порядке?

- Да, с нами всё хорошо. Гормоны, наверное, - признаётся. – Просто… да нет, ничего.

- Говори!

- Наверное, вы подумаете, что я глупая…

- Лиза, теперь ты меня пугаешь.

- Простите… Просто… У меня кроме вас и Таи больше никого не осталось.

И её признание топит моё сердце. Такое простое и бесхитростное, что и сказать нечего. Надеюсь, я не потеряла сына. Но обрела дочь.

- Вы отдыхайте, я так, - словно извиняется. – Простите, нашло что-то, - шмыгает носом.

- Родные для того и созданы, чтобы делиться чувствами, - пытаюсь поддержать её на расстоянии. - Ты когда обратно?