Измена. Плата по счетам (СИ) - Манаева Ирина - Страница 42

Выбираюсь, чувствуя, что нужен глоток свежего воздуха. Владимир тут же поднимается с места, отправляясь вслед за мной, а я чувствую, как спину прожигает взгляд следователь, который теперь так просто в покое меня не оставит.

Глава 69

Война войной, но сеансы бросать нельзя. Напряжённая и недовольная укладываюсь на кушетку к Евгению. Это наша пятая встреча. Он говорил, что будет не менее двадцати.

- Какие-то проблемы? – интересуется. Уверена, что Владимир ему ничего не говорил касательно нашей поездки, просто немного перенёс встречу с иглотерапевтом.

- Всё в порядке, давайте начинать.

- Конечно. Приятно видеть, что вы всё-таки пришли.

Он пытается успокоить меня музыкой и полутьмой, ароматическими свечами. Поначалу кажется – это невозможно, но его умелые руки, звуки и запахи заставляют мозг отключиться и уплыть в дрёму. Никогда прежде не удавалось ничего подобного, если какие-то проблемы.

- Инга? – осторожно касается меня Евгений.

- Что? – не сразу понимаю, где я, и кто я. На месте, где лежала голова, немного мокро от слюны. Настолько удалось отключиться.

- Я закончил, одевайтесь, - командует, помогая с одеждой. И я нехотя натягиваю вещи, снова оказываясь в реальности.

Пока неизвестно, что с Ростовцевым, живу в доме, где установила сигнализацию и камеры. Лера настояла, что так следует поступить, лишним не будет. И я согласилась. После двух покушений развилась паранойя, которую следует проработать с психологом. Но не сейчас, когда следует быть начеку. Потом, когда Руслан будет отбывать наказание.

Утром едем с Владимиром сначала к моей матери, которая звонила несколько раз. Это не телефонный разговор, и я не знаю, что будет, когда расскажу ей про Ульяну.

Она слушает меня, округлив глаза от страха, качает головой, ревёт и говорит, что этого не может быть.

- Прости, что я стала Сирин, - напоминаю ей о сказках, которые она читала нам обеим на ночь. Сирин и Алконост - райские птицы-девы в славянской мифологии, и одна из них – предвестница печали и тоски. Совсем как я сейчас.

Мать сидит на диване, и будто в миг постарела.

- Надо устроить похороны.

- Пока нельзя, идёт расследование, нам её просто не отдадут.

И она принимается реветь белугой, причитая, что не по-людски это.

Говорить о том, что меня подозревают, - не хочу. Да и надеюсь, что следователь найдёт настоящего убийцу в ближайшее время, а не станет притягивать за уши имеющиеся факты.

- Мне пора ехать, Лиза возвращается. Ты как?

- А как чувствует себя мать, когда погибает её дочь? – спрашивает с апломбом, словно в этом есть моя вина. Оказывается, она так и считает. – Это ты не защитила сестру, когда она в тебе так нуждалась.

- Мам, - пытаюсь её остановить.

- Ты воротила нос, когда у неё были проблемы.

Сдерживаюсь, чтобы не ответить, как следует. Она просто зла, и пытается сбросить на меня негатив, который больно распирает внутренности.

- Ты не имела права выбрасывать её из своей жизни, вы же родные!

- Я не причастна к её смерти, мама. И не рушила её жизнь, как она мою. Жаль, что и тут она младшая, а потому следует её жалеть. За всё надо платить, и за своё предательство она заплатила моим безразличием. Но я и пальцем не трогала Улю. Не вешай на меня всех собак. А следить, что она делает, и охранять ото всего -не нанималась.

Мы говорим ещё какое-то время, и я капаю ей успокоительного в ложку, дожидаюсь, пока она пьёт.

- Может, переедешь на время ко мне?

- Оставь меня, я хочу побыть одна, - она лежит на диване, отвернувшись от меня. А время говорит о том, что следует ехать на вокзал.

- Я позвоню, - обещаю, выбираясь из квартиры, и закрываю её собственным ключом. Я бы осталась, но она упряма. Если сказала, что хочет быть одна, так оно и есть.

- Как всё прошло? – интересуется Владимир, помогая забраться в машину.

- Прошло, - лишь отвечаю. И он понимает – разговор лучше закрыть.

По пути заезжаем в магазин, и Владимир покупает для Таи подарок от меня. Надо же порадовать внучку.

Лиза выглядит посвежевшей и такой красивой, что даже не сразу узнаю её.

- Здравствуйте, - скромно улыбается, а я приглашаю её обняться. Тае вручаем набор опытов. Она с интересом рассматривает коробку, сидя в машине, пока направляемся в новую квартиру.

- Как отдохнули? – интересуюсь, обращаясь к Лизе.

- Спасибо за такую возможность, впервые была в подобном месте, как и Тая.

- Но не в последний, - обещаю.

Оказываемся в квартире, и Владимир оставляет наедине. Мне даже не нужно просить, он понимает без слов. Затаскивает вещи невестки и уходит, но я знаю, что будет ждать внизу.

- Инга Андреевна, - начинает Лиза после того, как я устроила экскурсию им с внучкой. – Как там Ростислав?

Вижу, как напряглась, как горят глаза от того, что произнесла его имя, как ждёт новостей, потому что неимоверно скучает. Да, она исполнила то, о чём я просила, но нельзя забыть по щелчку.

- Я не видела его, Лиза, - честно признаюсь, и вижу испуг на её лице. – Не волнуйся, он…, - на мгновение раздумываю, как назвать Жарова, - со своим дедом. Помогает ему.

- С кем? – не понимает она.

- С Андреем Жаровым, который доводится ему дедом.

- Жаров? Отец вашего мужа?

- Нет.

- Выходит, - на пару мгновений она подбирает слова, - это ваш отец?

- Формально да. Но я не люблю, когда нас роднят. Он больше биологический.

- Извините, я не знала, - её лицо сразу меняется.

- Ничего.

- Значит, Ростислав ему помогает?

- Лиза, послушай. Жаров пытается исправить то, что когда-то испортил. Думаю, сейчас именно тот случай, ведь я упустила своего сына когда-то. Ему нужна реабилитация, потому что я сама видела, как он употребляет какие-то препараты.

Лиза не удивляется, лишь скашивает глаза на дочь, и я понимаю: она всё знала, просто не хотела нагнетать.

- Значит, не только мне это известно, - подвожу итог. - Он пробудет там несколько месяцев.

- А потом?

- Я не знаю, - качаю головой. – Ты хочешь попробовать снова?

- Я не знаю, - повторяет она мои слова, и в голосе слышны слёзы. – Нужно сказать ему о ребёнке.

- Он не знает?

Она качает головой.

Тогда, уйдя, она не призналась. Решила, что так будет лучше. Но теперь успокоилась и осознала, что Ростик имеет право знать.

- У него нет связи, как и у тебя. Но я устрою вашу встречу, не могу назвать точную дату. Главное – не обещай ему ничего, хорошо? И не рассчитывай на его обещания.

Глава 70

Оставляю невестку с внучкой отдыхать, а сама спускаюсь вниз. Следует заехать в центр, чтобы подписать бумаги, а потом переодеться и к Жарову.

Мы едим с Владимиром в одном из ресторанов, обсуждая произошедшее с Ульяной.

- Кого-то подозреваешь? – интересуется он.

- Только Руслана. Но сам не мог, был слишком занят моим убийством. Если только не оплатил заказ, - размышляю.

- Но если ты озвучишь эту мысль следователю, он решит, что ты хочешь повесить на мужа всех собак. Может, у неё была подруга какая-то?

- До недавнего времени мне казалось, что я знаю свою сестру. Теперь поняла, что нет. Жаров разобрался с её бывшим мужем - Кадиром. Но кто знает, как она ещё пыталась улучшить своё благосостояние. Может, кроме Ростовцева у неё был ещё кто-то? И она обокрала и его?

- Будем надеяться, что опера быстро разберутся в этом деле.

- Надежда умирает последней.

Вечером сижу напротив того, кто желает быть моим отцом не только на бумаге, но и в реальности.

- Хорошо выглядишь, - начинает Жаров, как только останавливаю кресло рядом со столиком.

- А ты – отвратительно.

Он лжёт, я – нет. Вряд ли после стольких потрясений я способна выглядеть хорошо. А вот он больше похож на умирающего, чьи дни сочтены.