Мстислав Дерзкий часть 1 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 33

Наталья подошла ко мне. Посмотрела на Федьку, потом на меня. В ее глазах было что-то новое. Не просто уважение. Признание.

— Живой. И, кажется, в сознании. Идеально.

Она повернулась к Вере.

— Ты цела?

Та кивнула, все еще тяжело дыша. Она была вся в пыли, одежда порвана в нескольких местах, на щеке — тонкая кровяная царапина. Она смотрела на меня. Уже без ненависти. С сложной смесью злости, досады и… да, черт побери, благодарности!

— Цела, — выдохнула она. — Спасибо… что прикрыл.

— Не за что, — я поднялся, оттащил за шиворот Федьку и швырнул его к ногам Тихомира. — Вот ваш подарок. Распаковывайте.

Подошел к своему мечу, торчавшему из груди мага, и выдернул его. Сталь заныла тихой песней, сбрасывая на землю капли темной крови.

Бой был окончен. Теперь начиналось самое интересное — допрос. И глядя на перекошенное от злобы лицо Федьки Холодного, я почти был уверен — он заговорит. И мы наконец узнаем, кто этот «Хозяин», что привел мертвецов в поместье графа.

Тихомир отволок Федьку, как мешок с дерьмом, в самый темный и сырой угол пещеры, подальше от тел и дымящихся воронок от магических ударов. Бросил его на камень лицом вниз, так что тот хрипло ахнул.

Разбойник тут же попытался подняться, ругаясь на чем свет стоит, плюясь кровью и обещая нам всем скорую и мучительную смерть от рук своего «Хозяина».

— Су**и! Мрази! Вы все сдохнете! Он придет и порядок наведет! Он всех вас в мясо превратит! Он…

Тихомир даже не стал его слушать. Он молча вытащил из ножен короткий, толстый, отполированный до бритвенной остроты нож для разделки туш. В его глазах не было ни злобы, ни удовольствия. Была лишь холодная, профессиональная необходимость.

— Госпожа, — он повернулся к Наталье, его голос был ровным, как поверхность озера в штиль. — Вам лучше отойти. Воздух здесь сейчас испортится. И звуки… Будут не для дамских ушей.

Наталья кивнула, лицо ее было бледным, но решительным. Она взяла Веру за локоть — та все еще смотрела на Федьку с какой-то болезненной, голодной жаждой, но позволила себя отвести.

— Мстислав? — Наталья бросила на меня взгляд.

— Я останусь, — сказал я, прислоняясь к стене.

Моя спина ныла адски, но я не мог уйти. Я должен был это видеть. Слышать. И делать свои выводы. Рано или поздно наши с графиней пути разойдутся, поэтому я должен знать и понимать, что вообще происходит.

Наталья не стала спорить. Она отошла на несколько шагов, подняла руки, и воздух между нами и ими заколебался, сгустился в матовую, дрожащую стену. Звуки из-за нее доносились приглушенными, как из-за толстого слоя ваты.

Тихомир посмотрел на меня, вопросительно подняв бровь.

— Мешать не будешь?

— Нет такой привычки, — пожал я плечами. — Это зло, но зло необходимое. Делай что должен.

Он кивнул и повернулся к Федьке. Тот, увидев нож, наконец заткнулся. Его глаза, налитые кровью, расширились от животного, первобытного страха. Он понял, что слова и угрозы здесь не помогут.

— Последний раз, — тихо, без всякого выражения, сказал Тихомир. — Кто твой Хозяин? Где его найти?

— Пошел на… А-А-А-А-АРГХ!!!

Крик был сдавленным, утробным. Тихомир действовал быстро и точно. Не жестоко — эффективно. Один точный, неглубокий надрез в определенном месте. Федька забился, захлебываясь собственным криком.

Я отвел взгляд, глядя на свою рукоять меча, вытирая с нее пальцами засохшую кровь. Я видел подобное раньше. Слишком много раз. Я воин, а не кат, хотя умел это делать. Но удовольствия мне это не доставляло.

— Имя? — повторил Тихомир, его голос был спокоен, как будто он спрашивал о погоде.

— Ты… ты… А-а-ай! Мать твою!

Второй… прием. Звук стал влажным, отвратительным. Я стиснул зубы. Сзади, сквозь матовый щит, доносился приглушенный звук — Веру, кажется, стошнило.

— Имя. Я не буду спрашивать снова.

Тишина. Потом хриплый, сдавленный, разбитый вой.

— Не знаю! Клянусь! Не знаю имени! Он всегда в маске! В черной! Голос… голос как скрежет камня! Платит золотом! Приказывает — мы выполняем!

— Что вам было нужно в поместье графа? — Тихомир не повышал голос.

— Мертвяк! Старый мертвяк! Его нашел граф! Не захотел отдать его Хозяину! Он вызвал мертвяков. Говорил, после них прийти и его забрать! Мол, они его не тронут. Дал артефакт, отпугивающий мертвяков, и я послал своих людей. Но они не вернулись.

— Какой еще труп? Что за бред ты несешь⁈ — голос Тихомира стал жестче.

— Не знаю, клянусь всеми богами! Какой-то очень древний! Я не волхв, я не понимаю! Он сказал — найти любой ценой!

— Где вы с ним встречаетесь?

— В… в Башне Молчания! На старом кладбище за рекой! Там… комната есть! Туда приносим отчеты! Он… он появляется из теней! Как призрак! И так же исчезает.

Тихомир задал еще несколько уточняющих вопросов. Федька рыдал, захлебывался, но выкладывал все. Страх перед болью оказался сильнее страха перед таинственным Хозяином.

Наконец Тихомир выпрямился. Он вытер клинок о штаны Федьки и вложил его в ножны.

— Все. Он пуст.

Он повернулся и махнул рукой Наталье. Воздушный щит дрогнул и рассеялся. Воздух хлынул в нашу сторону, неся с собой тяжелый запах крови, мочи и страха.

Наталья подошла, стараясь не смотреть на то, что осталось от Федьки. Вера шла следом, бледная, как смерть, но сжав губы. Она смотрела на Тихомира с новым, осторожным ужасом.

— Доверяешь его словам? — спросила Наталья, голос ее немного дрожал.

— Доверяю, — Тихомир кивнул. — Такие не врут в конце. Башня Молчания… Я знаю это место. Гиблое. Мертвецы там сами по себе встают из могил и шастают. Сколько раз не зачищали его, а толку нет. Идеальное укрытие.

Пока он говорил, я заметил, как Наталья старается отряхнуть с платья несуществующую пыль, поправить прядь волос. Нервы. Она заговорила, чтобы отвлечься:

— Мы в соседнем проходе наткнулись на его людей. Пятеро. Разобрались быстро. И нашли… пленников. Несколько человек. Местных, кого они взяли для каких-то работ или для выкупа. Отправили с двумя моими людьми к выходу. За это… Да, за это даже награда по службе положена. Маленький лучик света в этой кровавой бане.

Она пыталась шутить, но вышло плохо. Вера молчала, уставившись в пол.

Тихомир тем временем подошел к Федьке, который тихо стонал, свернувшись калачиком.

— Что с ним? — спросила Наталья, сморщившись.

— Живой. Калекой будет, но живой. В Приказе допросят еще раз, перепроверят показания, — он посмотрел на нас. — Надо двигаться. Здесь скоро может стать людно.

— Ага, — кивнул я и резко опустил лезвие меча на шею бандита, отделяя голову от тела. — Обойдутся в Приказе без него. А тащить эту тварь за собой глупо. Все, что надо, он сказал. Ну, и другим знать об этом ни к чему.

Тихомир сверкнул на меня глазами, но ничего не сказал. Как и девушки. Да и плевать на их мнение, если честно. Отчитываться в своих действиях я не привык.

Мы пошли назад, к выходу. Тихомир тяжело шагал, о чем-то думая, иногда дергая при этом рукой, что лежала на рукояти меча.

Я шел последним, чувствуя тяжесть в каждой клеточке тела. В голове крутились обрывки услышанных фраз: Башня Молчания… Хозяин в маске… Зачем я ему понадобился?

Мы вышли из пещер на холодный ночной воздух. Он показался нам невероятно чистым и свежим после смрада подземелья. Люди Тихомира уже ждали, окружив группу спасенных пленников — испуганных, замерзших людей.

Наталья отдала тихие распоряжения, ее агенты начали организовывать отход. Вера села на камень, обхватив колени руками, и просто смотрела в темноту.

Я подошел к краю обрыва, глядя на темный лес внизу. Башня Молчания. Старое кладбище. Призрак в маске. Охота продолжалась. Но теперь у нас была цель. И конкретное место.

Сзади подошел Тихомир. Он молча постоял рядом, тоже глядя в ночь.

— Спасибо, что остался, — сказал он наконец. — Не каждый выдерживает такое.

— Привык, — буркнул я в ответ.

— Нет, — он покачал головой. — К такому не привыкают. Просто… принимают как необходимость. Ты сегодня хорошо работал. Оба хорошо.