Бурбон и секреты (ЛП) - Уайлдер Виктория - Страница 33

— Мы будем ее любить, папа, — говорит Ларк, глядя на меня умоляющими глазами. — Пожалуйста. — И это потрясает меня. Это задевает меня так, что я понимаю, что не смогу отказать без веской причины. И у меня ее нет.

— Ларк, что ты собираешься делать с коровой?

— Дотти, — поправляет Хэл. — Девочки дали ей имя, когда купили.

Я сердито смотрю на Хэла, а Ларк продолжает:

— Разве она не выглядит так, будто ее зовут Дотти?

Глубоко вздохнув, я упираю руки в бока.

— Ты ведь понимаешь, что у нас нет амбара или чего-то похожего для содержания коровы?

Лили отвечает:

— Папа, мы же Фоксы. Мы что-то придумаем.

Туше.

Я на мгновение закрываю глаза и запрокидываю голову.

— Использовать мои собственные слова против меня должно быть противозаконно. — Я указываю на нее, выгнув бровь. Когда я смотрю на своих девочек, все, о чем я могу думать, это — как я могу отказать? Гребаный черт.

Я провожу рукой по лицу.

— Хорошо. Хэл, мне понадобится немного времени, чтобы понять, как мы справимся с этим. — Я наблюдаю за тем, как глаза Ларк наполняются слезами, а на лице Лили появляется широкая улыбка. — Ты не против, если мои девочки будут ежедневно приходить к тебе домой, чтобы научиться ухаживать за ней, а я за пару недель решу вопрос с тем, чтобы мы разместили ее как следует.

— Думаю, это отличная идея, Линкольн, — с облегчением говорит Хэл.

Я хлопаю в ладоши.

— Это последний раз, когда вы проворачиваете что-то вроде покупки животного без моего ведома. — Я показываю на корову, которую грузят обратно в трейлер. — Это семейное решение. То, что живет и дышит, нельзя купить просто так.

Ларк бросает косой взгляд на Лили.

— Нет. — Я указываю между ними. — Нет. Нет. Что это за взгляд? — Я знаю этот взгляд — он означает, что это еще не все. И мои девочки умны, они не собираются разглашать информацию, которая может выдать то, чем они занимаются. Они как будто ждут, когда упадет второй ботинок. И тут меня осеняет — черно-коричневый щенок. Кит. — Черт возьми, вы купили и собаку? — говорю я.

— Кит, — говорит Лили. — Ее зовут Кит, и мы взяли ее из приюта. Мы знали, что ты не согласишься сразу, поэтому спрятали ее в соседском амбаре. Но потом Фэй нашла нас.

Ларк добавляет:

— И она сказала, что присмотрит за ней, пока...

— До каких пор? Девочки, серьезно? Вы просто включаете животных в нашу жизнь без моего ведома. Как вы себе это представляете?

Но Лили улыбается и, пожав плечами, говорит:

— Если ты построишь амбар...

— Нет. Мы обсуждаем, а потом принимаем решение. Вместе.

Лили и Ларк выпрыгивают из грузовика, хлопают дверьми и бегут по подъездной дорожке, чтобы поприветствовать Джулеп и неуловимого щенка по имени Кит. Я вдыхаю радость от того, что я рядом со своей семьей, а затем выдыхаю ненависть к себе за то, что не уделил этому больше внимания. Чьи гребаные дети покупают животных или приводят домой собаку без ведома родителей?

Я откидываю голову на спинку сиденья — было бы намного легче, если бы Лив была рядом. Быть одиноким родителем иногда чертовски трудно. Я впервые позволяю себе задуматься о том, что у меня может быть кто-то, чтобы делать это вместе со мной. Посмеяться над провалом в моем воспитании и найти способ избежать этого в будущем. Выслушать, как я схожу с ума от того, насколько умны мои девочки — они только что просто надули меня, черт возьми.

Ландшафт вокруг дома Эйса — это открытка Кентукки. По широким просторам загонов, которые расположены по всей левой стороне участка, а также по массивным белым конюшням, занимающим все пространство справа, становится ясно, что у моего брата есть две совершенно разные страсти: бурбон и лошади.

Сумерки окрашивают горизонт брызгами глубоких оранжевых и мягких пурпурных оттенков. Прекрасно. Я выхожу из джипа и наблюдаю, как мои девочки разговаривают с Хэдли, которая, должно быть, приехала прямо перед нами. Гриз сидит на своем привычном месте на веранде и улыбается, любуясь той же картиной. Двое всадников, скачущих в нашу сторону верхом на лошадях, преодолевают холм на границе моей видимости, — трудно разобрать, кто это может быть, кроме того, что это мужчина и женщина. Звук копыт, ударяющихся о землю остается тихим, пока я наблюдаю за ними, но когда я действительно сосредотачиваюсь на всадниках, он разносится громким эхом. Мой брат приближается к нам, и такую улыбку на его лице я вижу не так уж часто.

В нескольких футах позади него скачет не кто иной, как Фэй.

У меня внутри все сжимается, когда я понимаю, что именно она стала причиной улыбки на лице моего брата. Я уверен, что она не собирается ему уступать.

— Что за хрень? — спрашивает Хэдли, подходя ко мне и положив руки на бедра, пока мы оба смотрим, как они проносятся мимо. Они поднимают ветер и пыль, осевшую на тропинке.

Я бросаю взгляд на свою лучшую подругу.

— Тебя не пригласили прокатиться?

— Это не те скачки, которые меня интересуют.

Я смеюсь и смотрю на ее волосы, собранные в высокую прическу так, что локоны рассыпаются во все стороны.

— Ты только что приехала?

— Хэдли Джин Финч, твоему любимому Фоксу нужно потискаться, — перебивает Гриз, оказываясь рядом с нами. Она крепко обнимает его, и старик наслаждается этим. Обхватив его руками, мы втроем наблюдаем, как Эйс и Фэй спрыгивают с лошадей и смеются над чем-то. Когда, черт возьми, Эйс успел стать смешным?

Хэдли спрашивает:

— Гриз, ты приглашаешь на ужин каждую красотку, которая приезжает в город?

Он усмехается.

— Сногсшибательная, правда? У меня хорошее предчувствие на ее счет. — Глядя на меня поверх ее головы, он продолжает: — Мои внуки, возможно, знают кое-что о бурбоне, но они, похоже, не знают, что такое химия...

Может быть, это выглядит так со стороны, но я точно знаю, как она ощущается. Я не могу избавиться от этого чувства с тех пор, как она вернулась. Он сжимает мое плечо и идет обратно к веранде, крича на ходу:

— Может, стоит начать добиваться того, чего вы оба хотите, а не просто сидеть и ждать, когда это чудесным образом произойдет.

— Больше адекватности, Гриз, — говорит Хэдли себе под нос.

Я целую ее в макушку.

— Слышал, что ты встречаешься с начальником пожарной охраны.

Она поднимает на меня глаза и улыбается.

— Уточни, что ты имеешь в виду под «встречаешься».

— Вместе сходить поесть. Насладиться обществом друг друга...

Она вздыхает.

— Линк, ты как будто совсем меня не знаешь. Я трахаюсь с начальником пожарной охраны... — Затем она понижает голос. — И его новобранцем.

Я поднимаю брови.

— Они оба в курсе?

— Они в курсе. — Она кивает, ухмыляясь. — О, поверь мне, они в курсе.

— Черт возьми, девочка! — восклицаю я. Я знаю, что это еще не все, и когда она захочет поделиться, то расскажет. Потому что, как бы ни веселилась моя лучшая подруга, куда бы ее ни занесло ветром, она жаждет стабильности. Именно поэтому в детстве она стала проводить так много времени с нами, несмотря на то, какими дикими были я и мои братья. У нас всегда были семейные ужины, Гриз обязательно спрашивал, где мы были и что делали. Никто не интересовался ею настолько, чтобы спросить, пока она не оказалась за нашим обеденным столом.

— Близость — это все, — продолжает она. — Ты знаешь, что с моей крыши есть прямой доступ к пожарной станции через дорогу...

Я изо всех сил стараюсь слушать, но не могу удержаться от того, чтобы не бросить взгляд в сторону конюшни. Эйс держит поводья обеих лошадей, а Фэй идет за ним. Улыбается, улыбается, улыбается. Почему она проводит с ним время? Я все еще думаю о том, как она прижималась ко мне. О ее запахе, который остался на моих пальцах той ночью. Как я был близок к тому, чтобы ворваться в ближайшую дверь и трахнуть ее, как мне хотелось.

А теперь она запрокидывает голову, смеясь над тем, что говорит Эйс. Он не такой уж и смешной. Мой здравый смысл покидает меня.