Токсичные желания (ЛП) - Брекель Надя - Страница 14

— Блейк? — Говорю я это скорее, как мольбу, чем как вопрос.

Он обхватывает меня рукой за шею, притягивая ближе. Я ахаю. Он опускает взгляд на мои губы. Я чувствую, как поднимается и опускается моя грудь и как учащается мое дыхание. Сердце бешено колотилось, заставляя кровь согревать каждый дюйм моего тела, и это был единственный раз, когда я почувствовала себя живой с того самого дня, как попала в больницу.

— Это не обещание, Эбс, если уж на то пошло, это уверенность в том, что я его выполню.

8

БЛЕЙК

Музыка — это любовь в поисках слова.

— Сидни Ланье

Ее губы были ядовитыми по ощущениям. Но в хорошем смысле. На вкус она была теплой и мягкой. Сказочной, но в то же время пронзительной. Пронзающая мое существование, как токсичное желание, которому, как я знал, скорее всего, не суждено сбыться. Она была обеспокоена и в то же время великолепно притягательна. Я жадно целовал ее, проникая в ее рот. Я хотел делать с ней многое. Стереть мысль о Тоби, которая когда-то приходила ей в голову. Это немного напугало меня. Эти мысли зародились в прошлом году, и моя ненависть к Тоби продолжала расти, но сейчас мне не следует беспокоиться о нем.

Наши языки переплелись, и на вкус она была как жевательная резинка и сахарная глазурь. Если бы мы оставались так вечно, это могло бы стереть всю боль. Мне так много хотелось ей сказать. У Кольта и его подружки были гораздо более серьезные отношения, чем я когда-либо считал возможным, поскольку мы почти не виделись, и теперь он был слишком занят, чтобы даже отлить, не включив это в свое расписание. Я был уверен, что Мелиссе это надоест, но это не так. Она все еще остается здесь, и, несмотря на отсутствие моего брата, вопрос о браке поднимался уже дважды.

Кольт заподозрил, что я употребляю, поэтому начал таскать меня на терапию два раза в неделю, а также дважды в месяц проводить тесты на наркотики. Он обыскивал меня, чтобы убедиться, что я не использовал синтетическую мочу, каждый раз, когда он проверял меня, сидя за дверью ванной, как гребаный сторожевой пес. В межсезонье он гораздо чаще бывал дома, так что для него это не было проблемой. В ответ на его бред я начал больше пить. Кроме того, я нашел способ вывести травку из своего организма за одну неделю. Мне просто нужно было убедиться, что я не курю все время, как раньше. А тот факт, что я был довольно худощавым, позволял легко выводить наркоту из моего организма, пока я тренировался и потел каждый день. Может, я и не силен в английском, но, черт возьми, я был хорош в том, чтобы нести чушь.

У меня случился рецидив, и я время от времени употреблял кокаин и метамфетамин, когда хотел абсолютно ничего не чувствовать, а это именно то, что я хотел почувствовать, поскольку медовый месяц моего отца и Стейси уже подходила к концу. Они постоянно ссорились, а это означало, что отец был на взводе больше обычного, что делало его еще большим придурком. Начинаю думать, что Кольт все это время был прав насчет папы, и вместо того, чтобы довериться Кольту, я держал все это в себе. Кольт был слишком занят, играя в профессиональный футбол вместе с капитаном спасателем, который всегда играл роль моего отца вместо моего настоящего отца. Все казалось таким безнадежным, на грани кипения, как будто лучше уже никогда не будет. И испытывать больше чувств к Эбс — плохая идея прямо сейчас. Но я не мог удержаться, чтобы не прижаться к ее густым, роскошным волосам, пока мы лапали друг друга во время поцелуя.

Эбигейл застонала мне в рот, и я крепче сжал ее шею. Я был таким твердым, а она такой мягкой. Наш поцелуй стал более глубоким, более страстным. Я позволил себе еще пятнадцать секунд, прежде чем отстраниться. Я запечатлел ее вкус в своей памяти. Свежий. Сладкий. Невинный. Еще один поцелуй, еще одно поглаживание языком, еще один поцелуй. Затем я отпустил ее, заставив свой член вернуться в штаны с ослепительной улыбкой на лице.

— С днем рождения, Мое токсичное желание.

9

ЭБИГЕЙЛ

Музыка — это оружие в войне с несчастьем.

— Джейсон Мраз

Оказывается, мне хватило всего одного поцелуя, чтобы почувствовать себя вправе вести себя как та психованная девчонка и нарушать все правила. Не то чтобы у нас они были, но в школе есть система. Схема, если хотите, которая работала до тех пор, пока не перестала работать, до сегодняшнего дня. Я вошла во вкус и захотела большего. Хотела, чтобы его токсины высвободились из меня и продолжали дарить мне тот кайф, с которым он оставил меня в машине в наш день рождения.

Мы редко разговаривали друг с другом на территории школы, если вообще разговаривали, за исключением обеда, поскольку это сбивало людей с толку и вызывало у них сплетни, которые мы оба ненавидели. О любом негативном внимании к нам заговорил бы весь город, поэтому наша система работала в нашу пользу. Мы были тайными друзьями, и меня это устраивало. Но сегодня я хотела поговорить с ним и спросить, не хочет ли он создать новую группу. Не для чего-то серьезного, в основном для развлечения, повода снова быть рядом с ним. Я знала, что слухи о «Падших Ангелах» были правдой. Они не только были правдой, но и все так или иначе поимели друг друга. Это было печально, потому что знаю, как сильно Блейк полагался на Дюка, Брукса и Эдисона не только в том, что они помогали ему скоротать время или не думать о наркотиках, но и в том, что он смотрел на них как на братьев, даже как на семью, как и я. Вероятно, поэтому он был единственным, кто никогда не действовал за их спинами и не трахал ни одну из их подружек.

Я глубоко вздохнула, наблюдая, как Блейк открывает свой шкафчик, чтобы положить туда учебники по истории и естественным наукам. И достает учебник английского.

— Привет, — говорю я, как только он закрывает дверь. Он игнорирует меня, ища что-то в своем рюкзаке, и паника поднимается у меня в груди.

— Я поздоровалась.

Медленно он поднимает свой пристальный взгляд, чтобы встретиться с моим, и хмурит брови, прежде чем быстро сказать.

— Что ты делаешь? — спросил он.

Я в замешательстве оглядываюсь по сторонам.

— Я подумала, что, возможно, ты захочешь пойти на урок вместе. — Я натягиваю улыбку, и он остается бесстрастным. Его глаза кажутся затуманенными, и не могу понять, под кайфом он или нет. В последнее время он не так часто присоединяется ко мне за ланчем на улице. Он сильно вырос за последний год и становится тем, кого, по его словам, ненавидит, — футболистом.

— Да, конечно. Но, наверное, будет лучше, если мы никогда больше этого не сделаем. — Он зашагал прочь, и мне пришлось почти бежать трусцой, чтобы не отставать.

— Почему? Мы друзья, Блейк. Мы же не спим вместе, так что не волнуйся. Если тебя увидят со мной, это не заставит тебя выглядеть так, будто ты бродяжничаешь по трущобам, поскольку я не одна из твоих заек из группы поддержки с обесцвеченными волосами. — На моих губах появляется привкус горечи. Я никогда не сходила с ума так быстро, но это, должно быть, был Скорпион во мне. Неизбежные токсины потекли по моим венам, потому что я устала от его отстраненного поведения по отношению ко мне в школе. Он не может просто целоваться со мной в одну минуту, а в следующую вести себя так, будто меня вообще не существует. И не просто целоваться. Под конец мы практически трахались ртами. Вот как все накалилось между нами.

Он резко останавливается, из-за чего я чуть не падаю на него.

— Эбс, я беспокоюсь не о себе. Я беспокоюсь о тебе. Это не будет иметь значения, если люди увидят меня с тобой, но это будет иметь значение, если они увидят тебя со мной.

Я прищуриваюсь и пытаюсь понять, что он пытается сказать.

— Поверь мне, сладкая.

Мое сердце чуть не останавливается. Прошло много времени с тех пор, как он называл меня так, и я не понимала, как сильно мне не хватало слышать это из его уст.