Навязанный брак (СИ) - Стоун Ульяна - Страница 40

— Приятно, что вы побеспокоились обо мне, — усмехнулся он, наливая себе в чашку чай.

Еда выглядела не лучшим образом, но сидеть с голодным желудком с похмелья он не собирался. Кэтрин волне бодро принялась уплетать сооруженный ей сандвич с сыром и дичью. Майкл не мог припомнить, кота бы видел, чтобы леди ела подобным образом, да еще с таким аппетитом. Он помнил ее поведение за столом в обществе и наедине с ним ранее, поэтому нынешний завтрак не мог не вызвать улыбки.

— Вас что-то беспокоит? — изогнув бровь, спросила Кэтрин.

— Нет, — Майкл снова улыбнулся, посмотрев на жену. — У вас тут, — он коснулся ее верхней губы. — крошка.

— Прошу прощения, что пугаю вас своими манерами. Захотели меня отослать? — не воодушевленная проявлением заботы, спросила Кэтрин.

Слова оказались чуть острее, чем она планировала и показалось, что Майкл может вспылить, однако, этого не последовало.

— Отнюдь, дорогая. Я нахожу это освежающим. После общества множества женщин, которые только и делали, что жеманничали. Вам это не присуще и за это я вас уважаю.

Майкл принялся за завтрак, а Кэтрин показалось, что она проглотила колючку. Горло сдавило и стало сложно дышать. Она знала, что у него было множество дам и муж не старался хранить ей верность, а вот слова об уважении попали в самую суть. Никто и никогда не говорил ей подобных слов.

Кэтрин быстро облизала губы и отпила слабо заваренный чай, стараясь скрыть волнение. Вдруг для него это ничего не значило, в то время как она от случайно брошенной фразы потеряла покой. Кэтрин бросила взгляд украдкой на мужа, который продолжил спокойно завтракать.

Последующие полчаса за завтраком и во время ожидания кареты супруги не разговаривали. Кэтрин помогли подняться в карету и захлопнули за ней дверцу.

— Что? — герцогиня удивленно посмотрела в окошко.

Майкл легко вскочил в седло и отсалютовал ей, а после пришпорил коня.

— Немыслимо, — пробормотала герцогиня.

Супруг предпочел ехать верхом в такую холодную промозглую погоду, лишь бы не находиться рядом с ней Кэтрин откинулась на спинку сиденья и рассеянно улыбнулась. Несмотря на ужасную ночевку и неподобающее поведение Майкла, настроение у нее было прекрасное. Будущее не казалось серым и унылым. Если допустить, что он ее уважает, то и договориться с ним будет не сложно. Кэтрин представила свой дом, чистое, освобожденное от урожая поле за ним. Как хорошо ей там будет. Непроизвольно ей вспомнилось, как Майкл добывал яйца в курятнике и вернулся с перьями в волосах. До чего уморительный у него был вид. Если бы кто-то из окружения герцога Синклера увидел его за подобным занятием, остались бы они рядом с ним? Маркиза Мортимер? Если их чувства были настоящими, возможно.

Кэтрин с тоской посмотрела в окно. Но ведь Майкл отказался от той женщины и выбрал ее. Кэтрин не строила иллюзий относительно нрава мужа, но его внимание подкупало. Если бы он перестал мертвецки напиваться и винить ее во всех смертных грехах или наоборот пытаться ее поцеловать, их брак стал бы куда лучше.

После обеда они и правда добрались до поместья герцога Синклера. Подъездная аллея с раскидистыми кленами произвела на Кэтрин впечатление. Но что оказалось действительно впечатляющим, так это трехэтажный особняк.

— Боже, — прошептала герцогиня, ступив на гравийную дорожку перед домом, где их уже ждала вереница слуг в темной одежде.

— Душа моя, — Майкл взял ее за руку и повел к парадной двери. — Думаю, ты познакомишься с остальными позднее, а пока…

Герцог поднялся вместе с ней на верхнюю ступеньку и объявил: — С опозданием к нам присоединилась герцогиня Синклер! Прошу любить и жаловать, каждое ее слово имеет такой же вес, будь оно моим.

Кэтрин не успела самолично поприветствовать слуг. Майкл подхватил ее на руки и внес внутрь.

— Что вы устроили? — зашипела Кэтрин, вцепившись в лацкан его сюртука.

— Наверстываю упущенное, — с поразительным спокойствием ответил герцог — Разве это не традиция?

— Уже поздно для традиций.

— А для наследника нет. Я покажу нашу спальню, — и не выпуская Кэтрин из рук, Майкл поднялся вместе с ней на второй этаж.

42

Когда Майкл принес Кэтрин в спальню и положил на постель, ей на мгновение показалось, что он настоит на исполнении супружеского долга немедленно, однако, герцог ограничился быстрым поцелуем, а после помог ей подняться.

— Прошу прощения, с самого утра мечтал об этом, — усмехнулся он.

— это ваша спальня? — спросила Кэтрин, стараясь отвлечь мужа от того, как зарделось ее лицо после его слов.

— Нет это наша спальня, — поправил ее Майкл. — А это наша супружеская постель.

— Не стоит уточнять, я вас прекрасно поняла. Но мне нужна отдельная комната.

— Для каких целей, любовь моя?

— Для отдыха.

Кэтрин захотелось остаться одной. Стремление мужа заполучить наследника начало смущать. С самого начала она сомневалась в том, что он испытывает какие-либо угрызения совести относительно ее ссылки. Но и отпускать ее он не намеревался, о чем говорило его постоянное нахождение рядом.

— Прошу меня простить, но я бы хотела прилечь, — улыбнулась Кэтрин.

— Разумеется.

Майкл открыл смежную дверь и пропустил Кэтрин вперед. Соседняя комната разительно отличалась от их общей спальни. Явно предназначенная для женщины, в светлых тонах и с куда более изящной мебелью.

— Если что-то понадобится, просто дерните за шнурок. Одежду уже должны были доставить.

— Благодарю, я могу разобраться с тем, как отдохнуть.

Кэтрин остановила Майкла, который уже открыл дверь гардероба, дабы удостовериться, что туалеты герцогини на месте. Внезапный приступ заботы развеселил Кэтрин. Она выпроводила мужа за дверь и облегченно выдохнула.

Одна лишь эта комната была едва ли не больше, чем весь ее крохотный домишко.

Она приблизилась к туалетному столу с прекрасными большими зеркалами и грустно улыбнулась. Но было глупо сравнивать столь разные дома и тем более различное положение, в котором она находилась раньше и сейчас.

Развязав ленты капора, Кэтрин оставила его на весьма удобном на вид кресле.

Верхнее платье, корсет, все это последовало туда же. Вскоре герцогиня взобралась на высокую и божественно-мягкую кровать. Свернувшись клубком поверх покрывала и обхватив одну из подушек, она погрузилась в глубокий, спокойный сон.

Разбудили Кэтрин уже вечером. В комнате горели свечи, а в камине озорно потрескивал огонь.

— Ваша светлость, — горничная осторожно коснулась плеча Кэтрин. — Вам пора одеться к ужину.

— встаю, — пробормотала герцогиня, уткнувшись лицом в подушку.

Она уже выспалась, но использовала еще пару доступных минут, чтобы оттянуть момент подъема. Она не была трусихой, но сейчас понимала, что на этот раз все случится и ляжет она не в эту постель и не одна.

Катрин помогли до конца раздеться и забраться в ванную. Пока горничная занималась ее волосам, герцогиня намыливала тело губкой. На щеках горел лихорадочный румянец, а сердце так быстро билось в груди, что становилось трудно дышать.

— Подготовить голубое платье, ваша светлость? — спросила горничная, обмотав голову Кэтрин мягким полотенцем.

— Нет мне нужно бордовое с длинными рукавами.

Кэтрин показалось, что процедура подготовки к ужину длилась бесконечно долго.

Ее волосы высушили и уложили в низкую прическу со свободно ниспадавшими прядями у лица и подготовили выбранный ей туалет.

Кэтрин предполагала, что никогда не сможет выйти в общество в платье, которое создала для нее Кассандра. Если и другие она считала чересчур открытыми, то крой бордового платья, на ее взгляд, открывал взору слишком много.

Майкл мерил шагами коридор в ожидании супруги. Она должна была появиться еще пятнадцать минут назад, но явно не спешила к нему Он уже собирался вторгнуться на территорию Кэтрин и потребовать немедленно спуститься к ужину, но самообладания все еще хватало на то, чтобы дождаться ее.