Навязанный брак (СИ) - Стоун Ульяна - Страница 8

Леопольд разразился таким громким смехом, что Майкл от души понадеялся, что ублюдок надорвет живот и скоропостижно скончается, но этого ожидаемо не случилось. Его дядя в данной ситуации выглядел куда более здоровым, нежели сам Майкл. Новоявленный герцог с залегшими под глазами тенями продолжал сидеть, облаченный во все черное, и неверяще смотреть в пустоту, тогда как его дядюшка от души радовался новостям.

— Как удачно, что моя любимая супруга сейчас в положении. — Леопольд вытер выступившие от смеха слезы. — А как твоя супруга, дорогой племянник? Ты ее, поди, с самого дня свадьбы не видел.

— Моя жена тебя не касается! — рявкнул Майкл, немедленно с места.

Всепоглощающая, ослепляющая ярость придала ему сил, когда в глазах потемнело. — Держись от нее подальше.

— Но ведь мы одна семья. — ухмыльнулся Леопольд, наслаждаясь тем, как взвинчен его племянник — Вдруг мы найдем общий язык, как когда-то с твоей матушкой.

— Ублюдок. — выдохнул Майкл, прощаясь с последними крупицами самообладания.

Ринувшись на дядю, он нанес мощный хук левой рукой. — Я убью тебя! — как заведенный повторял герцог забыв о боли в плече и нанося удар за ударом, пока пара появившихся служащих не оттащила его от харкающего кровью родственника.

— Он угрожал мне! — воскликнул Леопольд, призывно вскидывая руку к клерку.

— Милорд, его светлость не в себе. Нельзя сейчас воспринимать его слова как настоящую угрозу. — всполошился душеприказчик, предложив Леопольду платок, чтобы вытереть кровь.

— Отпустите меня! — Майкл сбросил с себя удерживающие его руки и метнулся к выходу.

Боль в руке постепенно стала ощутимой, по мере того, как он начал успокаиваться.

Тело его отца еще не было погребено, как этот ублюдок уже готов был наложить руки на деньги семьи. У Майкла оставались вопросы к покойному отцу, но задавать их было уже некому. А помочь ему мог только один человек.

В светлой детской комнате мужчина сидел на полу перед маленькой девчушкой с золотыми кудрями и терпеливо ждал, когда ему нальют воображаемый чай.

Дверь открылась и в комнату проскользнул слуга.

— Милорд, к Вам посетитель. — оповестил Оуэна лакей.

Мужчина со вздохом опустил на блюдце чашку с невидимым чаем и с сожалением посмотрел на златовласую малышку напротив.

— Простите, моя принцесса. Папе нужно отлучиться.

Дочь деловито кивнула и принялась раскладывать пирожные для своих кукол, которые тоже участвовали в чаепитии.

Отец улыбнулся, чмокнул кудрявую макушку и поднялся с пола.

Войдя в гостиную, Оуэн едва не оступился, увидев старого друга. Таким он еще ему не представал. Бледный, растрепанный, с проступившей щетиной и к тому же перевязанной рукой. Они уже довольно давно не виделись, а отношения, когда-то очень дружеские, постепенно сошли на нет. Оуэн остепенился, повстречав на том злополучном балу будущую жену, тогда как Майкл сохранял старые привычки. Хоть это и развело их, но все же не отменяло годы дружбы.

— Что произошло? — ошеломленно спросил Оуэн, бросившись к другу:

— Ерунда. Глупая дуэль. — отмахнулся Майкл, устраиваясь поудобнее на диване.

— Я слышал об этом. Ты позарился на чужую жену? — в голосе друга явственно послышался укор, заставивший герцога скривить губы от досады.

— Не нужно. Ты не уступал мне раньше в этом

— Теперь я другой. Расскажешь, что произошло? — Оуэн сел напротив.

— Отец мертв.

— Соболезную.

Майкл неопределенно промычал в ответ.

— Старик отыгрался напоследок. У меня должен появиться наследник, иначе деньги достанутся дядюшке. — Майкл поднял взгляд и встретился с встревоженным Оуэном.

— Он поступил так, зная обо всем?

— да.

— Что ты будешь делать?

— Не знаю. Но денег старому ублюдку не видать.

— Тогда зачем ты здесь? Я могу помочь?

— Нет. Просто хотел увидеть хоть кого-то, кто не вызывает во мне желание удавиться. — криво улыбнулся Майкл, когда дверь в гостиную приоткрылась и малышка проскользнула внутрь, тут же взобравшись в кресло рядом с отцом.

— Я и забыл, что ты стал родителем. — пробормотал Майкл, выпав на несколько секунд из беседы.

— Ты хочешь вернуть жену?

— Нет — присутствие ребенка заставило говорить сдержаннее, чем хотелось бы. — То есть да, верну. Придется прервать на время её одиночество.

— Не думаю, что она будет рада видеть того, кто поступил с ней подобным образом.

— Это не будет иметь значения, кода я объявлю, что она возвращается к нормальной жизни. Она обрадуется и подарит мне наследника. — усмехнулся герцог.

Оузн промолчал, благоразумно оставляя при себе мнение, что план Майкла не совсем удачен. Много кто предполагал, что Майкл вернет жену вскоре после начала ссылки, но этого не случилось ни через год, ни через два. После третьей годовщины Оузн перестал интересоваться поступающими новостями, как и сам Майкл.

Маркиза была жива и не нарушала выдвинутые супругом условия. Если бы не регулярные подтверждения о том, что она остается на своей земле, можно было бы предположить, что леди сбежала. Она ни разу не попыталась связаться с семьей или попросить мужа о прощении. Она просто оставалась на месте.

— Но ты ранен.

— Это ерунда. Хочу застать её врасплох, чтобы не успела подготовиться к встрече.

Я должен ехать немедленно. — герцог устало поднялся на ноги, попрощался и покинул дом, в котором чувствовал себя слишком неуютно. Вид слегка раздобревшего друга, да и с ребенком, как две капли воды, похожим на него, выбил Майкла из колеи. Сам он никогда не собирался заводить семью, а при виде чужого счастья, частью которого не являлся, герцог чувствовал себя не в своей тарелке.

И вот теперь, пока он трясся по мостовой на пути в свою квартиру, от чего каждый камень отдавался уколами сотен игл в плече, он проклинал отца на чем свет стоит.

Тот все же добился своего. Он знал, кому Майкл никогда не пожелает уступить и выдвинул самое гнусное с его стороны условие. А ведь Майкл даже не помнил лицо жены, смутными воспоминаниями отдавались только темные кудри и смех.

Он представил, что эта неизвестная ему женщина, которая является его женой вот уже четыре года, должна будет подарить ему сына и внутри что-то перевернулось.

Еще один ребенок, обреченный жить в семье без любви.

Вещи были быстро упакованы, а сам Майкл готов к отъезду, прихватив с собой настойку опия, которую ему так любезно оставил коновал, называющий себя врачом.

Уже к вечеру он глубоко пожалел о затее. После махания кулаками, костяшки на руках были сбиты, а рана снова начала кровоточить. Обложившись подушками, Майкл кое как открутил крышку на фляжке и отхлебнул виски, не представляя, как вытерпеть дорогу в семь дней.

5

Помятый, уставший и чертовски злой, Майкл почти добрался до своей цели. Карета неспешно катила среди деревьев, а он смотре на осточертевший зеленый, местами начавший желтеть, пейзаж.

И кто его дернул отправиться в это авантюрное путешествие? Ведь мог бы послать кого угодно, даже секретаря, и её бы доставили к нему, в то время как он мог спокойно лежать в постели.

Он отпил еще один глоток из фляжки, с которой всю неделю не расставался, и последние капли виски опалили горло. Мужчина поморщился, потряс опустевшую фляжку, чтобы удостовериться, что в ней ничего не осталось и отбросил подальше.

Он выглянул вперед, в надежде увидеть хоть что-то кроме опостылевших деревьев, и к своему удивлению, заметил впереди невысокую фигуру. Мужчина пригляделся.

Определенно, впереди шла женщина. Простое платье, распущенные по спине темные волосы. По мере приближения к объекту внезапного интереса, он заметил, что незнакомка несет в одной руке ружье, а через плечо перебросила связку куропаток.

— Останови! — он стукнул здоровой рукой по крыше кареты.

— Добрый день, мисс. — поприветствовал незнакомку Майкл, когда карета замедлила ход, поравнявшись с ней. При более близком рассмотрении не оставалось сомнений в её принадлежности к низшему сословию, но он слишком устал от отсутствия компании.