Случайная двойня для босса (СИ) - Ларина Алла - Страница 24

– Сонечка! – слышу рядом.

– Здравствуйте, Ираида Степановна, – выпрямляюсь и сталкиваюсь глазами с Глебом, стоящим возле машины, припаркованной у подъезда.

– Соня, ты не бойся! – Ираида упирает руки в боки. – Сейчас полицию вызовем!

– Зачем полицию? – спрашиваю растерянно.

– Так вот же, этот твой! Явился – не запылился! У-у, ирод! Все они, богачи, такие! Детишек поди отобрать собрался! Ну так мы ему не дадим!

– Ираида Степановна, спасибо вам большое, но вы не переживайте, – осторожно качаюсь плеча соседки, устало качаю головой. – Ничего он нам не сделает.

– Эх, Соня! – женщина укоризненно хмурит брови. – Нельзя им верить! Такие соврут – недорого возьмут!

– Не волнуйтесь, у нас договор подписан, – слегка улыбаюсь.

– Ну… если договор, – Ираида Степановна, скептически пожевав губами, нехотя кивает. – И всё ж таки будь поаккуратнее. Что тот договор – бумажка…

– Буду, – прощаюсь с соседкой и подхожу к Глебу, который не вмешивался в наш разговор, но, естественно, всё слышал.

Стоит теперь молча и хмуро. Только на Ираиду сердитые взгляды кидает.

– Извини за это, – говорю тихо, пока старушка, продолжая что-то ворчать себе под нос, идёт к подъезду.

– Почему ты сказала, что я собирался отправить тебя на аборт?! – спрашивает со злостью в голосе.

– Конкретно этого я не утверждала, – качаю головой, наклоняюсь отстегнуть детей, чтобы выбрались из коляски. – Ираида Степановна слегка додумала и преувеличила. У нас и был-то всего один разговор на эту тему. Как раз после того, как меня зачем-то искал здесь Роман Анатольевич. До этого вообще никто из соседей ничего не знал о моей истории.

– Роман тебя искал? – Глеб мрачнеет, задумчиво потирает подбородок.

– Да, это было… – задумываюсь, потом киваю, – да, вскоре после того, как вы с Алиной приехали сюда в первый раз.

– Понятно. Выясню.

Киваю, отвлекаясь на детей.

– Дядя, пивет! – машет Глебу Машуля, вылезшая из коляски первой.

– Привет, – он приседает перед ней на корточки, дочка уверенно топает к нему.

Миша немного замешкался, но тоже подходит к мужчине. Что-то лопочут ему, но он, конечно, ничего толком не понимает. Поднимает взгляд на меня, теперь в глазах неуверенность.

– Я… тут купил им кое-что… можно? Подарить?

– Не обязательно было. Но да, можно. Только лучше дома, не на улице. Маша, Миша, пойдёмте домой!

Дети, похоже, немного устали за день, потому что послушно идут в сторону подъезда.

– Давай помогу, – Глеб берётся за поручень коляски, забирает у меня из рук пакет с продуктами, снова хмурится. – Соня, ты не должна продолжать таскать такие тяжести! Тебе сейчас надо беречься!

– Да, разумеется. Прошу прощения, я не подумала, – киваю, поймав на себе удивлённый взгляд.

Такое ощущение, что он не ожидал моего согласия.

– С продуктами немного погорячилась, но я же их и не несла в руках, они внизу лежали. По поводу коляски… к сожалению, у меня не было возможности купить другую, более лёгкую модель, – продолжаю негромко. – Но детям она уже скоро будет не нужна, так что…

– Я разберусь.

– Хорошо, – снова покорно киваю.

– Соня… ты… как-то странно себя ведёшь, – мужчина смотрит на меня подозрительно. – То есть пойми меня правильно, я рад, что ты со всем соглашаешься, но на тебя как-то не похоже…

– У нас же договор, – напоминаю ему. – Я сурмама. Должна беречь себя и детей, которых ношу.

Глеба передёргивает.

– Сонь… давай поговорим?

– Мне нужно приготовить ужин, дети скоро есть захотят, – киваю, ловя за руки дочку и сына и помогая им подняться по ступенькам. – Потом можем поговорить, если хочешь.

Дома отправляю всех мыть руки. Глеб отдаёт двойняшкам на растерзание пакеты с игрушками, которые принёс. Дети тут же берут его в оборот, а я, усмехнувшись, иду на кухню.

После того как я всё ему рассказала, у меня очень странное настроение. Какое-то спокойствие нахлынуло и не отпускает. В глубине души почему-то крепнет уверенность, что теперь всё будет в порядке. Не могу даже объяснить, откуда это пришло…

Да, я по-прежнему безумно боюсь за здоровье детей, переживаю, как будет протекать беременность, думаю о том, как мы будем жить дальше, когда всё это закончится… Но как-то словно фоном. Такое чувство, что мой организм решил, что пора использовать какие-то незадействованные до этого резервы и дать моей нервной системе отдохнуть.

– Ужин готов, – заглядываю в комнату, по которой будто ураган прошёлся.

Глеб сидит на ковре и что-то показывает Мише, а Машуля рядышком, высунув язык, старательно разрисовывает…

– Маша! – ахаю, потому что манжеты рубашки у мужчины все исчирканы фломастерами.

– Она не виновата, я ей разрешил! – тут же встаёт на защиту дочки Глеб.

Качаю головой. Похоже, с кем-то придётся провести разъяснительную беседу о том, что детям нельзя позволять всё на свете.

– Пойдёмте ужинать, – зову всех, смотрю на мужчину. – Ты будешь? У нас сегодня пюре с котлетками и овощной салат.

– Обожаю пюре с котлетами, – Глеб поднимается с пола, глядя мне в глаза, и я чувствую неловкость. – Дети, пойдём руки мыть, мама сказала ужинать, – обращается к малышам, и у меня перехватывает дыхание.

Это прозвучало, как… словно мы… семья.

Мотнув головой, выбрасываю лишние мысли.

Дети, на удивление, едят с аппетитом – видимо, глядя на Глеба, который съедает всё и не отказывается от добавки, когда я ему предлагаю. После ужина я обычно разрешаю двойняшкам посмотреть мультфильмы, и они с радостью усаживаются перед экраном в комнате.

– Хочешь чаю? – вернувшись на кухню, спрашиваю у мужчины, ставлю чайник. – Ты хотел поговорить.

– Да, – он поднимает на меня глаза. – Соня, Алина больше мне не невеста.

Глава 29

Софья

С размаху опускаюсь на стул напротив, во все глаза глядя на мужчину.

– Что-то случилось? – спрашиваю тихо.

Он хмыкает.

– Случилось? Да, можно и так сказать. Главное, что случилось – это то, что она подменила собой тебя! Заняла твоё место! И врала мне все эти годы.

– Глеб, я… – запинаюсь, но продолжаю: – я ведь не для этого рассказала… я не думала, что… Извини.

– Ты передо мной извиняешься? – он вдруг подаётся вперёд, словно хочет меня коснуться, но тут же опять садится ровно. – Пожалуйста, не делай этого. Моя вина перед тобой и без того настолько огромна, что… когда я слышу от тебя извинения… В общем, не надо, ладно? Тебе не за что извиняться. Алина… я сегодня обнаружил её в постели с другим.

Закусываю губу. Не знаю, что на это сказать.

– Мне жаль, – наконец выдавливаю из себя.

– А мне нет, – Глеб пожимает плечами.

Тишину между нами практически можно пощупать, такой она кажется густой.

– Соня, я… просто хотел сказать, что тебе не о чем больше волноваться, – мужчина откашливается. – Роман… на него сейчас собирают информацию. Он сядет, я тебе обещаю. Алина, как только её отца арестуют, уедет, и я позабочусь, чтобы она никогда не вернулась.

– Зачем ты мне всё это говоришь? – спрашиваю негромко, поднимаю на него глаза.

– У нас с тобой двое детей, – мужчина оглядывается на комнату, откуда доносятся звуки видео. – И ты… беременна. Моими детьми.

Неловко замолкает. Я тоже молчу. Не собираюсь ему помогать. Он что, рассчитывал, что я брошусь ему на шею, как только узнаю про его невесту и её папочку?

– Я ни на что не рассчитываю, – Глеб словно отвечает моим мыслям. – Ни на что не надеюсь. И прошу у тебя только одного. Позволь мне… быть рядом с вами. Пожалуйста.

Глеб