Дети ночных цветов. Том 1 (СИ) - Вавикин Виталий - Страница 7

Она сидела за столом, потягивая из стакана апельсиновый сок, когда Грегори Палермо позвонил в местный участок и потребовал, чтобы к нему приехал шериф. Ордилия не хотела подслушивать его разговор, но фраза о том, что на дворе у него находится труп, которому около двух недель, заставила невольно напрячься. Две долгих недели…

Ордилия невольно начала загибать пальцы. Шестнадцать дней она провела в этом отеле. Значит… Значит, кто-то убил здесь человека, в то время как она спала в своей кровати. Или… Ордилия вспомнила, как заснула на шезлонге, вспомнила незнакомца, который не отозвался на ее окрик. А что если в ту ночь она была на волосок от смерти?

Ордилия вышла на улицу вслед за управляющим, но его нигде не было. «Может быть, он пошел на задний двор?» – подумала она, огибая здание закусочной. Открывшиеся взору груды мусора неприятно резанули глаз. Неужели вся эта грязь находится на заднем дворе? Когда здесь последний раз убирались? Крысы, гниение, вирусы – да здесь может быть все что угодно, любая зараза, способная легко пробраться за стены закусочной, заразить пищу…

Ордилия передернула плечами. «Но где же здесь труп? Где мертвец, о котором говорил управляющий?» Она увидела место среди завалов, где часть свежих пакетов с мусором была разобрана, и решила, что, скорее всего, мертвец находится там. Сделала несколько неуверенных шагов, остановилась. Хочет ли она видеть это? За этим ли пришла сюда? Но ведь сейчас здесь кроме нее никого нет. Почему бы не посмотреть на человека, на месте которого могла оказаться она сама?

Ордилия подошла ближе. Мертвец лежал на спине, неестественно согнув ноги. Глаза его были открыты. Голова запрокинута. Ордилия увидела сломанный, буквально вбитый внутрь черепа нос, захотела отвернуться, но не смогла. Взгляд приклеился к увиденному. Черви копошились в ране, и Ордилия завороженно наблюдала за ними. Если прежде у нее и были сомнения, что управляющий мог ошибиться, то сейчас реальность стала до головокружения ясной. Это не ошибка, не несчастный случай… «Кто убил этого бедолагу?» – включился старческий интерес.

Ордилия заставила себя оторвать взгляд от ужасной раны. Последние фильмы, в которых она снималась, были в основном детективы, так что Ордилия думала, что база знаний для подобных ситуаций у нее есть. Не смотреть на рану, не думать о смерти, представить, что все это фильм, и импровизировать. Что бы сделал один из ее персонажей? Ордилия подалась вперед, пытаясь рассмотреть, не осталось ли под мертвецом засохшей крови. В нос ударил тошнотворный запах тлена – на съемочной площадке никогда не было подобной вони. Лишь однажды, когда большинство съемок должно было происходить в Каире, в районе мусорщиков. Режиссеры и продюсеры решили, что проще будет заплатить местным властям и снимать вживую, чем строить декорации подобного района. Но даже тогда Ордилия не испытывала подобного отвращения.

Она отпрянула от мертвеца, переводя дыхание. Нет, она не может это сделать. Не хочет это делать. Ордилия отвернулась и спешно покинула заваленный мусором двор. Перед глазами настырно стояла картина покойника. Он умер не здесь. Кто-то нанес ему страшный удар в лицо и принес сюда. Кто-то, кого Ордилия видела ночью. Но вряд ли это была девушка из одиннадцатого номера. Убитый мужчина был слишком крупным, а девушка слишком хрупкой, чтобы перенести его тело.

Ордилия вернулась в свой номер и начала спешно собирать вещи. Но почему она должна бежать? Сначала из Голливуда, теперь из отеля? Ордилия остановилась, глядя на раскрытый чемодан. Он лежал на кровати, разинув беззубую пасть, терпеливо ожидая, что решит хозяйка.

– Узнаю, что здесь случилось, и тогда уеду, – сказала ему Ордилия.

Она вернулась в кафе, села за свободный столик, заказала стакан апельсинового сока и стала ждать, когда приедет шериф. За столиком по соседству сидел Донован. Он принял душ и переоделся, но запах тлена, казалось, прочно приклеился к нему.

Донован заказал плотный обед и, покончив с ним, повторил заказ. Он не знал, заплатит ему Палермо за день работы или нет, поэтому хотел съесть как можно больше.

Встревоженная расспросами Ордилии Конклин Сэнди подсела за столик к Доновану и спросила, не знает ли он, что случилось на заднем дворе.

– Смотря что ты хочешь узнать, – пожал плечами Донован, пытаясь определить, сможет ли осилить третий обед подряд. – Если ты спрашиваешь о том, что я нашел среди мусора, то ответ есть, если откуда там появился этот мертвец, то здесь я тебе не помощник.

– Мертвец?! – всплеснула руками Сэнди. Посетители навострили уши. Донован посмотрел на Сэнди из-под спавшей на глаза челки.

– Я так понимаю, ответ ты уже получила? – спросил он, снова пытаясь убедить себя, что справится и с третьим обедом.

– Но откуда он там взялся?! – ошарашенно спросила Сэнди. Донован пожал плечами. – Женщина или мужчина? Молодой или старик? – затараторила Сэнди. Вместо страха ее охватили необъяснимая суета и возбуждение.

– Мужчина. Еще не старик. – Донован задумался, позволит ли ему Палермо остаться на ночь в отеле или нет? – Как думаешь, шериф быстро приедет? – спросил он Сэнди.

– Не знаю, – отрешенно сказала она, пытаясь осмыслить услышанное.

Мертвец на заднем дворе кафе. Кто он? Откуда? Видела ли она его? Встречалась ли с ним в кафе? Момент казался волнительным и трепетным.

– Если шериф не сможет приехать сегодня, то думаю, будет лучше, если я останусь здесь, – сказал Донован.

– Что? – переспросила Сэнди.

– Я говорю, что если я нашел труп, то я главный свидетель, а значит, должен остаться здесь до тех пор, пока не будут выявлены обстоятельства случившегося… – Донован замолчал, почувствовав на своем плече чью-то тяжелую руку. Грегори Палермо смотрел на него сверху вниз, и Донован совершенно не мог понять, о чем думает управляющий.

– Иди работай, – сказал Палермо Сэнди. Он сел за стол напротив Донована и вперил в него свой колючий взгляд. – Жалеешь, что взялся за эту работу?

– Нет, – Донован сдержанно пожал плечами, жалея, что не заказал третий обед. – Плохо, что работу не удалось закончить.

– У тебя будет еще время, – Палермо болезненно поморщился. – После твоей находки, боюсь, я просто обязан убрать весь этот мусор со своего двора, иначе люди начнут придумывать всякое и…

– Боитесь, что мертвецов будет больше?

– Больше?! – Палермо едва не подпрыгнул, взял себя в руки, затравленно огляделся по сторонам. – Знаешь что, парень…

– Стэнли, – поправил его Донован.

Палермо наградил его недобрым взглядом, но все-таки кивнул.

– Знаешь что, Стэнли?

– Нет, мистер Палермо.

– Здесь все-таки посетители и все такое… Понимаешь? – голос Палермо стал вкрадчивым. – Не нужно кричать о мертвецах, пугая людей. – Палермо замолчал, заглядывая Доновану в глаза.

«Кто этот парень? Откуда он? Почему именно он нашел мертвеца? – ответов у Палермо не было, но ведь никто не запрещал ему задавать все эти вопросы самому себе. – И кто, черт возьми, тот мертвый мужчина, который лежит на заднем дворе моей закусочной?!»

Он увидел через окно подъехавшую к закусочной патрульную машину шерифа и спешно встал из-за стола.

– Оставайся здесь, – сказал Палермо. – Думаю, скоро ты понадобишься, – он дождался, когда Донован кивнет ему, и вышел на улицу.

Нэтти Стибингс выбралась из машины, поправляя форму. Ей было сорок два года, и прогнозы на предстоящие выборы шерифа обещали, что и следующий год она встретит в этой должности.

Дочь выросла и сменила Неваду на Иллинойс, решив стать врачом. Супруг, который неплохо разбирался в игорном бизнесе, подолгу не бывал в опустевшем доме, посвящая свою жизнь бесконечным судебным тяжбам.

Иногда – долгими вечерами, а в особенности ночами – Нэтти представляла, что ей снова двадцать лет, в колыбели спит маленькая Тиффани, Джек обнимает ее. Они лежат с ним в теплой кровати и строят планы на будущее. И нет еще ни нового дома, где так много ненужных комнат, ни работы Джека, оставляющей Нэтти снова и снова одну, ни штата Иллинойс, забравшего у нее дочь. Все впереди. Все только начинается. И это прекрасно.