Эмигрант - Щедрина Алла Вячеславовна - Страница 45

Девочка тихо что-то сказала, Ларсен отозвался:

– Спасибо, с удовольствием, – и вновь переключился на колдуна, констатируя занудным тоном. – Опять ночь не спал. И две раны открылись… удивительно, что не все четыре.

– Слушай… э-э… часика через три, хорошо? – Жорот уткнулся в амулет.

Когда он закончил, то увидел, что гостей прибавилось. В комнате сидел Кецетин, увлеченно разговаривающий с Ларсеном.

– Все? – уточнил маг и приказал: – Ешь и идем, Лотта уже заждалась.

– Я не голоден.

На самом деле Жорот очень хотел есть, еще больше выспаться, но все это было возможно лишь после того, как они закончат с Лоттой.

Ларсен поджал губы, но промолчал.

Приемная перед покоями королевы была заполнена придворными. Кецетин уверенно протолкался к двери, таща за собой Жорота и Ларсена. На входе стояла Саура, которая молча пропустила магов и закрыла за ними дверь.

Лотта выглядела усталой и бледной. Она протянула руку для поцелуя всем по очереди, начиная с Кецетина. Причем Ларсена Кецетин при этом представил, отрекомендовав его как молодого, но опытного мага-целителя.

– Если ваше величество устраивает его кандидатура…

Королева бросила внимательный взгляд на целителя, который задержал руку Лотты у губ чуть дольше, чем предписывалось правилами этикета. А когда выпрямился, Лотта вздрогнула и коснулась ребер на месте вчерашней раны.

Ларсен, поклонившись еще раз, спокойно сказал:

– Всегда к вашим услугам.

Королева медленно кивнула:

– Устраивает.

– Хорошо. Тогда я должен сообщить Ларсену суть ситуации. Неопытного мага использовали, как канал для магических нападений на членов королевской семьи.

Необходимо перекрыть этот канал…

Ларсен вдруг выпрямился и сжал губы:

– Нет. Я отказываюсь.

– Почему? – быстро спросила Лотта.

– Я ни за что не буду помогать отсекать мага, сколь бы неопытен он не был. Это – верная смерть.

– Ты мне не дал договорить, – холодно отозвался Кецетин. – Речь не идет об отсечении…

Вмешалась Лотта, повелительным жестом заставив Кецетина замолчать.

– Почему смерть? Мне говорили, что на магах начальных уровней отсечение не сказывается…

– Ваше Величество, я не знаю, кто вам это говорил, но либо он лгал, либо просто не в курсе, – жестко отозвался Ларсен. – Я лет тридцать назад лечил двух учеников Сообщества первого года, которых старшеклассники отсекли от источников.

Клянусь, я сделал все, что мог, но один прожил после отсечения десять дней, другой – неделю.

Лотта в упор смотрела на Кецетина, тот молчал. Ларсен добавил, уже спокойней:

– Я допускаю, что существуют целители, которые могут свести последствия отсечения для отсекаемого на нет, хотя лично я таких не знаю. В таком случае советую обратиться к ним.

Взгляд Лотты, упертый в Кецетина, стал весьма многообещающ. Маг кашлянул и поинтересовался:

– Краткий экскурс в историю закончен? Повторяю, речь идет не об отсечении. Это заклинание временной изоляции, которую можно снять без вреда для изолируемого.

Вмешался Жорот:

– Это заклинание предложил я. Им пользовались родители одного из моих одноклассников, чтобы оградить сына от занятий магией до пятнадцатилетия.

– Зачем? – вмешалась Лотта.

– Реальной подоплеки я не знаю, а по официальной версии мальчик был очень хрупким и болезненным, а для магического обучения нужно хотя бы среднее здоровье.

К пятнадцати годам он окреп, заклинание сняли и отправили ребенка в магическую школу. Один из преподавателей заинтересовался этим заклинанием – оно было составленным на заказ, малоизвестным – и мы подробно разобрали его на уроках, поэтому я точно знаю схему, хотя никогда и не использовал.

– А в чем суть? – с интересом спросил Ларсен.

Жорот молча дотронулся до его руки, передавая информацию. Целитель хмыкнул, глаза стали стеклянными – он пытался разобраться что к чему.

– А вслух? – резко спросила Лотта.

– Так быстрей и понятней. Разрешите? – Жорот взял королеву за руку и передал ей дубликат, только гораздо медленнее, чтобы она успела воспринять.

Лотта судорожно выдернула пальцы, потом замерла, пытаясь привыкнуть и разобраться.

Жорот, помолчав, добавил:

– Единственный нюанс состоит в следующем… Мальчик, когда его изолировали, был вообще не обучен магии. А вы, Ваше Величество, имеете уже начальные навыки.

Ларсен вздрогнул, до него, видимо, только сейчас дошло, о каком пресловутом маге идет речь.

– Когда мы разбирали Изолирование, то выяснили, что любое сознательное обращение к магии изолированного разрушает это заклинание. Зато все неосознанные попытки обращения к магии оно блокирует полностью, как и саму магию, до момента активного к ней обращения. Вы поняли, что я сказал, Ваше величество?

Взгляд Лотты полыхнул гневом, но она сдержалась:

– До тех пор, пока я не пытаюсь колдовать, заклинание действует. С первой же сознательной попыткой – разрушается.

– Совершенно верно.

– Его можно поставить вторично?

– Да. Но бесконечно ли число этих попыток, я не знаю. Мы доходили до трех дюжин раз, потом бросили.

– И лучше этого вообще не делать, – вмешался Кецетин. – Поскольку если вас подловят в такой момент…

Лотта сделала повелительный жест, приказывая ему замолчать. Маг подчинился, хотя и с очень недовольным видом.

– Когда можно поставить заклинание? – резко спросила Лотта.

– Когда угодно, – отозвался Жорот, потому что маг молчал, – Вот только наденьте кольцо и не снимайте – это артефактная составляющая заклинания, – он протянул Лотте перстень – не очень массивный, с крупным вытянутым опалом в оправе.

Королева надела украшение на палец, недовольно заметив:

– Опал? Лучше б у меня взяли – хотя бы с изумрудом…

Жорот покачал головой:

– Разные камни имеют разные магические свойства, и опал наиболее подходящий. Но в другой раз, я, безусловно, посоветуюсь с вами.

– Хорошо. Что с заклинанием?

Жорот посмотрел на мага.

– Я, собственно, занимался артефактом. А заклинание готовил Кецетин.

– Нет! – резко сказала Лотта. – Я хочу, чтоб заклинание накладывали вы.