Влюбиться в босса за 13 секунд (СИ) - Ти Эллин - Страница 22

Он все знает.

И, кажется, пора срочно искать новую работу.

Глава 21. Илья

Она хочет меня убить, честное слово, я совершенно не шучу. Мне трех секунд хватает, чтобы понять, что она уже готовит план убийства или, может, думает, где заказать киллера.

Смотрю в ее глаза и не понимаю, где провинился. Нет, точнее, я понимаю! Провинился в том, что спалился с чертовой сережкой и был пойман на лжи. На той лжи, что не сказал ей сразу.

Но, вообще-то, как она себе это представляла? Что я должен был сказать? Я понятия не имел, узнала ли она меня! Может, жила себе девушка не тужила, а тут я: “Эй, Арина, я тут нашел твою сережку в том самом баре. Кстати. как здорово, что твоим спутником на ночь был я”. Да?! Так она себе все это представляет?

Интересная, конечно, девчонка, до ужаса просто. В глазах ее вижу ненависть, но все еще не понимаю, чем ее заслужил.

Когда признаюсь, где нашел украшение, она сразу же вскакивает с дивана. Забывает об истерике, о слезах и грусти, которые не могла отогнать от себя около часа, а просто вскакивает и убегает к двери, явно намереваясь уйти.

Я так понял она вообще большая любительница сбегать, судя по всему.

И, чует моя пятая точка, что позволь я ей сейчас уйти — не увижу вообще никогда больше! Даже увольняться же не приедет, я точно знаю.

Я допустить этого я совершенно никак не могу. Потому что у меня есть кро-о-о-о-ошечная проблемка! Я, кажется, без этой невыносимой девчонки жить больше не могу.

Сам не знаю, что несу и что чувствую, но как-то вот так сложилось в моей голове, когда та прекрасная незнакомка приобрела образ моей не менее прекрасной помощницы, на которую я не могу насмотреться вот уже целый час.

Когда увидел ее в слезах, сразу же появилось сумасшедшее желание помочь, уберечь от всего мира, защитить, обнять. Поцеловать! Это вообще нонсенс! Я таких желаний не испытываю, я же черствый и все такое, но тут…

Короче, влип я по самые уши, а раз влип, то надо срочно с этим что-то делать. И побег моей помощницы вообще никак не вписывается в мой план “не проводить больше ни единого дня без нее”.

У меня день рождения через неделю, надо сделать себе подарок: постараться не просрать Арину.

Именно поэтому я вскакиваю следом за ней и успеваю захлопнуть дверь прямо у нее перед носом, выставив руку вперед.

Теперь она лицом к двери , злая, чуть ли огнем не дышит! А я — точно за ее спиной, прижимаю к той самой двери, чтобы никуда не сбежала, руку держу над ее головой, упираясь в полотно.

И быстро тянусь к замку, запирая нас здесь.

Ну, все. Вполне возможно меня выкинут в окно сейчас и Косте придется самостоятельно справляться с нашей фирмой. Пусть только подстроит все, как суицид, не хочу, чтобы Арину судили и сажали в тюрьму, ей там вряд ли понравится.

Она злая, ох черт, какая она злая! Мне до странного это нравится, дико нравится! Я вообще тащусь, когда она оголяет при мне свои настоящие эмоции. Исполнительная, закрытая, холодная — она прекрасна! Но она настоящая, открытая, хохочущая или плачущая, горячая и рассерженная — в тысячу, нет, в миллион раз лучше!

Я точно влип. Не знаю, влюбился ли, слишком рано говорить все эти громкие слова, но точно влип. Это что-то пока еще другое, не любовь, но тоже что-то очень сильное. Пока я точно знаю одно: я вообще не хочу ее отпускать.

Именно поэтому хватаю ее за руку и разворачиваю теперь лицом к себе, продолжая прижимать к двери.

Она смотрит на меня таким взглядом, словно готова съесть. Я почти готов сдаться, серьезно.

— Что не так?! — спрашиваю сразу.

— Серьезно?! — возмущается она, повышает голос. — Что не так?! Ты обманул меня! Таскал за собой эту сережку, молчал до последнего! А чего еще позже не сказал? Смеялся надо мной, да? Думал о том, какая я легкодоступная, и…

— Пока я думаю только о том, что ты ненормальная! — рявкаяю на нее. — Я ни черта подобного не думаю о тебе! И о том, что это была бы узнал только что, когда увидел на тебе вторую из комплекта украшений! Все в голове сложилось.

— Что ты врешь? — она тычет пальцем мне в грудь, все еще злится, я все еще кайфую от нее такой. — Ты притащил ее на работу! Скажешь, совпадение?

— Нет, — закатываю глаза. Она меня сведет с ума, честное слово. — Я принес ее на работу, потому что с той ночи вообще не выпускал ее из рук! Потому что каждую чертову минуту я думал о той незнакомке, и…

— Лжец! — щеку опаляет несильный удар. Усмехаюсь. Мне действительно нравится то, как она ведет себя сейчас. Никакой закрытости! Только реальные эмоции. — Снова меня за дуру держишь?

— Можешь не верить, но смысл мне врать? Ты убежала оттуда так быстро, я ничего не успел понять! Я хотел познакомиться поближе, но тебя и след простыл. Осталась только сережка. Да я думать ни о чем больше не мог все эти дни! А тут ты… сережку потеряла. Ровно такую же, как я нашел там. И я не мог сказать тебе правду сразу! Ты бы разве не была в шоке, если бы я сообщил тебе, что в баре был я?

— Да я тебя узнала той же ночью! Я…

— Что ты сказала? — застываю. Она что? Это шутка такая?

— Ничего, — говорит тут же испуганно. — Ничего, пусти меня, я…

— Ну уж нет, отвечай на вопрос! Когда ты меня узнала?

Она прячет взгляд, пытаюсь его поймать всеми силами, но в итоге просто поднимаю лицо за подбородок и силой заставляю взглянуть в глаза.

У нее снова слезы, но она не плачет — держится изо всех сил. Сильная и своенравная. Врушка.

Мы катастрофически близко, я чувствую ее дыхание на своем лице и не понимаю, как мы докатились до всего происходящего. А еще я правда не понимаю, она реально все это говорит? Узнала меня той же ночью? Сбежала поэтому…

— Я не хочу, — говорит шепотом, кусая губы.

— Нам надо обсудить, чтобы нормально жить дальше. Когда ты меня узнала? Просто ответь, — стараюсь быть мягче, но сталь из голоса никуда не уходит, я, кажется, медленно съезжаю с катушек.

— Я… — она переводит дыхание и закрывает глаза. Не прошу ее их открыть, пусть просто расскажет. — Это произошло уже в моменте, я… Когда шла наверх, я не знала, кто ты, клянусь. Потом совокупность всего. Голос, запах. Шрам на бедре, о котором ты мне рассказал в тот же день подтвердил мои догадки, а потом я…

— Спросила, как меня зовут, — заканчиваю за нее фразу. Она кивает, и одна слезинка все-таки скатывается по щеке.

Стираю ее большим пальцем.

Я немного обескуражен, если пытаться выражаться достойно своего статуса, но если коротко и понятно: я в полном ахере, если уж совсем честно.

— Прости. Прости, что я промолчала и не остановила это, когда поняла, прости, что твой сотрудник вот такого вот поведения девушка, и…

— Не неси чушь, — перебиваю ее. — Тебе не за что извиняться.

— Я должна была прекратить, — снова шепчет сквозь слезы. — Но я просто…

— Я бы тоже не прекратил, даже если бы понял, — признаюсь ей негромко и она тут же открывает глаза.

— Что?! — смотрит с непониманием.

— Да. Я не прекратил бы. Поэтому не надо себя ни в чем винить, а тем более оскорблять себя. Ты не сделала ничего плохого.

— Я думала, что вы не узнаете, и… Я напишу заявление сегодня, — кивает сама себе, — прямо сейчас напишу. Так будет лучше.

— Нет. Я не отпускаю тебя с должности моего помощника. Я не разрешаю тебе писать заявление и покидать рабочее место.

— Вы что, шутите? — снова злится. Черт, я ее хочу… — Как вы предлагаете работать вместе, после всего, что было! После того, как мы с вами…

— Кто мы с вами? — усмехаюсь. Мне надо ее убедить остаться, а я, честности ради, вообще не знаю, как. Пробую все методы. — Там, в баре, были другие люди. И, в конце концов, что было в баре, то там и остается.

— Я не смогу, — качает головой, но в этот раз я не даю ей закрыть глаза и снова обхватываю пальцами ее подбородок.

— Забыли. Проехали. Отпустили и пережили. Сейчас иди и приводи себя в порядок, у нас через час важная встреча. А все эти тараканы выкинь к черту, поняла? Мы работаем дальше и живем так, словно это было в другой жизни. Я не отпускаю тебя. Услышала?