Где мы начали (ЛП) - Муньос Эшли - Страница 53

Ее ореховые глаза блестели в лунном свете, когда она покачала головой.

— Он пытался что-то сказать мне в тех письмах… Если есть хотя бы шанс, что он жив, я хочу быть здесь, когда вы это узнаете.

Черт, я боялся, что она так скажет. Я хотел уберечь ее от боли, но и не мог отодвинуть в сторону. Никто меня никогда не предупреждал, что любовь — это постоянное ощущение, будто теряешь и рассудок, и сердце одновременно.

Я притянул ее к себе и поцеловал. Я был трусом. Я должен был сказать ей правду о своих чувствах, но гордость не позволяла. Где-то в глубине души я знал, что она снова оставит меня. Ей не нужна такая жизнь, и я ничего не мог сделать, чтобы удержать ее. Даже если она беременна. Даже если есть малейший шанс, что мы создали новую жизнь. Она все равно уйдет.

С этим тяжелым чувством я развернулся и направился к могиле. Ребята уже начали копать, и я присоединился. Калли присела на корточки у надгробия, подавая нам воду, когда мы просили. А через пару часов, когда Джайлс швырнул лопату, она подняла ее и спрыгнула в яму, чтобы копать вместе с нами. Без колебаний она собрала волосы, расправила плечи и принялась за работу, вогнав лопату в землю.

Я вытер пот со лба, дал ей сделать несколько взмахов, а потом обхватил ее за бедра и поднял.

Киллиан схватил ее за запястья и вытащил наружу.

— Я хочу помочь! — прошипела она.

Я вздохнул и продолжил копать, а она что-то буркнула Киллиану, прежде чем он спрыгнул в яму вместо нее.

Наконец, когда первые лучи рассвета коснулись неба, моя лопата ударилась во что-то твердое. Все замерли, кроме Калли. Она бросилась к краю могилы, заглядывая вниз.

— Уведи ее. Не хочу, чтобы она видела, если он там.

Джайлс двинулся, чтобы исполнить приказ, но Калли оттолкнула его.

— Это мой отец, моя гребаная кровь. Я хочу смотреть, и если ты тронешь меня снова, я прыгну вниз вместе с тобой.

Блядь.

— Ладно, — крикнул я, наклоняясь над гробом, чтобы смахнуть грязь с крышки. Нервы были напряжены до предела. Это был самый безумный поступок, который я когда-либо совершал, но я должен был убедиться, что правильно расшифровал намеки в тех письмах для Калли. Саймон всегда был расчетливым, и, хотя я был в ярости, что, скорее всего, это он отправил то первое письмо, где советовал Калли «двигаться дальше», я понимал, почему он использовал ее для передачи сообщений и почему настаивал, чтобы я стал президентом после его смерти.

Когда он заболел, он просто объявил клубу, кто будет его преемником. Не было никакого голосования, никаких всеобщих выборов, которые проводились бы большинством голосов. Саймон выбрал меня, и никто не спорил, даже Киллиан, но теперь я понял, почему он это сделал.

Все это было из-за Калли, единственного человека на этой планете, которому он мог доверять, который не был замешан в клубных интригах, на кого не повлияли бы действия конкурентов или деньги. И единственным человеком, кто был достаточно близок с ней, был я.

— Хочешь, я сделаю это, президент? — крикнул Киллиан.

Я оценил, как он обратился ко мне, словно не хотел, чтобы это выглядело, будто он сомневается в моей решимости. Он просто хотел избавить меня от этого.

Я достал лом, поддел крышку и дернул. Как только она треснула, я взялся рукой за край и потянул. В отверстие посыпалась земля, и я уже было подумал, что мне будет очень хреново, если внутри действительно окажутся останки нашего президента, но, когда я поднял ее, то услышал, как Калли ахнула первой.

— Вот же сукин сын! — рявкнул Джайлс, а Рун выругался.

Я, наконец, заглянул внутрь, и у меня отвисла челюсть.

Пусто.

Только записка и несколько мешков с песком — вот почему гроб казался достаточно тяжелым, когда мы несли его от катафалка до могилы.

Я сунул записку в карман, слишком злой, чтобы читать. Захлопнув крышку гроба, я вылез из могилы и тут же отвел взгляд от вопросительного взгляда Киллиана.

— Давайте закопаем, пока солнце не взошло. Прошла всего неделя, никто не заметит, когда мы все вернем как было.

Киллиан и Рун взялись за лопаты. Джайлс все еще качал головой. А Калли сидела, запустив руки в волосы и прислонившись к отцовскому надгробию.

Меня трясло, но я не подавал виду. Этот ублюдок заставил меня поверить, что он умер. Я скорбел. Я оплакивал его.

Киллиан встретился со мной взглядом, затем перевел взгляд на Калли. Мы часто так делали, когда он не хотел подрывать мой авторитет или создавать впечатление, что я нуждаюсь в его наставлениях, поэтому вместо этого мы научились общаться молча. Он говорил мне, чтобы я увез ее отсюда к чертовой матери.

Я наклонился, схватил ее за локоть и поднял.

— Ни слова об этом. Никто не должен знать, пока мы не разберемся, — бросил я парням и швырнул ключи Киллиану.

Я вызвал бы проспекта, чтобы он нас забрал, но часть меня понимала, что ей нужно пройтись. Так же, как я знал, в чем она нуждалась вчера. Я устал, мысленно возвращаясь к тому, сколько времени прошло с тех пор, как я привел Калли к себе домой, как сходил с ума от близости с ней. Держать ее руку в моей казалась таким правильным… и таким странным. Как будто мы шагнули из прошлого в будущее, которое нам не подходило. Она должна была быть моей женой, спать дома, в безопасности. А не гадать, жив ее отец или нет.

Мы прошли уже милю, когда она вырвала руку и свернула на тропинку.

Я последовал за ней, но дал ей пространство. Она шла быстро, поднимая пыль при ходьбе, но после раскопок ее черная одежда и так была в грязи. Черт, я, наверное, выглядел так же, будто только что раскопал могилу, значит, надо держаться подальше от главной дороги.

Поравнявшись с ней, я потянул ее сзади за толстовку, чтобы она притормозила.

— Поговори со мной.

Она развернулась, глаза наполнились слезами, ее прекрасное лицо было перепачкано грязью. На ней все еще была шапочка, а на шее — маска.

— И что я должна сказать? — она развела руками. — Что мой отец лгал? Манипулировал нами? Саша знала? Поэтому не пришла на похороны? Поэтому не выбросила его вещи?

Я покачал головой, пытаясь притянуть ее ближе.

— Не думаю… Саша из «Рейдеров Смерти». Она пять лет встречалась с Саймоном Стоуном, балансируя между жизнью и смертью. Ей нельзя было появляться на похоронах. Ты думаешь, за нами не следили? Дирк не приехал лично, чтобы убедиться, что его главный враг мертв?

И не только он.

Лидеры «Бунта Насилия», «Королей Хаоса», «Сыновей Скорости» — все ждали, когда Саймона опустят в могилу, и кто займет его место. В тот день во время похорон на мне была мишень. Поэтому я не подошел к Калли, когда увидел, как она уходит. Я чертовски хотел, я злился на нее, но не настолько, чтобы держаться подальше, просто не мог рисковать ее безопасностью.

— То есть он всех обманул? Зачем?

Я покачал головой, пнув камень.

— Думаю, это связано с его сделкой с Дирком, но не уверен. Он оставил подсказки в тех письмах, где мы сможем его найти. Я хочу обсудить это в церкви — может, ребята что-то поймут.

Калли облизала потрескавшиеся губы и кивнула.

Я притянул ее ближе и поцеловал в шею.

— Мы во всем разберемся, ладно?

Ее руки скользнули по моей спине и зарылись в волосы.

— Ладно.

Когда мы повернули обратно к дороге, Калли взяла меня за руку и спросила:

— Что ты будешь делаешь, когда мы найдем его? Очевидно, он все это спланировал, а это значит, что он все еще президент. Когда он вернется… ты снова станешь вице-президентом?

Я смотрел на землю у нас под ногами, на то, как первые солнечные лучи скользят по ней, и мысленно вернулся к тому времени, как Калли уходила из моего домика на дереве. После того, как нам исполнилось шестнадцать, я каждое утро провожал ее домой и целовал на прощание. Мы были неразлучны с того дня у реки. Наша детская влюбленность превратилась в одержимость, а затем переросла в зависимость. Она была для меня всем, и я помню, как смотрел на землю, когда мы возвращались, и думал, как объяснить ей все это.