Дабл Ю: служебный роман (СИ) - Жилло Анна - Страница 36

— Юль, я вообще не понимаю, что за предъявы? Сначала пропала ни с того ни с сего, потом свалилась, как снег на голову, теперь гонишь непонятно что.

— Свалилась? — я встала и сгребла в охапку свою одежду. — По правде, это как раз то, что ты делал почти пять лет. Пропадал, появлялся.

— Решила страшно отомстить?

Я молча ушла в ванную, закрыла дверь на задвижку и выставила напор ручного душа посильнее. Прекрасно понимая, что это фиговое средство. И что, по большому счету, винить стоит только себя.

Кому ты хотела хуже сделать, идиотка? Юрке? Владу? Себе? Вот себе точно сделала, по полной программе.

Так, спокойно. Сколько там есть времени для экстренной контрацепции? Сутки? Трое? В любом случае успеваю.

Кое-как обтершись, я оделась и вышла в прихожую. Влад появиться не соизволил, чему я была только рада.

Вот теперь точно все. Как отрезало. Не одну ботву оборвала, корни тоже выдрала. Но какой ценой!

Хлопнула дверью, спустилась вниз, вышла на Московский. «Фрунзенская» уже была закрыта на вход.

Значит, больше половины первого. Я совершенно потерялась во времени. То казалось, что не может быть больше одиннадцати, то будто уже почти утро. Телефон показал начало второго. Смахнув еще десяток пропущенных вызовов, я открыла приложение такси, но решила прежде найти круглосуточную аптеку. Ближайшая оказалась в десяти минутах ходьбы.

Пожилая аптекарша оглядела меня с ног до головы, поджав губы, и сказала сквозь зевок, что есть только постинор.

— Здесь две таблетки. Одну в течение семидесяти двух часов после незащищенного акта, вторую — через двенадцать часов после первой, — пробубнила, положив на прилавок коробочку. — Если будет рвота, примите сразу вторую, но придется потом добавить еще одну.

— Давайте тогда сразу вторую упаковку.

В круглосуточном минимаркете я купила воды, приняла таблетку и вызвала такси. Сил ждать просто не было. Как будто из меня вытащили все кости и осталась лишь кучка дрожащего желе. К счастью, машина подъехала быстро. Зависнув между явью и дремотой, я думала по кругу одно и то же.

Лишь бы все обошлось. Господи, пожалуйста, только не беременность. Если обойдется, вообще никогда ни с кем больше трахаться не буду. Куплю вибратор. Пожалуйста, пожалуйста!

Юля, все будет нормально. В инструкции написано, что если принять таблетки вовремя, эффективность восемьдесят пять процентов. Не сто, конечно, но все равно много. И я сразу приняла. Почти сразу. Должно сработать.

Дома меня хватило лишь на то, чтобы раздеться и забиться под одеяло. Сильно мутило, но, к счастью, не вырвало. Весь следующий день пролежала на диване, почти не вставая. Кружилась голова, тошнота плескалась у самого горла. Только к вечеру, смахнув десятка два пропущенных вызовов, вспомнила, что, вообще-то, сегодня 8 марта.

Заебись праздник! Во всех смыслах.

Позвонила Свете, Лийке, Филиной жене Алене, поздравила… почти натурально весело. А потом закинула в черный список Влада. Подумала и отправила следом Юру.

Всем спасибо, все свободны!

Глава 24

Юра

Юля так и не ответила. Ни на звонки, ни на сообщения. Я уже сбился со счета, сколько их отправил и сколько раз позвонил. Но дождался только одного: к вечеру вместо двух серых галочек под очередным сообщением повисла всего одна.

Не в сети? Но звонки проходили. Много-много длинных гудков. Значит, заблочила. Чего и следовало ожидать.

Тогда я позвонил Кристине.

— Юр, что-то случилось? — спросила она, не среагировав на вступительное поздравление с праздником.

— Ты знаешь Юлькин адрес? — я не стал ходить кругами.

— В программе есть.

— Она там не живет.

— Тогда не знаю. Наверно, у парня своего. А что случилось-то?

Хм… ты еще не в курсе?

Хотя да, она проходила мимо одетая, когда я стоял в холле. Ну, значит, завтра узнает. У нас же на работе не работают, а друг за другом следят.

— Ничего. Пока, Кристин.

Нажав на отбой, я долго сидел на кухне, тупо постукивая об стол углом телефона.

Дятел, блядь! Долбодятел!

Вот уж точно, не такой праздник я себе представлял. Картинка из серии «Ожидание и реальность».

Праздник, говорите? Мне и поздравлять-то особо было некого. И не хотелось. Только Милке написал. И добавил вдогонку:

«Ты в пролете, Милый. Поведешь меня туда, где самое забористое бухло».

«Шо, таке коза вышла за своего живодриста?» — ответила она сразу же.

«Нет, но…»

«Тогда нещитово. Извини, я не одна».

У меня было только два варианта. Упереться и продолжать долбить — или забить. Забить — всегда успею. Долбить — с этим обстояло сложно. Вряд ли Юля решила, будто Липкий Юрик настолько Липкий, что в момент стояка верхняя голова у него полностью отключается, а у нижней прицел сбивается в сторону ближайшего ебабельного объекта. Будь она такой дурой, все было бы намного проще. Вот только вопрос: а нахера мне такая дура? Хватило и одной по гроб жизни.

Нет, господа, все намного хуевей. Она как раз девочка умная, поэтому и раньше сомневалась, нужен ли ей такой бестормозной потаскун. И тут стабильный Владик выигрывал у нестабильного Юрика по очкам. Несмотря на все их озвученные сложности. И несмотря на то, что ее явно тянуло ко мне. Я понятия не имел, с чего ее вдруг так шатнуло навстречу, но после этой милой сценки с Ларисой точно так же резко отшатнуло обратно. Потому что напомнило, кто я такой. И поехала она вчера к своему Владику, куда ж еще. И празднуют они 8 марта вместе. Наверняка в постели.

Представив на секунду эту порносцену, я скрипнул зубами так, что заныло под пломбой, которую не мешало бы заменить. Потянуло напиться в хлам. Очень сильно потянуло. Но если я собирался поговорить с Юлей, — а я собирался! — лучше было обойтись без этого.

Утром я сидел над папкой договоров, скопившихся за две недели, и за два часа не смог прочитать даже один. В одиннадцать встал — по привычке! — и… подошел к подоконнику, где стояла кофемашина. Порылся в коробке с пластиковым дерьмом — за то время, пока я почти каждый день пил кофе в административке, мой сокамерник привык экономить, покупая самые дешевые капсулы. Налил себе в кружку и даже выпил два глотка.

Пашка посматривал с каким-то ехидным любопытством, но спрашивать не рисковал. И правильно делал.

Зазвонил телефон.

Макс. Видимо, хотел узнать, жив ли я и что происходит.

— Юр, а ты здесь вообще? — напрыгнул, даже не поздоровавшись. — Че за хня творится? Шубина зеленая вся, народ гудит, что ты с Добровой на корпоративе лизался.

— Подожди, — я вышел в коридор и прикрыл дверь. — Не я с ней лизался, а она пыталась со мной. Юлька увидела.

— Эвона че, Михалыч! — присвистнул Макс. — Ты поэтому ее адрес искал? Не нашел?

— Нет. И хорошо, что не нашел. Заявился бы к сладкой парочке.

— А, ну да, наверно. Слух, ну ты бы все-таки с ней поговорил, что ли?

— Спасибо, Макс! — рассвирепел я. — А то б я без тебя не въебал, что надо поговорить.

— Ну извини, — хмыкнул он и отключился.

Я постоял в коридоре, постоял… и спустился на второй. Стукнул в дверь, открыл. Все уставились на меня так, словно впер голым в женскую баню.

— Юля, можно тебя на минуту?

— А говорят, некоторые на работе работают, — пробормотал себе под нос Генка, старательно пырясь в монитор. — Врут, наверно.

Если бы у меня не было на данный момент другой цели, у кого-то сейчас стало бы очень плохо с хлебалом. Ну очень плохо. Но я решил не отвлекаться на второстепенное. Пока.

Юля молчала, не глядя на меня. Потом встала и направилась к двери. Открыла, вышла — я за ней, пытаясь понять, хорошо это или пиздец как херово. Не говоря ни слова, мы дошли до конца коридора, остановились у окна. Свет падал на нее, и да, Макс не преувеличивал, действительно, бледная в зелень. Под глазами темные круги, а веснушки выглядели грязными пятнами, как будто спала лицом в песок.