Васю учить - только портить (СИ) - Кит Тата - Страница 23

- Что это? – указал я на плюш разного калибра в её руках.

- Декор, - довольная собой изрекла Вася и разложила по цветной подушке на кресла, а на спинку одного из них накинула яркий плед, после чего расставила кресла по своему ебан-шую. – Красиво, да? И вот ещё…

Откуда она только достаёт всю эту хрень?

- Гирлянда? – мои брови поползли на лоб. Специально посмотрев в сторону деревьев у реки, я вновь вернул внимание к девчонке. – Я пропустил снег и скорый Новый год?

- Вот вы так скучно и живете, потому что гирлянда у вас только на Новый год. А ведь её можно красиво накрутить на балюстраду вашего балкона. Смотрите, какая она тонкая! – почти пихнула она мне в нос эту проволоку.

- Никакой гирлянды летом здесь не будет. Как и зимой, - твёрдо отчеканил я. – Скажи спасибо, что я на эту петушню согласился, - указал я на кресла и коврик.

- Ну, и ладно. В своей комнате повешу, - хмыкнула Васька и ушла в свою комнату.

Я еще несколько секунд сокрушенно повздыхал на балконе, а потом вспомнил, что у меня внизу пригорает ужин.

Васька тоже через несколько минут спустилась вниз, снова вышла на крыльцо и вошла в дом, странно на меня поглядывая. Невинную улыбку портило то, что её руки были за спиной, а сама она двигалась в сторону гостиной боком.

- Васька, - строго прорычал я, сощурив глаза.

- Просто две подушечки, - сразу сдала она себя с потрохами, показав мне две декоративные подушки. – Смотрите, какие жёлтенькие! Вашему синему дивану нужно добавить парочку ярких акцентов.

- Каких? Китайских?

Васька покрутила подушки в руках, нашла ярлычок и гордо сказала:

- Да.

- Твою мать, - вздохнул я устало.

- Можно? Вы же не против? – хлопала девчонка ресничками, похоже, обезоруживая меня своей улыбкой. – Я знала, что вам понравится, - положила она на диван подушки.

Ладно. Потерпим. А потом с большим удовольствием сожжём.

Реагировать на то, как Васька занесла в дом к камину лежанки и объясняла собакам какая из них чья, у меня уже не хватило сил. Пусть балуется.

После ужина, Васька, как обычно отвоевала у меня раковину и перемыла посуду, после чего довольная, но явно уставшая поплелась в свою комнату.

А я поднялся в свою сразу после того, как проведал всю свою живность на участке.

Как обычно, бессонница дала о себе знать. Полежав в постели мордой в потолок около часа, я вышел на балкон, чтобы привычно подышать свежи чуть прохладным воздухом. Едва не запнувшись о кресло, занял свою привычную позицию, оперевшись локтями в перила.

Река, лес, луна – всё, как обычно. Всё, как я привык. И только за спиной всё совсем иначе: кресла, коврик, подушечки, мать их… И внезапный блик яркого света в Васькиной комнате.

Стало любопытно, что там может происходить в полночь.

Знаю, что подглядывать нехорошо, но дом-то мой, поэтому одним глазом можно. В целях безопасности.

На часах полночь. Посреди темной комнаты на шпагате сидит Васька и что-то рисует на большом листе, подсвечивая себе фонариком от телефона.

Мне не дано понять этих баб…

Глава 20. Василиса

- Васька, подъём!

Можно даже не смотреть на часы и точно знать, что сейчас пять пятьдесят пять утра.

За что мне это?

Будь я в доме родителей, то могла бы поспать ещё часа четыре, потому что во время каникул мне никуда не нужно. Если только у папы может возникнуть внезапный приступ меня воспитать, но даже в таком случае часов до восьми я точно могла бы спать.

А здесь…

Это всё месячные. Вот они кончатся, и нытью моему тоже придёт конец. А теперь нужно взять себя в руки и просто встать с постели, а дальше организм проснётся сам.

Сев в постели, нашла позитив в том, что в комнате теперь есть яркие краски: помимо парочки рисунков, которые я приколола к стене кнопкой, у меня теперь есть яркий плед на кровати, новое постельное белье приятного лавандового цвета и, конечно же, удобная одежда для всякой домашней работы.

Похоже, Пётр решил надо мной сжалиться и уже два дня не выпускает меня из дома, оставляя на домашнем хозяйстве. Правда, готовить он мне так и не разрешил. Просто звонит во время своего обеденного перерыва и говорит, что нужно разморозить к ужину или почистить.

Вчера я решила проявить инициативу и приготовила ему освежающий смузи из огурца и киви. Со словами «кошачья блёвань» и «стакан соплей» блюдо дня было безжалостно вылито в раковину.

Только после ванной комнаты и умывания лица холодной водой я спустилась вниз. Непередаваемый кайф, как я теперь поняла для себя, - спуститься утром на первый этаж, почувствовать прохладу свежего летнего воздуха, витающего по дому от открытой двери к окну, и вместе с тем запах только что испеченного хлеба, который Пётр укладывал на белоснежные вафельные полотенца.

Для меня все эти мелочи уже стали магией утра. Казалось, я уже не помнила те дни, когда балдела от запаха яичницы и свежесваренного кофе.

Заметив моё приближение, Пётр уже привычно скользнул взглядом по моей фигуре, слегка зацепившись за края коротких шортов и тонкие бретельки майки.

- И что ты такая блаженная с утра? – вопросил он, хотя при этом, даже на лицо моё ни разу не взглянул ещё.

- Пытаюсь найти положительные стороны в том, что не выспалась. Десятый день недосыпа – мой личный рекорд, - я привычно отщипнула хрустящую корку от хлеба и попрыгала на месте, стараясь остудить обожженные пальцы.

Пётр заметил мои конвульсии и, резко отведя взгляд в сторону, нахмурился:

- Пора бы уже привыкнуть за десять дней, что подъём у нас ранний. Отбой, кстати, тоже.

- Всё равно тяжело, - вздохнула я и заняла своё место на стуле напротив Петра, который теперь отвернулся к кухонному гарнитуру и что-то там колдовал, пока я залипала на движении мышц под загорелой кожей его спины. – А можно мне сегодня в конюшни?

- «Эти» дни кончились, что ли?

Сегодня последний день, но это не его ума дело.

- Просто хочу. Я, всё равно, весь ваш огород прополола, в доме чисто… И мне скучно здесь.

- А в городе прям веселуха? – дёрнул Пётр нервно плечами. Даже не видя его лица, только спину, я понимала, что разозлился.

Что я не так сказала?

- Ну, в городе, хотя бы, можно пойти в кино, в кафе или просто прогуляться по парку с подружками… и охраной. А здесь я даже не знаю, куда идти, кроме леса, в который бегает делать свои дела Найда и теперь ещё Беляш. Кстати, спасибо вам за маленькое окно в калитке для него. Это очень мило с вашей стороны.

- Из-за твоего пердушонка пришлось дырявить собственный забор. Зато хоть дерьмо теперь под ногами не валяется.

Похоже, моя менструация заразна. Кое-кто тоже не в настроении сегодня.

- Петя, беда! – словно из ниоткуда, едва не сорвав шторку от мух с двери, в дом влетела Наталья.

А я думаю, чего мне сегодня не хватало? Её, оказывается.

Но выглядела она странно. Не старалась будто совсем. Платок на голове цветной и слегка выцветший на солнце. Странная растянутая футболка в разводах грязи, штаны с вытянутыми коленками и грязные сапоги.

И дикий потерянный взгляд, полный слёз.

- Что случилось? – напрягся Пётр, сразу повернувшись с ней. Хмуро оглядел её с ног до головы и, кажется, тоже попытался понять, что здесь не так.

- Сын… Серёжка!... в старый колодец… за телёнком! Петя, помоги! – кричала бессвязно женщина, прижимая ладони к груди.

- Успокойся и понятно всё расскажи, - злился Пётр, но вместе с тем развязывал фартук.

- Серёжка мой, сын, прыгнул в старый колодец за нашим теленком, а вылезти не может! – крикнула Наталья, роняя слёзы.

По моей спине пробежался холодный пот. Паника подступила к горлу, и я была готова тоже начать плакать вместе с Натальей.

- Твою мать! – рыкнул Пётр и рванул к вешалке, с которой взял всегда заранее заготовленную футболку и ключи от машины. – Что за колодец? Где?

- В старой деревне, - всхлипывала спешащая за ним Наталья.