Сердце двух миров (ЛП) - Харт Роза - Страница 56

— Завтрак готов, если только ты не хочешь чего-нибудь другого? — он тверд, как камень. Этот мужчина ненасытен. Я таю в его объятиях, когда он шепчет мне на ухо, что именно он хочет со мной сделать, как только я закончу есть.

Я не могу представить себе жизнь без этого мужчины. Я просто не могу думать, когда он вот так прикасается ко мне.

Глава 23

Наоми

Мы пропускаем следующую вечеринку и поздно приходим на ту, что после нее. Кандра нервно ходит туда-сюда, резко отвечая нимфе, которая случайно наткнулась на нее. Ее брови сдвигаются, когда наши взгляды встречаются через поляну, и она направляется прямо ко мне, хватает за запястье и пытается утащить прочь.

— Можно с тобой поговорить? — спрашивает она. — Наедине?

Ее взгляд перемещается на Ниссиена, стоящего за моей спиной. Кандра, в отличие от остальных, не съеживается под его пристальным взглядом.

Ниссиен крепче обнимает меня за талию, и его пальцы впиваются в мою кожу.

Я поднимаю на него глаза.

— Я ненадолго.

Кандра тащит меня к самому краю леса.

— Наоми, я волнуюсь за тебя, — шепчет она.

Меня охватывает чувство вины. Она рискует собой, оставаясь здесь ради меня.

— У меня есть все, что нужно, чтобы вернуться домой, — я слишком напугана, чтобы произнести эти слова.

Кандра выглядит так, будто собирается обрушить на меня потоки гневных слов, но останавливается.

— Ты имеешь в виду... ты...

Я прижимаю ладонь к ее рту.

— Не говори. На случай, если он услышит.

— Хорошо. Хорошо, — Она подпрыгивает на носках. — Нам нужно разработать план для... — ее глаза расширяются, и она внезапно замолкает. Я поворачиваюсь к тому месту, куда она смотрит через мое плечо, там Ниссиен, он идет к нам, неся два бокала с вином. — Боги, он не дает нам возможности поговорить, — бормочет она. — Он хочет манипулировать тобой.

— Я подумал, что вам, дамы, может понадобиться что-нибудь выпить, — Ниссиен протягивает Кандре бокал, даже не удосужившись на нее посмотреть, а затем обнимает меня за плечо и ведет обратно к толпе. Вид пузырящегося вина фейри вызывает у меня тошноту.

— Уверяю тебя, мы не дамы, — я улыбаюсь ему. — Скорее наоборот.

— Посмотри вокруг, Наоми, здесь никто не заботится о формальностях, — он взмахивает рукой, чтобы подчеркнуть свою мысль. — Мы все просто одна и та же порода беззаботных существ, ищущих развлечений.

Я поднимаю бровь.

— Поэтому ты построил мне дом? Потому что хочешь просто хорошо провести со мной время? — дразню я, но мои слова вызывают резкую перемену в Ниссиене.

Он двигается с молниеносной скоростью, внезапно оказываясь передо мной и наклоняясь так близко, что наши глаза оказываются на одном уровне.

Он берет меня за подбородок и заставляет смотреть на него.

— Ты знаешь, что сводишь меня с ума, Наоми. Я убил бы человека, чтобы тебе не приходилось терпеть неудобства, связанные с его существованием. Я хочу иметь тебя всю, жить с тобой. Заставлять твое тело трепетать каждый день. Быть рядом с тобой всегда. Ты нужна мне, мое сердце нуждается в тебе. Разве я не дал этого понять?

Я сглатываю, горло внезапно пересохло. Он пробуждает во мне такую тоску. Хочу удержать этого мужчину, который сжег бы ради меня мир, который никогда не устанет от моего общества. Мое сердце взлетает и разрывается, от силы эмоций у меня перехватывает дыхание.

У меня нет времени ответить. Ниссиен замирает, затем хватает за плечи, притягивает к себе и глубоко вдыхает запах моей шеи. Все мое тело замирает, а кровь превращается в лед.

Ниссиен отстраняется и смотрит мне в глаза, в которых танцуют пламя.

— Ты беременна, — шепчет он, прижимаясь лбом к моему и надолго закрывает глаза. — Ты беременна, — повторяет он, как будто пытаясь убедить самого себя.

Его глаза открываются, и в них нет ничего, кроме дикости. Белки глаз полностью охвачены пламенем, а вокруг его волос танцуют угли.

— Ты беременна, и ребенок мой.

Меня пронзает страх, и мое тело начинает дрожать. Он сжимает мои руки так сильно, что остаются синяки.

— Ты делаешь мне больно, Ниссиен.

Он шарахается от меня, будто обжегся.

— Прости, Наоми, я постараюсь контролировать свои эмоции. Просто я не хочу, чтобы кто-то причинил тебе боль. Я не хочу, чтобы что-то поставило под угрозу беременность. Я должен защитить вас обоих. Этот ребенок — он будет всем для меня. Ты замерзла, — Ниссиен снимает плащ и накидывает его мне на плечи, не понимая, что именно он заставляет меня дрожать. — Ты молчаливая. Эта новость для тебя шок?

Да. Нет. Это и гвоздь в гроб, и яркая искра надежды одновременно.

— Я просто растерялась, вот и все, — лгу я.

Когда он целует меня в макушку и тихо шепчет.

— Мы вместе разберемся, — это как еще один удар ножом в сердце. Меня снова пробирает холодный озноб. Я чувствую себя просто ужасно из-за того, что собираюсь отнять у него этого ребенка.

Я смотрю в сторону, где мы оставили Кандру. Ее глаза наполняются слезами, а лицо бледнеет. Она делает шаг ко мне, протягивая руку, но останавливается, когда я слегка качаю головой. Никто из нас ничего не может с этим поделать. Я шепчу ей два слова.

— Уходи. Немедленно.

Ее лицо мрачнеет, уголки губ опускаются, но она кивает. Проще будет разработать план побега, который не предполагает встречу с Кандрой. Как я могу подвергнуть ее гневу Ниссиена?

Он стоит позади меня и обнимает за талию. Вокруг нас ходят люди, смеются и разговаривают, но не подходят ближе. Их взгляды отрываются от нас, как только они смотрят на фейри за моей спиной. Я могу только представить, как он смотрит на них.

Внезапно его объятия перестают казаться ласковыми и теплыми. Они клетка. Клетка, которая удерживает меня на месте и контролирует каждое мое движение. То, что я вижу, куда я иду, с кем я могу общаться.

Моя кожа горит от желания оттолкнуть его от себя. Это желание становится настолько сильным, что мне кажется, будто по мне ползают тысячи крошечных насекомых, а я слишком парализована, чтобы их отгонять. Я не могу выносить его дыхание на своей шее. Как будто он крадет воздух из моих легких и вместе с ним забирает мой голос.

Я извиваюсь, пытаясь избавиться от этого ощущения, но его объятия только усиливаются.

К нам подходит высший фейри с длинными рыжими волосами, с широкой улыбкой на лице и блеском в глазах, который говорит о том, что он уже наполовину пьян. Я ломаю голову, пытаясь вспомнить его имя. Уайлдер.

— Ниссиен, оставь Наоми танцевать. Пойдем играть в карты с нами, друг мой. Давно ты с нами не играл.

— Нет, — рычит Ниссиен.

Уайлдер наклоняется ко мне и внимательно смотрит на мое лицо.

— Наоми, ты просто сияешь, — он вдыхает воздух и наклоняется еще ближе, но все еще на очень приличном расстоянии. Его лицо озаряется улыбкой. — Ты...

Ниссиен вытягивает руку и обхватывает горло Уайлдера своей огромной ладонью.

— Отвали, Уайлдер. Не подходи ближе к моей беременной жене.

Уайлдер морщится, бросая на меня сострадательный взгляд, а затем снова смотрит на Ниссиена, который все еще не отпускает его.

— Ниссиен, друг. Ты должен бороться с этим чувством. Не сходи с ума, — Ниссиен отпускает другого мужчину. Красный след от ожога на шее Уайлдера постепенно заживает.

Меня охватывает ужас. Мне хочется бежать, бежать и бежать. Я должна была уйти, как только узнала, что беременна. Я тупица, что не следила за своим циклом и не обнаружила беременность как можно раньше. Уайлдер шатается, уходя, и я не могу отвести взгляд от его спины.

Ниссиен прижимается лицом к изгибу моей шеи.

— Прости, Наоми, — шепчет он. — Обещаю, я не сойду с ума. Просто для меня это слишком ново. Мы уходим, мне нужно время, чтобы собраться с мыслями.

Я поворачиваюсь в его объятиях, беру его лицо в ладони, слегка впиваясь ногтями.