Жена приговорённого (СИ) - Эймс Глория - Страница 48

- Как продвигаются дела? спросила Лонкоя.

- Ваш жених уже почти готов увидеть вас, - ответил Алзейн. — Завтра утром или днём, не позднее.

- А Рандал? — спросила я, сжимаясь в нехорошем предчувствии.

- Даже не знаю, как сказать... - Алзейн ободряюще положил ладонь на моё запястье, но было видно, что он сам расстроен больше, чем пытается показать. —Дело в том, что он пришёл в себя одним из первых. Но не говорит ничего о вас и том, что даже косвенно связывало бы с вами. Ни слова о свадьбе, как будто её не было.

- Не понимаю.

- Я тоже пока не понимаю. Будем разбираться.

- Вы уверены, что это Рандал?

- Да, он первым делом сообщил, кто он. Ошибки быть не может.

- Это точно Рандал, а не багейн? — в последней надежде спросила я.

- Мы всё препроверили. Рандал Дарик, куратор из Берфена.

Расстроенная, я замолчала, глядя перед собой. Как Рандал мог забыть всё, что было между нами? Что за особенное заклятье к нему применили?

- Поверьте, мы делаем всё возможное, - печально сказал Алзейн. — Но кажется, причина даже не в заклятии. Вернее, оно косвенно повлияло на его разум, на то, что уже было в нём.

- Вы говорите загадками, от которых мне ещё больше не по себе. Пожалуйста, не пугайте меня, скажите, как есть, - попросила я.

Алзейн между делом глянул на Лонкою, и она поднялась из-за стола:

- Не буду мешать. Если что — я в комнате!

Оставшись вдвоём, мы некоторое время молчали. Я — выжидающе, он — собираясь с мыслями. Наконец, Алзейн нарушил молчание:

- О подобном феномене я читал в одном старом трактате. После ментального воздействия, выворачивающего разум, не все могли вернуться обратно, если их жизнь до воздействия была сопряжена с большой ложью.

— Что вы имеете в виду?

- Разум отказывается снова лгать, когда его возращают Ложь требует слишком больших затрат, и разум не выдерживает, закрывая часть событий от самого себя.

Некоторые моменты полностью стираются из памяти и уже не возвращаются.

- Вы хотите сказать, что Рандал лгал мне о своей любви? — возмутилась я. —Напоминаю, он исчез в день свадьбы! Я не тащила его под венец, он сам сделал мне предложение! И у него не было причин лгать.

- Тише, тише, - Алзейн умоляюще поднял ладонь. — На нас все смотрят.

- Тогда уйдём отсюда.

Прохладный вечерний воздух освежил меня и привёл мысли в порядок. Нет, Рандал не мог лгать. Здесь нечто другое — какая-то неизвестная магия, особое воздействие.

Только не ложь. В это я никогда не поверю!

- Простите, если расстроил вас, - тихо сказал Алзейн. — Решил рассказать вам об этом только потому, что не желаю причинить вам большие страдания. Сменим тему.

Давайте поднимемся на стену?

Взобравшись по крошащимся каменным ступенькам наверх, я ахнула от открывшегося между зубцами стены вида: вся потемневшая в сумерках Топь была усеяна множеством разноцветных огоньков. Большие и маленькие, разноцветные, горящие ровно и мерцающие.

- Что это такое? — восхищенно спросила я.

- Существа. Одни привлекают пару, другие сидят в засаде и подманивают жертву.

Много разных способов заинтересовать того, кто нужен... - последние слова он произнёс бархатным голосом, от которого против воли по телу пробежала сладкая волна.

«Немедленно меняем тему» - пронеслось в голове, но непослушный язык сам собой выдал.

- Вы знаете такие способы?

И тотчас стало самой противно от собственной игривой интонации. Рандал бьётся за память и разум в подземелье, а я тут наслаждаюсь роскошным видом в обществе приятного мага.

Нет… не просто приятного... Харизматичного, привлекательного, необычного, талантливого и яркого... Тиенна, что за бред у тебя в голове! Остановись, пока не надумала ещё что-нибудь.

- В студенческие годы я много времени проводил за чтением о повадках существ, -будничный спокойный тон Алзейна вывел меня из помутнения. — Даже написал курсовую работу по огненным жукам. Но потом предпочёл травы и зелья.

- А я из семьи травников.

- Понято, семейное дело, выбора не было, - рассмеялся Алзейн.

Влечение отпустило так же внезапно, как накатило. Надо брать себя в руки!

Одиночество слишком изматывает.

Мы продолжили разговаривать, и Алзейн заметно повеселел. Видимо, он переживал, как я приму новость о затруднениях в лечении, а теперь увидел, что мне легче, и сам расслабился.

- Как бы всё дальше ни сложилось, помните — события всегда развиваются к лучшему, - на прощание сказал он мне. - Завтра увидите первых спасённых.

Думаю, после станет легче ждать спасения остальных.

- Апзейн, я очень благодарна вам за всё, что вы делаете, - сказала я.

- Не стоит выражать это словами, - ответил он. — Достаточно просто иногда улыбаться, и я буду знать, что усилия не пропали зря. Вам очень идёт улыбка, Тиенна.

Лонкоя нервно комкала край рукава золотисто-коричневого платья, стоя в первом ряду взволнованной толпы магов. Она то оборачивалась на меня в поисках поддержки, то устремляла взгляд в сторону входа, откуда должны были появиться первые спасённые.

Наконец в галерее раздались шаги.

- Идут! Идут! — пролетело по толпе, и раздались первые хлопки, быстро переросшие в бурные аплодисменты.

Появилось несколько молодых мужчин, смущённо оглядывавшихся по сторонам.

Им уже объяснили, что произошло, но они не были готовы к такому оглушительному приветствию. Последним вышел Фелго Таалс.

Разглядев Лонкою, он бросился к ней, расталкивая остальных:

- Ты здесь.

Та только и смогла, что кивнуть, глядя на него полными слёз глазами. Они обнялись и замерли, прильнув друг к другу. Долгожданное счастье расходилось волнами от них, заставляя стоявших рядом магов украдкой вытирать слёзы умиления. И не было сомнений: да, только любовь помогла преодолеть все трудности и снова быть вместе.

Среди первой группы спасённых не было Рандала. И хотя вчера Алзейн предупредил меня об этом, я в глубине души наивно надеялась, что он всё-таки придёт в разум и память. Мне так и виделось, как в последний момент перед выходом он проводит ладонью по глазам и восклицает: «Тиеннаь, а потом его присоединят к остальным.»

Но чуда не случилось — и я стояла, видя чужое счастье и пытаясь проглотить ком в горле.

Понемногу справившись с эмоциями, я нашла в себе силы подойти к Лонкое и Фелго:

- Теперь вы можете отправиться домой! Я напишу Леатиде Брирге как можно скорее, и она поможет, не сомневайтесь.

- Спасибо, Тиенна! Кем бы ты в итоге ни стала, ты навсегда моя подруга, - Лонкоя крепко обняла меня. — Можно, я расскажу Фелго про тебя?

- Только шепотом, - улыбнулась я. — Больше никому, ладно?

- Ну, конечно! — Лонкоя радостно рассмеялась, вытирая почти высохшие слёзы. —Даже не верится, что всё получилось. У тебя тоже всё будет хорошо. Мы могли бы остаться, если нужно.

- Это лишнее, - раздался над ухом голос Алзейна. — Гораздо важнее отвезти вашего жениха домой, чтобы он смог вспомнить как можно больше и вернуться к своей привычной жизни.

Лонкоя с извиняющейся улыбкой развела руками, как бы немного стесняясь своего бескрайнего счастья на фоне моей тоски по Рандалу.

- Сейчас договорюсь об экипаже, - сказала Фелго. — Где здесь конюшня?

- Идём вместе, - Лонкоя крепко сжала его ладонь. — Я теперь с тебя глаз не спущу.

А то в прошлый раз ты тоже за экипажем пошел.

Оба засмеялись, Фелго обнял Лонкою за плечи, и они вышли из зала. У меня снова подступили слёзы к глазам.

- Успокойтесь, Тиенна, менталисты Таспи на верном пути, скоро всё решится! - Алзейн протянул мне платок. — Помните, улыбка вам больше к лицу.

Через силу улыбнувшись, я вытерла глаза.

- Мне стало грустно потому, что теперь вокруг нет никого, с кем я начала этот путь.

Мой друг Брилеус сейчас лежит в лазарете Хальторна. Магистр Двен уже в Северном Водном ковене. Охотники... наверняка тоже далеко. И даже Лонкоя вот-вот уедет.

- Я рядом, - твердо сказал Алзейн. — И пробуду рядом столько, сколько понадобится.