Кухарка для дракона - Ягушинская Вероника - Страница 11

В итоге я так увлеклась чтением, что стук в дверь заставил подпрыгнуть в кровати от неожиданности.

— Леди Ларина, это камеристка, — раздался приятный голос из-за двери, и после разрешения в комнату впорхнула тоненькая, почти невесомая эльфийка.

Темноволосая красавица сверкнула на меня фиолетовыми глазищами и тут же представилась. Звали ее Бертина, работала во дворце она недавно, но очень старалась, была из благородной, но небогатой семьи, во дворце искала мужа, но из-за возраста на отбор уже не попадала. Девушка щебетала и щебетала, одевая меня и приводя в порядок волосы, но при этом взгляд у нее был такой цепкий, что порой мне становилось не по себе. Или это все эффект странных эльфийских глаз?

Спустя полчаса я, одетая в светлое скромное платье из голубого шелка, вышла из своих покоев, чтобы тут же попасть в загребущие лапы опекуна. Тиран зло сверкал глазами, но молчал. Выяснение отношений при свидетелях явно не входило в его планы, а свидетелей было много. Коридор бурлил жизнью. Из комнат выскакивали разномастные красотки, одетые одна другой откровеннее, и под ручку со своими сопровождающими направлялись к лестнице. Мы тоже не стали задерживаться и с общим потоком проследовали до Золотой гостиной.

Гостиная полностью оправдывала свое название. От обилия золота кружилась голова и рябило в глазах. Девушек выстроили ровной шеренгой, за их спинами расположились сопровождающие.

— Надеюсь, на этот раз обойдемся без глупостей? — прошептал мне на ушко Тии’ран.

А у меня есть выбор?!

Вскоре вдоль «дамского строя» прошествовал князь Лирдоу со свитком в руках.

— Дамы, господа, — обратился он ко всем сразу, — не буду утомлять вас длинными речами, да и к началу первой ступени опаздывать не стоит, поэтому перейду сразу к делу. Сейчас я буду называть имена невест, а вы сообщаете о своем присутствии. К сожалению, несколько дам в последний момент передумали участвовать в отборе. Возможно, по личным причинам. Женская душа — загадка, — попытался пошутить дракон, но, судя по ехидным ухмылочкам девушек, об этих самых причинах догадывались многие. — Эта процедура — необходимая формальность, чтобы нам составить полный список для его величества и иметь возможность уже сегодня выплатить семьям всех девушек вознаграждение в размере десяти тысяч золотых. Итак, Аделина, баронесса Мерлазье…

— Здесь.

— Истрана, маркиза Виртон.

— Здесь…

Десять тысяч золотых!!! Как же я продешевила! Графья на мне неплохо наживутся, и я больше чем уверена, что о сумме вознаграждения знали оба. Ну да ладно, пусть подавятся этими деньгами! Главное, что скоро я обрету свободу и получу пусть небольшие, но все-таки отступные. Бережно сложенный договор ныне покоился в моей спальне за одной из картин. А Ридейро я с большим удовольствием пошлю к черту.

Пока я размышляла над степенью людской подлости, очередь дошла и до меня. Легкий тычок в спину от «брата», и я тоже обозначила свое присутствие. Со злости так хотелось ударить его локтем, но я сдержалась. Недолго мне осталось терпеть его присутствие. Наверное, я даже не поеду в имение за своими вещами и останусь после отбора в столице на какое-то время. Запал мне в душу Ригаросс.

И тут, как гром среди ясного неба, прозвучало:

— Карина, княжна Лурье…

Я нервно дернулась вперед, но сильные руки тисками сомкнулись на талии, не давая даже вздохнуть. Да и вряд ли я бы смогла. Из легких, как ударом, вышибло воздух. Как же так?! Как так?! Я же… Я бы могла… просто появиться на этом чертовом отборе! Пусть бы даже оборванкой в униформе прислуги! Пусть бы я пешком шла до столицы! Пусть… просто появиться… И никакого обмана, никаких сделок и договоров. Просто — и все! Свобода!

Твари! Ненавижу!

Меня затрясло мелкой дрожью от злости, заполнившей, казалось, все мое существо.

— Виконт Ридейро? — приподнял бровь князь Лирдоу, глядя на нас. — Кажется, леди Карина — ваша подопечная. Почему же вы привезли только сестру, ведь приглашения были высланы обеим дамам?

Цепкий взгляд внимательных голубых глаз остановился на мне, будто пронзая насквозь. Казалось, дракон все знает, но хочет услышать признание от нас. Я молчала. Подлог — серьезная статья в уголовном кодексе, особенно, когда дело касается короля.

— Леди Карина, увы, так и не смогла оправиться от потери близких, — максимально скорбно проговорил Тиран за моей спиной, а у меня от его голоса, от теплого дыхания по спине пробежали электрические разряды. И как же хотелось собрать все их воедино и одним махом убить эту бессердечную тварь, которая сейчас стояла за моей спиной и явно «с неподдельной грустью» улыбалась. — Бедняжка, уверившись в бренности мирского бытия, отправилась в Обитель Двуединого на Эльмомарском хребте, приняв обет молчания. Я как раз по приезде передал в вашу канцелярию все необходимые документы от отца настоятеля.

Меня будто снова ударили. В глазах потемнело то ли от гнева, то ли от нахлынувших эмоций, и я бы упала, если бы… теперь уже брат не поддержал меня.

— Вам плохо? — прищурившись, внимательно изучал мое лицо князь Лирдоу.

Что он там хотел найти, я не знаю, поэтому, не оправдав надежд первого советника, я лишь отрицательно замотала головой, сославшись на непривычную духоту.

— Великолепно, в таком случае прошу вас. — Дракон махнул рукой в сторону медленно открывающихся в следующий зал дверей. — Желаю вам, прекрасные дамы, удачи, но победит достойнейшая! — произнес дракон и, кольнув меня ледяным проницательным взглядом, тихо себе под нос проворчал, но я, скорее, прочла по губам, чем услышала: — А уж я за этим прослежу!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Об опасной близости и близкой опасности

— Дамы и господа, добро пожаловать на первую ступень Седьмого королевского отбора!

Голос герольда громом разнесся по залу, в котором пока еще беспорядочно толпились красивые молодые леди и их сопровождающие. Юным незамужним девушкам не подобает появляться в свете в одиночестве, вот и мой конвоир подошел сзади и приобнял за талию. И пусть внешне этот жест никоим образом не выбивался за рамки братского, целомудрия в нем не было ни на грош.

Горячие ладони жгли кожу даже через ткань платья и корсет. Я слегка повернула голову и подарила вежливую улыбку кошмару всей моей жизни. Тиран улыбнулся в ответ, но тут же замер с каменным лицом. Переступив с ноги на ногу, будто невзначай я вонзила острый каблук ему в ногу и мстительно не собиралась отступать.

Ладони на талии мигом превратились в тиски, рискуя сломать мне ребра, но я мужественно терпела. Молчала и улыбалась, как он, слегка натянуто. И пусть ненависть, плескавшаяся в холодных голубых глазах, пугала до дрожи, взгляда я не отвела. Не сегодня, милый! Чем бы закончилось наше противостояние: моими сломанными ребрами или его покалеченной ступней — неизвестно, если бы герольд вновь не объявил на весь зал:

— Седьмой Королевский отбор объявляется открытым!

Толпа мигом оживилась и пришла в движение. Зашуршали по полу юбки, застучали каблучки. Все стремились занять как можно более выгодную позицию, располагаясь по обеим сторонам от алой ковровой дорожки, по которой через минуту должен будет шествовать монарх.

Возле самых дверей даже завязалась небольшая толкотня, в результате которой маркизе Бурье «нечаянно» порвали подол платья каблуком, и злой раскрасневшейся темноволосой эльфийке пришлось, скрипя зубами, удалиться в самый конец шеренги. За ней с молчаливого согласия моего «брата» последовала и я. Мне-то было совершенно все равно, заметит меня король после сотни почти одинаковых по красоте лиц или нет. На этот отбор я приехала не ради победы, а ради свободы, вот только свобода эта, кажется, вновь стала призрачной.

Зачем все это Тирану?! Ладно еще выдать меня за Ларину на отборе, чтобы спасти честь семьи и денег получить, но зачем он поменял нас навсегда? Что он подстроил за ловушку, в которую я опять угодила с головой? Думать об этом было страшно.