После измены. Месть мне к лицу (СИ) - Вирго Софи - Страница 13

- Ты ничего не понимаешь! - голос срывается, и несколько человек в очереди на регистрацию оборачиваются. - Она все устроит так, что я останусь без гроша! Надо срочно...

- Хорошо! - Оля наконец вырывается, одной рукой поправляет съехавшую на бок сумку, другой смахивает непослушную прядь с лица. - Только собрались отдохнуть, только я настроилась... - она делает глубокий вдох. - Если тебе надо бежать к своей бывшей, разруливать вымышленные проблемы, вали. Но мой билет отдай. Я не собираюсь отказываться от отпуска из-за твоих разборок.

Ее слова повисают в воздухе, смешиваясь с запахом жареного лука из соседнего фуд-корта. Где-то плачет ребенок, пара молодоженов целуется у стойки регистрации, пожилая пара что-то оживленно обсуждает, листая паспорта.

А я стою, ощущая, как земля уходит из-под ног, и смотрю на Олю. На ее надутые губы, подведенные стрелками глаза, на руку, протянутую ко мне в немом требовании, и понимаю, что теряю и ее, и надо с этим что-то делать. Уж ее я точно не готов терять.

- Отдай мне мой билет, Игорь, - говорит ледяным тоном. - Твои семейные дрязги - твои проблемы. Мой отпуск только начинается.

- Оль…

Сегодня мне Софи подсказывает, что надо еще несколько прод дать. Будет исполнено))))

Глава 16

Глава 16

Ольга

Лед в стакане звенит, будто насмехается надо мной, когда я сжимаю стекло так сильно, что пальцы немеют от холода.

Аэропортский бар напоминает муравейник, вокруг гомон туристов в кричащих рубашках, истошно орут переутомленные дети, снуют официанты с подносами, но весь этот шум доносится до меня так, косо.

- Ну и законченный же он идиот! - шиплю в пустой стакан, ощущая, как гнев волнами накатывает изнутри.

Перед глазами снова всплывает картина, как Игорь, красный как рак, с перекошенным от злости лицом, выхватывает чемодан, даже не удостоив меня взглядом. Как он толкнул старуху с тележкой, даже не обернувшись, когда та упала. Капли пота на его лбу, дрожащие губы. Он выглядел жалко, по-настоящему жалко, и это зрелище почему-то засело в мозгу как заноза.

Телефон жжет бедро через тонкую ткань джинсов. Пришло сообщение от Игоря.

"Прости, солнце. Это форс-мажор. Разберусь с этими бумагами и прилечу через пару дней, максимум три. Не сердись на меня, пожалуйста. Люблю"

- Ох уж эти твои вечные "разберусь", - бормочу, специально громко, чтобы соседки по стойке услышали. Но внутри растекается странное, щемящее удовлетворение. Уголки губ предательски ползут вверх, и я не могу, да и не хочу это скрывать.

Откидываюсь на кожаном диване, чувствуя, как холодный материал прилипает к оголенной спине. Бармен с ямочкой на подбородке и слишком белыми, слишком ровными зубами, намеренно задерживает взгляд на моем декольте, прежде чем протянуть новый стакан. Его пальцы намеренно задерживаются на моих на секунду дольше необходимого.

- Проблемы с мужем? - его голос звучит сладко, как сироп, но в глазах читается циничный интерес. - Или, может, теперь это уже не муж?

- Наоборот, дорогой, - делаю долгий глоток, ощущая, как напиток разливается теплой волной по животу, растворяя последние остатки досады. - Проблемы как раз закончились. Теперь у меня будет настоящий мужчина, а не подкаблучник с кучей обязательств.

И это чистая правда. Пусть Игорь сейчас будет носиться как угорелый по адвокатам, пытаясь спасти то, что уже не починить, но через пару дней он прилетит ко мне уже свободным, без этой противной Марго на шее, без ее вечных нравоучений о воспитании детей и "семейных ценностях".

Ненавижу ее, ей все всегда слишком легко давалось, играючи, в то время как мне приходилось грызть все зубами.

Телефон снова вибрирует. Лера, моя ближайшая, и единственная, если честно, подруга, беспокоится.

"Ну что, улетела в свой рай? Как там твой принц на белом спорткаре? Фоточек жду!"

Я быстро набираю ответ, едва сдерживая смех, который подкатывает к горлу.

"Рейс задержали, так что еще летит твоя покорная слуга. Мой 'принц' в последний момент сдулся, жена неожиданно подала на развод. Так что это будет весело"

Ответ приходит мгновенно.

"Ой, бедняжка! Ты же так мечтала об этом отпуске! Целый год ждала! Ну как ты?"

- Мечтала, - вслух повторяю я и вдруг осознаю, что действительно рада этому повороту. – Я мечтала побыть одна.

Теперь мне не надо будет притворяться влюбленной дурочкой каждую минуту, изображать восторг от его глупых шуток и дешевых комплиментов. Два дня полной свободы, можно напиться в хлам, закрутить роман с местным, просто валяться у бассейна одна, загорая топлес.

А потом... Потом он прилетит. Униженный, раздавленный, нуждающийся в утешении. И я встречу его в новом бикини, которое так тщательно выбирала, с охлажденным бокалом в руке, идеальная, недосягаемая, готовая стать его спасительницей, его единственной гаванью в этом жестоком мире.

- Девушка? - бармен снова наклоняется ко мне, демонстративно вытирая уже чистый бокал. - Повторить? Или может, что-то покрепче? Для праздника?

- О, ты прочитал мои мысли, - улыбаюсь во весь рот, специально медленно облизывая губы, наблюдая, как его взгляд следует за этим движением. - Давай что-нибудь на твой выбор. Сегодня у меня действительно... Особенный праздник.

Через несколько минут делаю первый глоток, представляя, как через пару дней Игорь будет ползать передо мной на коленях, заглаживая вину. Как я смогу выжать из него новую шубу, настоящую норку, а не эту дешевую синтетику, которую он подарил на прошлый день рождения, может даже машину, немца, а не эту постылую японскую тачку, на которой он возил меня все это время.

В Италии он будет совсем мой, без семьи, без обязательств, без Марго, а значит надо крутить его пока тепленький.

Телефон снова вибрирует.

Игорь.

"Я все улажу. Обещаю. Ты же меня ждешь? Ты ведь понимаешь, я не мог поступить иначе? Скажи, что не злишься..."

Я медленно набираю ответ, растягивая удовольствие, представляя, как он там, на другом конце провода, нервно кусает губы в ожидании ответа.

"Конечно, дорогой. Я всегда тебя жду. Но постарайся прилететь поскорее. Мне будет так одиноко без тебя..."

Отправляю и ставлю телефон на беззвучный режим и заказываю еще один коктейль, на этот раз двойной.

Пусть Игореша побегает.

Пусть поволнуется.

Все равно он уже на моем крючке, и теперь крючок этот можно затянуть потуже. Настолько туго, что и не вырвется никогда.

Ничто мне не испортит настроение, даже головная боль и легкая температура, стресс и не такое может подкинуть.

Глава 17

Глава 17

Марго

Дверь палаты с грохотом распахивается, ударяясь о стену так, что стеклянная вставка дребезжит. Я вздрагиваю всем телом, и стул подо мной скрипит, будто протестует против этой внезапной бури. Сердце сначала замирает, а затем начинает колотиться с такой силой, что кажется вот-вот разорвет грудную клетку.

Игорь.

Он стоит в дверях, тяжело дыша, как загнанный зверь.

Его лицо искажено не выражает ничего, кроме ярости. Брови сведены, губы подрагивают. Глаза бегают по палате, скользя мимо Саши, который беспокойно ворочается во сне, мимо капельницы, из которой по капле уходит лекарство, и останавливается на меня, будто найдя, во что вонзить свой необузданный гнев.

– Ты совсем страх потеряла, тварь?! – его голос дрожит, и в нем столько ненависти, что мне хочется отшатнуться. – Ты вообще понимаешь, что натворила?!

- Что ты творишь?! – понимаю, то мой шепот-крик не остановит его, но у меня сил нет нарушить хрупкий сон сына криками. - Он спит! Выйди. Сейчас же, и там за дверью, ели так хочется, ори.

Он застывает, превращаясь в статую ярости. Его кулаки сжимаются до предела, и я вижу, как дрожат пальцы даже в таком состоянии, и ведь не от сомнений или страха, а от чистейшего, неразбавленного бешенства, которое вот-вот вырвется наружу, как лава из вулкана.