Курс на СССР. Трилогия - Тим Волков, Андрей Посняков (СИ) - Волков Тим - Страница 156

Эх, Коля, Коля… в какую же передрягу ты угодил! Влюбился в дочку шпиона… Неужели, у них все так серьезно? Надеюсь, Марина не в курсе, чем занимается её отец.

– Метель… э‑э… Марина заходит? – спросил я.

– Да почти каждый день, – застенчиво улыбнулся Хромов. – Яблоки принесла, апельсины… И где только достает? Знаешь, мы квартиру снять собрались. Ну, чтоб вместе… Это Маришка предложила.

Ишь ты, Маришка! Знаю я, как она предлагает, ставит перед фактом. И не отвертишься, сразу быка за рога. Но, как мне кажется, Коля особо и не против.

– Как там родители? – глядя на прогуливавшихся больных, негромко спросил Николай. – Все ещё в санатории?

– Ну да, – кивнул я. – Они же по путёвке поехали, так что полноценные три недели отдыха им обеспечено. Отец звонил, тебе привет предавал.

– Спасибо, ему тоже передавай. Эх! – Хромов сжал кулаки. – надо же так неосторожно подставиться. Теперь я здесь, работа стоит. Из‑за меня испытания перенесли.

– Думаю, тут другая причина, – сказал я. – Мы же предотвратили готовящуюся диверсию. Так что, ты тут не причем. Точнее, как раз ты тут и «при чем», ведь всё это ты придумал. В общем. Не забивай голову. Думай о системе.

– Ты прав, – улыбнулся он. – Я здесь, и у меня есть время подумать! Я тут кое‑каким расчетами занимаюсь… Эх, с Матвеем бы посоветоваться!

– Еще посоветуешься, – улыбнулся я. – А пока выздоравливай! И ничего дурного в голову не бери.

– Да как не брать‑то? – Николай покачал головой. – Жаль того парня… Веснина… Это он же из‑за любви…

– Не из‑за любви, а из ревности, – наставительно промолвил я. – А еще по пьяни.

– Да‑а, пахло от него сильно…

Похоже, Сидорин так и не рассказал Хромову правду. И правильно, зачем пугать человека, когда все версии довольно шаткие. Ну вот что сделает Коля. Если узнает, что на него покушался Сокол по приказу Вектора. И что Вектор – это отец его возлюбленной Марины, с которой он собирается создать семью. Тут у любого человека крышу сорвёт. А нам нужен здравомыслящий Коля.

Тем более, лица нападавшего он не видел… Так пусть и считает, что это был Весна. Пусть все так думают. И это правильно.

Я понимал, что Андрей Олегович, несомненно, приставил для охраны изобретателя своих людей. Кроме парня, что дежурил у входа в палату, наверное, имелся и кто‑то еще – тайный. Может быть, вот этот молодой человек в больничной пижаме в цветочек, что лениво читает газету на лавочке напротив нас. А, может дюжий столовский работник, который смотрит на нас из окна. С чего бы так уставился‑то? Судя по усиливающемуся запаху, котлеты у него окончательно сгорели.

– Скоро Маринка придёт, – мечтательно произнёс Коля. – Обещала принести логарифмическую линейку и калькулятор.

– Подключаешь её к своим исследованиям? – подмигнул я.

– Нет, – усмехнулся он. – Ей это совсем не интересно.

– Ты пытался ей рассказать о том, чем ты занимаешься? – поинтересовался я, подумав, что Метель всё‑таки может замешана во всём этом.

– Что ты, – грустно сказал Коля. – Она даже представить не может. Думает, что я просто мастер на заводе. Говорит, что мы молодые, и вся жизнь у нас впереди. Надо только стремиться к своей цели.

– Правильно говорит, – одобрил я. – Но ты помни, что девушкам не стоит голову забивать техническими подробностями. Для них в технике главное знаешь что?

– Что? – искренне заинтересовался Коля.

– Чтобы холодильник морозил, стиралка крутилась, фен жужжал, вентилятор крутился и выключатель срабатывал с первого раза.

– А ты знаешь, – Коля искренне засмеялся. – Сколько техники я уже перечинил в их салоне?

– Думаю, все девушки смотрят на тебя с обожанием.

– Не, – замахал руками Коля. – Только Маринка.

Я мысленно усмехнулся. Да, Метель она такая, не позволит, чтобы другие пялились на её парня. Сразу пресекает все попытки. Думаю, она уже натерпелась с популярным Весной. Теперь будет Колю держать при себе под колпаком.

Коля стал всё чаще оглядываться по сторонам, явно боясь пропустить появление Метели. Да и мне пора домой. Завтра на работу, а надо ещё разобрать материал для репортажа, чтобы утром сдать главреду.

– Ну, давай, Коля, – я поднялся на ноги и протянул руку. – Пойду я. Не буду мешать вам с Маринкой. А то скоро тебе на процедуры, так что каждая минута на счету.

– Товарищ, товарищ! – к лавке поспешно подошел тот самый кухонный работник, здоровяк с круглым веселым лицом и протянул потрепанную записную книжку. – Вы в столовой на обеде блокнотик забыли. Прямо на столе оставили. Вот.

– Ой! Спасибо! – обрадовано воскликнул Хромов. – А я всю тумбочку обшарил. Думал, что потерял. Спасибо большое.

– Да не за что, – парень смущенно улыбнулся. – Ладно, пойду, работа ждет.

– И котлеты подгорают, – подмигнул я.

– Да нет, – рассмеялся парень. – Это не котлеты. Это мы в печи сковородки прокаливаем, чтобы очистить их от налипшего жира. Вот и кажется, что котлетами пахнет. Уже к нам на кухню заглядывали особо любопытные больные, интересовались, что будет на ужин.

– А что будет на ужин? – поинтересовался Коля.

– Овсянка, сэр, – с видом настоящего английского дворецкого Берримора сказал он.

Мы рассмеялись так громко, что парень с газетой на соседней лавочке насторожился, а потом, увидев, что всё спокойно, снова сделал вид, что с увлечением читает газету.

– Все же, какие у нас хорошие люди, – сидя на лавочке потянулся Николай. – Ну, в какой еще другой стране так?

С утра в редакции было относительно спокойно. Все благополучно вышли на работу, никто не страдал головной болью из‑за избытка возлияний, что очень позитивно отразилось на общем настроении. Часов в десять мы традиционно скинулись и отправили гонца за пышками. Плотников поставил на стол банку варенья.

– Тёща в деревню к родственникам ездила. Привезла столько всего вкусного, что от щедрот выделила нам баночку. Говорит: «Неси своим писателям. Очень нравится, как пишут про будущее.» Так что, Воронцов, считай это тебе.

– О, спасибо, – воскликнул я и открыл полиэтиленовую крышку. – О! Вишнёвое, моё любимое!

– Без косточек, – уточнил Сергей. – У них там есть умелица, такие варенья варит, все только от зависти зубами скрипят. Сколько пробовали повторить рецепт, ни у кого не получается.

– Интересно почему?

– Секрет знает, – подмигнул Серёга. – Она к каждой ягоде по‑своему подходит. И никогда не варит по рецепту. Только на вкус.

– Интересная тема, – задумался я. – Можно написать статейку о знаменитой мастерице. А то и вовсе кулинарную страницу завести в газете с рецептами.

Когда принесли пышки, я поставил варенье на стол и его тут же распробовали все. Единогласно решили, что такого вкусного никогда в жизни не ели.

Ближе к обеду на работе появился Николай Семенович и сразу же позвал всех на «летучку» к себе в кабинет.

– Ну, вот что, орелики… и орлицы… – обведя всех пристальным взглядом, пробасил главред. – Был только что в обкоме… Да там все наши были. Газеты, телевидение, радио. Так вот! Довожу до вашего сведения. С этого момента в нашей газете в каждом номере должна быть хоть небольшая статья об атомной энергетике!

– Ого! – не сдержавшись, Серега Плотников присвистнул. – Вот это я понимаю, тема так тема. Где только материалы брать? Атомной‑то станции у нас под боком нету!

– Сережа, не ерничай! – погрозил пальцем шеф. – Статья может быть любой. Очерк, зарисовка, да хоть анекдот. Но! Обязательно должна быть выражена одна четкая мысль. О том, что все реакторы всех атомных станций периодически останавливают на профилактику. И в этом нет ничего необычного.

Я пожал плечами:

– Так это ж правда!

– Правда, – согласно кивнул главред. – Вот только об этом должны узнать читатели. Надо разъяснять! Чтоб не возникало разного рода слухов. Понятно?

– Понятно, Николай Семенович, – разведя руки в стороны, Плотников ответил за всех. – Статьи по очереди будем писать? График будем составлять, или по вдохновению?