"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 301

Кроваво-красным импульсом чуть не расплющило, снег стал странным, блестящим, натуральные звездочки… Силы таяли, шею жгло невыносимо.

– Что за сияющую деву они искали? – прошептала я. Не помирать же без ответа!

– Тотем племени, – донеслось словно сквозь воду, или на самом деле сквозь нее. – Пропал накануне, во время нашего визита. Плохо охраняли. На дне речки ему и место. Им всем тоже. Там и оказались. Нечего к ней лезть, ни этим, ни тебе, никому…

Следом донеслось тихо, но жестко и четко:

– Остынь!

Воздух вернулся, я рухнула на лед рядом с зияющей дырой. Все-таки он лопнул.

– Если ты решил ее прибить, то давай не у меня.

Ничего себе тон. Таким можно лес валить. Целыми массивами. Базиль с отвращением стряхивал с себя остатки моей энергии. На веранде, невозмутимо облокотившись о перила, стояла Иллит.

– Да и стоит ли, – уже с обычным равнодушием сказала она. – Сама там угробится. И от Тео никаких претензий.

Базиль коротко ей кивнул, подхватил меня под локоть. Дома доест? Голова закружилась, и мир заодно. Алые всполохи, обжигающие брызги на коже. Липкий, вязкий воздух – вдыхать одно мучение. Белизна ослепила, оплела паутиной, помехами зашумели серые линии, сливаясь в прорванный насквозь лабиринт. Воронка танцевала, скалилась каждым изгибом. М-м-м… Граница?..

– Это так мило, – пробормотала я, – что ты меня проводил.

– Тебе жить надоело? – мрачно спросил Базиль.

– Да, – согласилась зачем-то, пока не передумал. – Пойду угроблюсь, хорошо?

– Еще раз тебя увижу… – Он сжал мой несчастный локоть со всей силы, казалось, хрустнет. Пополам. – Ищи, что велели, и уматывай. Наделенные тьмой умеют появляться где угодно в любом мире и менять их по своему желанию.

О! Чертова Киса!..

– Пошла вон.

– И этой муки нет сильней: конца любви, надежд, желаний… – прокричала я изо всех сил, влетая в воронку с потрясающим ускорением. – Последнее прощанье с ней, нежнейшее из всех прощаний.

Резкое погружение, гулкий шум. Выбросило на самую поверхность, без остановок. Судя по ощущениям – круто при этом приложило головой о потолок… Он расплывался, по-прежнему было липко, и дышать трудно. В висках ломило, к горлу подкатывала тошнота. Но боль меркла по сравнению с чувством непередаваемого триумфа. Я выяснила! Нашла ответ! Базиля из списка можно смело вычеркивать… Если он грохнул ту, в которую умудрился влюбиться, то явно не практикует эксперименты с пацифистским подходом. Да уж, история… И случилась она всего двести лет назад. Наконец, минус подозреваемый.

Это было прекрасно, а вот все остальное… Мутные круги поредели, стало отлично видно покрывало в багровых пятнах. Я провела по шее, подбородку, на ладони отпечатались характерные разводы. Шмыгнула носом – так и есть, кровь. Опять! Ее было много, по-киношному яркой и с виду совершенно ненастоящей, будто кто-то щедро расплескал бутафорской краски для съемок ужастика. Слабость и крупная дрожь хором намекали – ага, щас! Все мое, родное, и продолжает хлестать как из фонтана. Я сдернула с кровати покрывало – хуже ему уже не будет, приложила к лицу вместо полотенца. Ванна… Где здесь ванна? Ну да, нигде… Умывальник!

Шаг в большую комнату, и муть хлынула туда, прихватив мельтешащих звездочек. Голова налилась свинцовой тяжестью и, кажется, обзавелась собственным колоколом. Звонкое «бум!» при каждом движении, туман под ногами. Добралась на ощупь, по памяти. Третья дверь, рычажок над краном. Вода ледяная, отлично… На мгновение пришла в чувство, тут же срубил металлический запах – резкий, до головокружения. Покрывало выпало из рук, кухня крутанулась, словно возомнила себя каруселью. Колени подкосились, но вместо жесткого пола я приземлилась в объятия. Довольно мягкие!

– Ничего себе, – пробормотал Поняша, склонившись надо мной с растерянной физиономией.

– Нормально, – просипела я отвратительно жалким голосом. – Со мной такое бывает…

Остаток фразы, если он вообще был, утонул в невнятном бульканье, маревом заволокло все. Вакуумная тишина, мерзкая горечь на языке. Меня тормошили, потом лица коснулось что-то приятно холодное. Мысль вертелась одна – только бы скорую не вызвал! Совет примчится раньше. Туман рассеивался медленно, рябь танцевала покруче любых воронок. Было жарко, ни пошевелиться, ни нос почесать. Наконец отпустило, в уши начали пробиваться звуки – то ли клацанье, то ли щелканье. Веки удалось разлепить с трудом. К счастью, не больница. Я лежала на той же кровати, плотно закутанная в одеяло. Ну, просто рулетик! На краю сидел хозяин апартаментов с ноутом на коленях и долбил по клавишам, будто те в чем-то провинились.

– Что с тобой? – Поняша кинулся меня распутывать.

– О, давняя патология, – хихикнула я. – Любопытство сильнее, чем чувство самосохранения.

Поняша шокированно моргнул, отливая чистейшим по искренности беспокойством. Еще бы. Приводишь домой девицу, а она устраивает кровавый потоп. Испугался, наверное, что прямо тут откинусь. Я потянулась, ощущая странный прилив сил и удивительную легкость. Ну, с приливом все ясно – Базиль. То сожрать пытается, то выпинывает обратно с ценными подсказками и запасом энергии. А вот насчет легкости.

– Ы-ы-ы, – протянула я, прислушиваясь к подозрительному урчанию в желудке. – Меня случаем на тебя не стошнило?

– Опустим этот момент, – буркнул он.

Я села, подложив под спину подушку. Голова противно гудела, в окне занимался рассвет. Чтоб его… Лейка! Второй раз плакала наша встреча. В таком состоянии я даже не осилю проверить, ждут ли меня еще у водопада. Из хороших новостей – на этот раз додумалась нырять в Поток без верхнего прикида. Отстирать кровавые разводы от чертова пепла роз было бы проблематично.

– Ты ведь врачей не вызывал? – уточнила я, боясь, что Совет за мной уже выехал.

– Соня! Я, по-твоему, кто? – вдруг взвился Поняша. – Дурак? Тебя же ищут.

Опа! Он в курсе?..

– А говорил, ни с кем из вемов не общаешься…

– Не общаюсь. Зато видел, по каким страницам ты с моего ноута бродила.

С самого начала знал? Знал и не сдал. Мило! Хотя ничего не мешает ему передумать…

– Ты мне тут больше нравишься, – подмигнул он.

Я моментально укрылась одеялом. Надеюсь, целоваться не полезет. Вряд ли его привлекают полуобморочные девицы в кровавых разводах. Надеюсь, что не привлекают. Не вампир же он! М-м-м… Значит, все-таки вампир…

– Есть хочешь? – вампир, наконец, отодвинулся.

– Потом.

Он слез с кровати, прихватив жужжащий ноут.

– Будешь снова падать в обморок – падай тихо, мне работать надо, – ощупал меня задумчивым взглядом и пододвинул к кровати тазик, – а это для крови…

Угу, потом выпьет. Я обняла подушку, сползла пониже и прикрыла глаза. Все, передышка! Лейку я упустила, а подробности ужасной смерти очередной девочки пару часов подождут.

Шаги прошлепали к выходу, оттуда донесся тяжкий вздох:

– Что бы с тобой ни произошло сейчас в Потоке, оно тебя и убить могло.

– Не оно первое.

Поняша еще немного посопел и аккуратно прикрыл за собой дверь. Ушел.

Сколько всего уже происходило, что могло меня прикончить. С даром иначе не бывает. Осторожничай на каждом шагу, перестраховывайся… Все равно откуда-то прилетит. Не знаю, кто там береженых бережет, но наслаждаться жизнью их подход сильно мешает. А зачем такая жизнь? Мне уж точно не нужна.

Я могла умереть тогда, после аварии. Четыре месяца провалялась в больнице, постоянно чувствуя замешательство врачей и немой вопрос – почему она еще жива? Потому что! Если инстинктивно тянуть энергию у всех любопытных, заглядывающих тебе в глаза, появляется куда больше шансов выкарабкаться. Десятки посторонних людей и не подозревали, что в итоге меня спасли. Говорили, бабушка тоже ко мне приходила. А я не помню, не видела… Когда пришла в себя, ее уже не было. Инфаркт – сердце не выдержало. Сын с невесткой и нерожденным внуком погибли, а насчет выжившей внучки прогнозы давали неутешительные. Можно ли считать, что я убила четверых? Наверное. Но они бы поняли – это была случайность. Они меня любили, им бы хотелось, чтобы я была счастлива. И я старалась. Подумаешь, сказали, что детей у меня не будет. В конце концов, никогда мне дети не нравились. Подумаешь, дорогая тетя оказалась меркантильной сволочью. Не нужна она, без нее проживу. Подумаешь, вышвырнули за границу на четыре года. Получила ответы, а теперь и возможность выбраться. Можно найти сотню поводов чувствовать себя несчастной. А я решила быть счастливой, несмотря ни на что.