"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 370

– По-моему, – произнес Влад глубокомысленно, – что я ни скажу, получается только хуже. Пожалуй, лучше… М-м-м… Помолчу. Хорошо?

– А сможешь? – рассмеялась я, разворачиваясь в направлении выхода. – Поехали по домам.

– Лейка, постой, – вдруг сказал он совершенно серьезно и изменился в лице. Ни тени сомнений, сплошная концентрированная решительность. – У нас гость, из Потока. Новый. Далеко, где-то за городом.

Черт!

Глава 12

Электронные часы у пустой стойки регистрации высветили девять часов вечера, автомат в очередной раз выплюнул в стаканчик то, что считал чаем. Но это лучше, чем ассортимент местной кухни. Загородный дом отдыха, пару дней назад закрытый якобы на ремонт, ратовал за здоровое питание, как итог – ромашковая бурда и пюре из брокколи на все случаи жизни. Говорить пока было не с кем, подхватившая левую сущность дама не очнулась ни вчера, ни сегодня. Врачи уверяли, что это должно произойти вот-вот, буквально в любую минуту. Один из них, единственный, кто мог здесь находиться, не рискуя получить установку выйти в окно, безвылазно суетился вокруг пациентки, прижав к уху телефон. Что ей в клинике вкатили с перепугу? Переборщили. Как бы ни откинулась вслед за товарищами раньше времени.

Пристроенный на столике ноутбук впервые за день встретил спокойным экраном, а не мигающей иконкой нового письма. Утром Ланс написал, что Шанталь привела к нему Адама, и этого сеанса хватило, чтобы сделать выводы. Мальчик действительно скучал по погибшему брату, и был привязан самым болезненным образом. Жутко боялся чем-то расстроить, ждал одобрения на все, что делал, или только думал делать. Распространенный эффект для тех случаев, когда тот, кто тебя третировал, резко меняет отношение на противоположное. В прошлом Натан именно так и вел себя с братом, причем не напрямую, и очень осторожно, что со стороны и не подкопаешься. Елена была права, он мелкого до невроза и довел. С какой радости оставил в покое? Подробностей в письме не было, поскриптумом шло витиевато выписанное одобрение по поводу того, что я передал дело коллегам. А то, много ли нарасследуешь из другой страны. Через пару недель вернусь. После Рождества Маэва назначила голосование по поводу отстранения Дормана с должности главы. Это не подвигло его объявиться, до сих пор пропадал неизвестно где, будто ему плевать. Вероятно, так оно и есть. Результат голосования предсказуемый, его сторонники больше никакого влияния не имеют, даже Мартина умудрились сместить. Кого выберут новым главой, совершенно ясно. Кандидатура одна.

Наверху послышалось торопливые шаги.

– Она пришла в себя! – по лестнице сбежал наш гений усыпляющей медицины.

Наконец-то.

– У нее дезориентация после долгого сна, скоро пройдет, – доложил специалист по Белоснежкам, устало бухаясь на аскетичный диван в приемной, – будет вполне адекватная.

Я бы на это не рассчитывал. В досье Аниты один заграничный обитатель другого краше. Каждый еще при жизни отличился, после все заскоки лишь прогрессировали и усугублялись. Маньяк с навязчивой идеей, любительница интриг, бандит без тормозов, возвышенная актриса и социопат с претензией на гениальность. Образцовый террариум. Удивительно, как они не перегрызлись за столько веков в замкнутом пространстве. Сидели по своим углам? Бессмертие, да… Выдавать им возраст в пять тысяч лет было бы ошибочно. Замуровались в резервации с придуманными глюками и ускоренным течением времени. Что они там видели? Единственный источник информации – из ловушки. Учитывая, кто туда попадается, в меню преимущественно самоуверенные идиоты. Однако недооценивать их компанию не стоит. Фокусами Максимовой осенью весь офис накрыло, и в торговом центре чуть ли не две сотни посетителей охватило внушением. А эта особа умеет куда больше. Хотя проблем быть не должно: безлюдное здание в подмосковной глубинке с внушительной прилегающей территорией, самый опасный предмет – пластиковая ложка на кухне. Ни за входные двери, ни за ворота не улизнешь. И маячок на себе она вряд ли заметит. Если, конечно, накануне не закусила каким-нибудь эспером-суперхакером.

На втором этаже было тихо и светло. Просторный коридор, приоткрытая дверь в пустую комнату. Она стояла в конце коридора, у окна с фигурной выпуклой решеткой. Смотрела задумчиво то ли на нее, то ли на снегопад в свете уличного фонаря. Босиком, поверх больничной сорочки – накинутое на плечи одеяло. Бледная, хрупкая, с шапкой черных волос. Белоснежка, версия «десять лет спустя», когда с птичками уже не поют.

Я остановился в паре метров, она обернулась, медленно и осторожно. В прищуренных глазах мелькнуло удивление. Секунда, вторая, третья…

– Странное место, – беспомощно прошептала Белоснежка. – Где я?

Браво. Тяжкий вздох и дрожащие губы изобразила особенно хорошо.

– В бренной реальности, – просветил я. – За сто лет здесь все немного изменилось.

– Да уж, – цинично усмехнулась жертва обстоятельств. Невинно-растерянное выражение с ее лица слетело разом. – А Софи-то трепло.

Спокойно реагирует. Расчет, усталость? Отходняк от лекарств? Шаг от окна ко мне, поправленное сползающее с плеча одеяло. Безобидное движение, но расслабляться не следует. По медицинским прогнозам, ей на ногах стоять не положено, а ничего, стоит, и даже довольно устойчиво. Неизвестно, на что еще способна. Если это, конечно, вообще она. А не он. Ментальный бардак…

– Бывали пробуждения и похуже, – сказала эта непонятно кто. С трудом сглотнула и выдавила: – Где здесь…

– Обратно, и в другую дверь.

Она скользнула по стене в направлении комнаты, я пошел за ней. В ванной она засела на полчаса. Судя по долетающим звукам, ее как минимум наизнанку вывернуло. Добро пожаловать в реальный мир, тут вам не там.

Комната смахивала на номер в дешевом отеле: тумбочка без дверцы, пустые полки шкафа, разобранная кровать и стол с задвинутым до упора стулом. Прочее увезли подальше, во избежание. Проходить дальше порога я не стал, примчавшегося некстати врача развернул на подходе. Пусть отдыхает, иначе сам где-нибудь свалится. За стеной на несколько минут включилась вода, после наступила тишина, разбавленная едва слышным шуршанием полотенца. Что ж, не утонула. Роберт на отправленное сообщение ответил, что уже едет сюда, на пару дней, как и договаривались. Караулить ее вторую ночь желания не было. Надо выяснить главное – сколько их еще может выползти из закромов Потока и сколько попыток при этом у каждого.

Она вывалилась из ванной еще бледнее, чем прежде, в махровом халате и белых тапочках. Отличный выбор. Опустилась на выцепленный из-под стола стул, вытянула ноги. Через проем не до конца прикрытой двери виднелось брошенное прямо на пол одеяло, ворох салфеток и запотевшая плитка, с которой исчезали зигзагообразные следы. Хриплый кашель, мельком мазнувший по мне утомленный взгляд. Не особо ей лучше, но потерпит.

– Хоть бы зеркало оставили, – посетовала она, с интересом прислушиваясь к собственному голосу. Поправила влажные волосы, и уставилась на меня так прицельно, будто призывала сделать то же самое в ответ. – Ладно, давай сразу к делу. Раз уж ты в курсе, кто я.

– Яника, я полагаю.

– Даже так, – кивок и приподнятая бровь подтвердили догадку.

Знаки Анита в файле зарисовала тщательно. Очнувшись, заграничная сущность первым делом должна была его воспроизвести – где угодно, чтобы из захваченного сознания в ментальную трубу не вылететь. А зигзаги лишь в единственном символе есть. Передо мной именно та, что заговорами баловалась за спинами остальных. Бледные губы дрогнули в усмешке:

– А ты, значит, не представишься.

Угадала. Ответа она прождала от силы пару секунд, после равнодушно пожала плечами.

– Отвечу заранее, и оптом, – скучающе заявила королевская особа. – Нам у себя хорошо сидится. Приходится иногда вылезать, разбираться с одной и той же проблемой. Новых неприятностей не ищем, задерживаться не будем. Устраним угрозу, и про нас долго никто не услышит.