"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 475

Такси проехало вдоль берега озера, скупо отражающего лучи утреннего солнца, взобралось на зеленый в любое время года холм и высадило у ворот дома. На панорамных окнах в холле трепыхались бумажные снежинки, в сквозных арках покачивались на веревочках деревянные звезды. Хм… Мебель переставлена, кресло обзавелось полосатой накидкой. На комоде – букет из веток и заполненная цветными камушками ваза. Выглядело все по-домашнему, и не так, как раньше. Иначе, будто другой дом по тому же адресу. Наверху хлопнула дверь, к перилам выползла Ева – сонная, в накинутом поверх ночной рубашки халате и вязаных тапочках с помпонами.

– О! – воскликнула она радостно и быстро сбежала по лестнице. – Вернулся! Так и думала, что вернешься. Правда, не спрашивала когда, ты же все равно вечно не знаешь. Но я ждала! Божечки, что это?…

Ева склонилась над поставленной на пол переноской, потом присела, осторожно потрогав пальцем решетку. С той стороны легла мохнатая лапа, между прутьев просунулся розовый нос.

– Кот, – внес я ясность. – Мой.

– До кота ему еще расти и расти! А как его зовут?

– Как-нибудь.

– Ну, что ты такое говоришь! – Она отперла дверцу, выхватив слабо протестующего котенка. – «Как-нибудь» – плохое имя. Ничего, я назову. Будет Микеш, как у Лилечки. Помнишь его? В детстве на руках таскал, хотя он весил немногим меньше тебя! А я в доме порядок навела. Неуютно было, ужас. Неудивительно, что ты тут жить не хотел! Теперь совсем другое дело. Нравится?

– Вполне.

– Ты еще второго этажа не видел! – гордо произнесла сестра, тиская и наглаживая рыжего предателя. Тот урчал, забыв недовольно размахивать хвостом. – Наверное, во мне годами спал дизайнер. А что у тебя есть для котенка?

– Еда и что-то в чемодане.

Анита утром собрала какой-то пакет.

– Проверю, если чего не хватает – куплю, – пообещала Ева таким тоном, что можно было не сомневаться: недостача ожидается серьезная. – Кстати, альбом папин лежит, где лежал. Решила, что пусть остается на память. У тебя точно не потеряется.

Я кивнул и прошел в свою комнату, пристроив чемодан у дивана. На стене над ним красовались склеенные из ракушек бабочки, целая стая. Проснувшийся дизайнер был в творческом ударе. Помню, делала похожих когда-то давно, только покривее. Она догнала меня, светясь улыбкой и не выпуская из рук котенка.

– Не ожидал тебя застать. Муж-то не потерял?

– Помирились еще на прошлой неделе! Но мне кажется, он не до конца раскаялся и настрадался из-за моего отсутствия. А еще ездила в Мюнхен на концерт… угадай чей! Сказала ему – сын, я не против твоего выбора, просто не согласна. Однако постараюсь понять. Представляешь, у них столько поклонников. Толпа! В интернетах столько обсуждают, пишут, что талантливые… А фанатки считают, что он из всей группы самый красивый! И совершенно правы! В середине января приедут с концертом к вам, я пригласительный билет взяла. В твоей тумбочке лежит!

– Держи, – я достал из чемодана Анитин пакет, вручил ей.

– Негусто приданого, – грустно заявила Ева котенку, ободряюще почесав за ухом. Получила лапой по пальцу. – Не переживай, мы это исправим. Феликс, позавтракаем?

– Мне уже пора по делам.

– Но на ужин-то приедешь?

– Постараюсь.

Она удовлетворенно щелкнула языком и вышла, прикрыв дверь. С ее внутренней стороны обнаружился венок из ракушек, на столе расположилась стопка старых журналов. Где только отыскала… Всюду новое или прочно забытое, неизвестно откуда извлеченное Евой.

Когда готов был выходить, под дверью заскреблись. Открыл, на пороге замер кот. Ни туда, ни сюда. Круглые любопытные глаза и шевеление усов.

– Передозировка внимания? – поинтересовался я.

Он прижал уши и, жалобно пискнув, прошмыгнул внутрь, забился под диван, да там и остался, чем-то воинственно шурша.

В офис отвезло такси – моя машина дожидалась на парковке фонда, брошенная из смелого расчета «на пару дней». В электронном корпоративном ящике продолжалась истерика на тему произошедшего вчера в Потоке, круг задействованных в переписке лиц расширялся, а никто ничего не понимал и внятного сказать не мог. Единственным источником информации был Баэс, и то с осведомленностью на уровне «ну, они вместе собрались и порвали тех тварей». Подробностей то ли не знал, то ли не выдал, на претензии Колвена, что за женой следить лучше надо, мстительно огрызнулся, что не ее куратор. Анита на запрошенный Маэвой отчет прислала потрясающий ответ с копией на половину сотрудников, что официальной позицией Совета было не содействовать эсперам в войне с нижним Потоком, поэтому какой еще отчет? Руководства экспрессивно спорило по поводу обещанных ментальных терактов: бояться или выдохнуть. Народ из ловушек все-таки очнулся – ночью, одновременно и массово. Примерно каждый пятый. Остальные скоропостижно скончались, не приходя в сознание. Не только в изолированной клинике, по всему миру. Догадываюсь, почему спасшихся именно столько, и «чьи» они. Вели себя прилично, сносить мозг никому не порывались. Ланс предлагал и наших откачивать да отправлять по домам. Кроме тех, кто пять предупреждений отхватил. Что с ними делать – вопрос.

Собрание начиналось через пятнадцать минут, которые стоило потратить на то, чтобы проверить кабинет и сдать ключи. Не успел. Дверь распахнулась, вошла Маэва с суровой складкой на лбу между сведенными к переносице бровями. Хваленая английская сдержанность дала сбой.

– Объясни, пожалуйста, – сказала она почти спокойно, – что происходит?

– Проблема исчерпана, вселяться в чужие тела некому.

Маэва прислонилась к стене и отметила устало:

– Получилось у вас, значит. Деталей вряд ли дождусь. Что ж… Победителей, как известно, не судят.

– Ты сделала то, что считала нужным. Я тоже. На этом и закончим.

– Сложные были дни, – она слабо улыбнулась, – из ряда вон. Все на ушах стояли, и до сих пор… Если отзовешь заявление, никого не смутит.

– Нет смысла продолжать работать с тем, кому не доверяешь.

– Я бы доверилась, соизволь ты хоть как-нибудь обосновать, – нахмурилась Маэва. Секундная пауза, и ее губы тронула усмешка. – Ах, так ты про меня…

Она задумчиво прошлась до окна, развернулась.

– Знаешь, – ее деловой тон скончался, ладони сжались в кулаки, – я Дормана не выгоняла, не подсиживала и, вопреки слухам, разыскивала, чтобы на место вернуть. Итог? Его нет, и не объявился, даже когда общим голосованием отстраняли. Плевать ему на фонд, Совет, и что с нами станет! Пришлось учиться жить без того, кто руководил всем два десятка лет, перестраивать процессы, потому что я – не он. Я старалась быть лучше, возможно, не всегда удачно. И что? Старая гвардия сожрать готова. Сомневаюсь, что Мартин Герра с тобой не связывался! Да черт с ними, недовольными, их появление ожидаемо. Я была готова. Но к тому, что на первой же неделе вступления в должность начнется апокалипсис…

– Он не повторится.

– Последствия еще долго разгребать. В Потоке неизвестно что, ловушек нет, куда девать отмороженных на всю голову эсперов с пятью предупреждениями непонятно. Время перемен, чтоб его. Мне нужна помощь. Но уйти и не помогать, конечно, проще!

– На собрание опаздываем, – я сверился с часами.

– Не страшно. Ланс тоже опаздывает. Точнее, вообще не придет. Цитирую – «не собираюсь участвовать в этом горячечном бреде».

– Подождем полчаса согласно регламенту. Потом засчитаем, что он воздержался. Не примете досрочную отставку, будет обычная. Просто позже. Поработаю до тех пор по официальной должностной инструкции.

– Ладно… – Она перевела дыхание. – Чего ты хочешь, чтобы остаться?

Я направился к двери, та вдруг отворилась. Не кабинет, а проходной двор. Просунулась голова Кейна, затем весь.

– Извините, что отвлекаю, но… – вид у него был странно виноватый, – тут такое. Хлоя пропала.

– То есть как пропала?… – опешила Маэва.

– Со вчерашнего утра дома не появлялась, телефон вне зоны доступа, мать заявила в полицию. В последний раз видели днем на занятиях музыкой. Думаю, она вляпалась в какое-то дерьмо из-за дела Веберов.