"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Керлис Пальмира - Страница 685

Гонг ударил, разрезая мои мрачные мысли. Я отбросил панику в сторону. Придется тащить катку в одного.

Лорд Шен в своей ложе самодовольно поглаживал длинную косу. Дядя Герман пыхтел сигарой, как паровоз, и что-то шептал своей последней девице. Блондинки, которую я спасал от Юки, видно не было.

Неподвижно, как изваяние, застыл в тени своей ложи Стрелок. Он не аплодировал, не выказывал эмоций. Лишь чуть заметно качнул шляпой, когда я вышел на ринг — то ли в знак приветствия, то ли оценивал.

Мадам Розэ, кажется, была в восторге от перспективы боя двух таких «симпатичных мальчиков». Она нетерпеливо повела плечами, решая, кто из нас первым удостоится чести стать ее «десертом». Два ее монументальных «аргумента», лежавших на могучих руках ее живых бюстгальтеров, тяжело колыхнулись. Я видел, как один из этих мускулистых атлантов на мгновение побледнел и едва заметно скрипнул зубами. Но с героическим стоицизмом продолжил нести свою… почетную вахту.

Аргента и Барс наблюдали с холодным профессиональным интересом.

На нашей галерке творилось локальное безумие. Витек, забыв о своих недавних проигрышах и вселенской тоске, вскочил на стул. Он орал и размахивал кулаками так, что его малиновый пиджак, казалось, вот-вот лопнет по швам.

— Хирург, братан, порви ему жопу!

Лиса и Шпилька, стоя рядом, вторили ему восторженным визгом:

— Да, Хирург! Покажи этому франту, кто здесь настоящий король! Пусть на коленях молит о пощаде!

— И о скидке на новые зубы!

Джин поклонился — не мне, а ложе своего господина. Он встал в стойку, и в следующую секунду его тело вспыхнуло золотым сиянием. Воздух вокруг него загудел, словно заработал мощный реактор. Его длинные черные волосы, вопреки законам гравитации, взметнулись вверх, встали дыбом и налились ослепительным золотом. Вокруг него сформировался потрескивающий ореол чистой энергии.

— Золотые волосы дыбом? Серьезно? — Ярослав протянул призрачную руку и ткнул пальцем в потрескивающую ауру Джина. Та недовольно затрещала, как дешевый синтетический свитер. — В мое время за такую безвкусицу можно было и файерболом в задницу получить. Чисто из эстетических соображений. Техника, конечно, неплохая — классическая школа «Танцующего Ветра». Впрочим, для тебя, Сеня, без твоей цифровой сиделки, и это — смертный приговор.

А потом Джин рванул. С невероятной скоростью. Не просто бежал — он скользил. Каждый его шаг сопровождался едва заметным порывом ветра, который сбивал с толку, мешал сосредоточиться.

Я активировал боевой режим. По спине пробежал знакомый ледяной импульс, и где-то в глубине сознания пробудилось нечто древнее и хищное. Глаза вурма на спине открылись, и мир вокруг замедлился, обретя зловещую, хищную четкость.

Удар Джина был точен и быстр, как укус кобры. Я едва успел увернуться, воздушная волна от его кулака хлестнула по шлему.

Он не дал мне передышки. Серия ударов, ногами, руками — каждый идеально выверен, каждый усилен его Даром. Воздух вокруг него вибрировал, создавая звуковые волны, которые били по ушам, сбивали равновесие.

Я сразу ушел в глухую оборону. Без Алисы, без ее подсказок и анализа, я был просто хорошим бойцом против гения боевых искусств. Это была неравная битва.

Танец клинков и порывов ветра, где каждым клинком был его кулак, а каждым порывом — его нога. Я вжался в угол, уходя от атак, отбивая удары предплечьями, скользя и уворачиваясь. Тупая боль уже пульсировала в ребрах от нескольких пропущенных ударов. На плече через порванный рукав виднелся багровый след — память о его костяшках.

Жаль, регенерационный узел без Алисы работал… неполноценно. В автоматическом режиме. Он латал меня, но медленно, лениво. Словно обиженный рабочий, которому не доплатили за сверхурочные. Никакого прилива энергии, никакого форсажа. Приходилось вытягивать на одном боевом режиме, инстинктах и злости.

— О-хо-хо! Кажется, наш таинственный повар решил сегодня стать отбивной! — гремел над ареной голос Циклопа. — Джин танцует вокруг него, как голодный тигр вокруг поросенка! Сможет ли наш герой что-то противопоставить этой восточной грации? Или его единственным блюдом на сегодня станет пол ринга⁈

Толпа ревела, наслаждаясь зрелищем. Для них это было идеальное шоу — загадочный выскочка, которого методично превращают в фарш. Витек на галерке, кажется, в отчаянии пытался прогрызть свой стул. Даже Мадам Розэ слегка нахмурилась — избиение было слишком уж односторонним.

— Ну что, наигрался в героя? — ехидно прозвучал в голове голос Ярослава. — Я же говорил. Этот твой восточный приятель сейчас тебя на запчасти разберет. А ты даже не сможешь толком ответить. Ску-ко-та.

«Может, я просто наслаждаюсь процессом, — мысленно огрызнулся я, блокируя очередной удар. По руке пробежала волна онемения. Как будто молотом втащили со всей дури… — Люблю, знаешь ли, тактильный контакт».

— Да-да, конечно. Особенно когда этот контакт грозит тебе переломом всего, что может сломаться, — усмехнулся Ярослав. — Ладно, так и быть. Чтобы ты не слился слишком быстро и не испортил мне все веселье, вот тебе подсказка. Смотри, как он замахивается правой ногой после серии ударов руками. Он каждый раз оставляет левый бок открытым на долю секунды. Недоработочка! Используй это, носитель. Если, конечно, у тебя хватит скорости.

Я присмотрелся. Ярослав был прав. После каждой своей ослепительной комбинации Джин на миг, всего на один удар сердца, терял концентрацию. Когда готовился к следующей атаке. Это была крошечная, почти незаметная брешь в его идеальной обороне.

И в этот момент… произошло нечто странное. Я не просто увидел эту брешь. Я ее… почувствовал. Еще до того, как Джин начал свою следующую атаку, в моей голове, словно вспышка, мелькнуло знание: вот сейчас он ударит трижды рукой, а потом — ногой. И откроется.

Это было не логическое предсказание. Это было чистое, инстинктивное знание. Словно я уже видел этот бой сотню раз.

Совпадение?

И тут же его кулак врезался мне в скулу. Удар был чувствительным, шлем не спас. Голову мотнуло в сторону, в глазах на мгновение потемнело.

Не, не думаю…

Боль отрезвила. Она смыла все сомнения, оставив лишь холодную ярость. Джин, уверенный, что добил меня, шагнул ближе, чтобы нанести решающий удар. И на один удар сердца открылся.

Именно этого я и ждал.

Превозмогая боль, я рванулся вперед, вкладывая в движение все остатки сил. Мой кулак, ведомый этим странным предчувствием, устремился точно в ту точку, которая только что открылась в его обороне. Он не успел среагировать. Мой кулак влетел ему под ребра. Не так сильно, как мне хотелось бы, но достаточно, чтобы сбить его дыхание и идеальный ритм.

А потом, не давая ему опомниться, я нанес второй удар. С разворота, локтем. В его мерцающий золотой покров.

Раздался протяжный звук, похожий на треск лопнувшей струны. Покров Джина замерцал и пошел рябью, как вода от брошенного камня.

Боец отскочил от меня, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

— А нет, погодите! — взревел в микрофон Циклоп, который, кажется, уже успел меня похоронить. — Пациент не просто жив! Он, кажется, собирается выписать своему доктору пару очень болезненных рецептов! Хирург переходит в контратаку! Вот это поворот, дамы и господа! Кажется, наш повар решил, что главное блюдо сегодня — это золотой плов с отбивной по-восточному!

Джин быстро пришел в себя. Танец клинков и порывов ветра продолжился. Но что-то неуловимо изменилось. С каждым ударом Джина, с каждым его финтом, мой мозг… привыкал к противнику всё лучше. Лишенный привычных подсказок Алисы, он работал иначе. Это была не логика, это было глубже, первобытнее. Шепот инстинкта, усиленный боевым режимом вурма. Я не просто реагировал — я чуял.

Теперь я уклонялся не от удара, а от самого замаха. Блокировал атаку не в тот момент, когда она достигала цели, а когда она только зарождалась. Я стал зеркалом, тенью, которая знала каждый его следующий шаг.

— Невероятно! — гремел голос Циклопа, в котором изумление смешалось с восторгом. — Качели! Наш Хирург не просто держит удар, он читает своего противника, как открытую книгу! Книгу, написанную на языке синяков и переломов!