Ночной палач - Астер Алекс - Страница 28

— Переезжай в мои покои, — тут же предложил Оро.

— Что? — оторопела Айсла.

— Там он точно не был. — И чтобы дикая не решила перебраться в какую-нибудь другую комнату, куда не ступала нога Грима, король добавил: — Это самое защищенное место в замке, если сумрачный решит подобраться к тебе иным способом. Займи мои покои. А я буду ночевать в других.

Айсла не хотела, чтобы он ночевал в других. И то, что она стояла перед ним в одном кружевном белье, — достаточное тому подтверждение. Но Оро и слышать ничего не желал.

К вечеру того же дня по его приказу вещи Айслы перенесли в его покои, а его пожитков там не осталось.

После того как Айсла заняла покои Оро, воспоминания прекратились, и она стала спокойно спать по ночам. Словно вещей короля, его постели оказалось достаточно, чтобы заглушить все мысли о Гриме. Айсла обнаружила забытый ящик, заполненный одеждой, и забрала себе одну рубашку, затем другую, еще и третью. Они были большими и удобными, и, надевая их для сна, Айсла чувствовала себя менее одинокой.

На тренировках ей удавалось лучше сосредоточиться. С каждым днем дикая становилась сильнее, способности мало-помалу развивались, клинок внутри нее затачивался все острее.

То, что началось как ответная реакция на нападение, отчаянное желание открыть хранилище, подготовка к грядущей катастрофе, начало превращаться… в веселье.

Они сидели в лесу в Новоземье Диких, за тренировкой наблюдал Линкс. Айсла часто навещала леопарда и приносила подарки, которые он отвергал. Обычно девушка ждала на опушке с гостинцем в руке. Зверь рано или поздно грациозно выбирался ей навстречу, обнюхивал подношение и уходил обратно в лес.

Айсла свято верила, что единственной причиной, по которой кот сейчас задержался так надолго, было присутствие Оро.

Они по очереди говорили друг другу, что следует воплотить.

— Желтая роза, — сказал Оро, и Айсла заставила ее расцвести.

— Подсолнух, — загадала она затем, едва сдерживая улыбку.

Король закатил глаза, но выполнил.

— Шестиметровая лоза, — выдал он, и Айсла заставила ее спуститься с дерева, такую длинную, что конец свился на земле кольцами.

У дикой дрогнули губы.

— Что? — ровным тоном спросил Оро.

— З… з… — Не сумев вымолвить ни слова, Айсла расхохоталась.

Смешного, правда, было немного. Если честно, то вообще не было.

Но дикая не знала, сколько времени утекло с тех пор, как она в последний раз по-настоящему смеялась. Воспоминания не мучили ее уже неделю. Девушка почувствовала себя легче, свободнее.

Оро, кажется, пришелся по душе смех Айслы. Он старался сдержаться, но не смог и все же расплылся в улыбке. И дикой было не сравниться с этой лучезарностью, словно из-под кожи короля сочился свет самого солнца. Его тепло нарастало, окутывая ее как одеяло.

— Что такое, дикая? — спросил Оро, качая головой и глядя, как та пытается взять себя в руки.

Она закрыла глаза. От одного вида его лица ей хотелось смеяться еще больше, ее вдруг переполнила радость. И счастье. И… любовь.

Вот так, сидя напротив Оро. Разделяя с ним силу. От того, с каким терпением он помогал ей, Айсле, учиться.

Она медленно выдохнула, пытаясь сдержать очередной приступ хохота.

— З… — И снова беззвучно затряслась. — Золотую травинку.

Айсла услышала, как Оро многострадально вздохнул. Услышала, как он шевельнулся.

Она продолжала сидеть с закрытыми глазами, когда король поднял ее руку, разжал пальцы и что-то в них вложил.

Это была не золотая травинка. И не золотое яблоко.

А крошечная роза, обращенная в чистое золото. Застывшие лепестки. Округлый и прекрасный бутон. Идеальный.

Приоткрыв рот, Айсла уставилась на Оро. Он улыбался.

Айсла никогда не видела его таким счастливым.

— Оро, — произнесла она.

— Да, Айсла?

От нахлынувших чувств сдавило горло. Охрип голос.

— Все, кого я любила, меня предали…

В глазах короля вспыхнуло пламя, его жар обдал Айслу горячей волной.

— Кроме тебя.

Дикая встала и подошла к нему. Впервые она возвышалась над ним, пусть и сидящим. Оро смотрел на Айслу снизу вверх, и солнце заиграло на острых чертах его лица. Он был прекрасен. Айсла поняла это сразу, едва его увидела, — хотя тогда не призналась бы в этом даже самой себе, — но теперь ей открывалось большее. Разлет бровей, что всегда оставались прямыми, если только Оро не улыбался. То, как он извечно хмурился, опущенные уголки губ. Кроме того времени, что он проводил с Айслой.

— Я хочу сжечь их всех заживо, — просто произнес он. — Всех, кто причинял тебе боль. Увидеть, как они сгорят в пламени.

Айсла вскинула бровь.

— Звучит не очень благородно.

— Мне плевать.

Судя по тому, как Оро стиснул зубы, Айсла догадалась, кого именно он имел в виду.

— Спроси меня, — сказала она.

— Спросить о чем?

— Спроси, люблю ли я его по-прежнему.

Во время турнира у Айслы и правда возникли чувства к Гриму. Однако когда было нужно, он не мог зачерпнуть ее силы. Тем не менее теперь Оро знал, что Айсла начала вспоминать их с Гримом прошлое. Наверняка он задавался вопросом, не изменило ли это что-нибудь между ними.

Оро скорчил гримасу и опустил лицо.

— Спрашивать подобное — неправильно.

— А ты спроси.

Он помедлил.

— Ты не обязана отвечать.

— Знаю.

— Ты его любишь?

Айсла не колебалась.

— Нет.

Она различила крошечные признаки. Теперь она их узнавала. Как чуть опустились плечи. Расслабилась челюсть. Облегчение.

Дикая говорила правду.

Она не любила Грима. Возможно, когда-то. Но все осталось в прошлом. Теперь она полностью сосредоточилась на будущем.

Ее будущим был Оро. Он стал ее другом. Тем, кому она доверяла. Тем, с кем она счастлива.

Наконец он встал и вновь навис над Айслой. Она взглянула на него снизу вверх.

— Оро. Оро… я люблю тебя.

Он это знал. Знал несколько месяцев благодаря ниточке, что протянулась между ними. Да и Айсла уже признавалась ему.

Однако он все равно замер, совершенно неподвижный.

А потом расплылся в самой красивой улыбке, которую Айсла когда-либо видела.

— Повтори! Не расслышал.

— Неправда, — рассмеялась Айсла. А потом шагнула к нему ближе. — Я тебя люблю.

Король закрыл глаза, словно впитывая каждое слово, запечатлевая момент в сознании.

— Еще, — произнес он, будто во время тренировки.

Айсла сделала еще шаг и зашептала, стоя прямо перед Оро:

— Я тебя люблю… Хотя ты никогда не водил меня на свидание… и даже ни разу не поцеловал.

Он открыл глаза и посмотрел на девушку сверху вниз.

— А ты хочешь поцелуя, дикая?

Айсла пожала плечами.

— В том числе.

Оро покачал головой, но затем запустил длинные пальцы Айсле в волосы, положил руки на затылок…

И поцеловал.

Его губы были горячими, как пламя. Их первый поцелуй был мягким и полным любви.

А второй — нет. Оро отстранился всего на мгновение, чтобы взглянуть на Айслу, а затем будто забыл, что они прямо перед носом у Линкса, который с отвращением заворчал. Быстрым движением король подхватил Айслу за талию, развернулся, прижал к ближайшему дереву и впился отчаянным поцелуем.

Оро скользнул глубже, и Айсла ощутила его вкус — он был летом, жарой, огнем — и застонала, когда он прикусил ее нижнюю губу. Она не могла им насытиться, сердце, казалось, вот-вот разорвется прямо внутри. В груди стало тесно, когда к ней прижалось горячее мускулистое тело.

Большие ладони скользнули ей под рубашку, описывая внизу живота круги.

От каждого прикосновения по венам дикой разливалось пламя. Она опустила голову и дотронулась губами до шеи короля, целуя пульс. И тот ускорился, руки снова подхватили ее так, что она сцепила ноги у Оро за спиной.

Глубоко внутри девушки расцвело желание. Не разрывая пылкого взгляда, Айсла потянулась к рубашке Оро…

Линкс зарычал, предупреждая.

Оро тихо рассмеялся, затем осторожно обхватил ее ладонь, что пыталась его раздеть, своей. Прижал их переплетенные пальцы к дереву рядом с головой Айслы.