Измена. Я сильнее боли (СИ) - Манаева Ирина - Страница 33

- Они поженились, - продолжила Милка.

- Значит, это именно та девушка сейчас больна?

- Да.

- Вы обсуждали это?

- Не в подробностях. Он писал, как ему больно, как страшно, рассказывал о походах к врачам и исследованиях.

- А ты?

- А что я? – хмыкнула. – Мне и самой её жаль. Представляешь, она даже моложе нас. Страшно, - голос тихий, у меня и самой мурашки побежали по коже, когда я представила эту девушку. Безликую для меня, но ту, что вынуждена готовиться к смерти.

- Мои проблемы померкли, - призналась Милке. – Неужели, кроме него больше не было ни к кому чувств?

- Знаешь, больше как нужда что ли. Типа, я понимала, что нормально, когда у тебя есть семья, дети, потом вы стареете вместе и смотрите, как у детей появляются свои дети. И вот поняла, не хочу видеть рядом тех, кого знаю. Вот был Денис, но только остаётся у меня, тягость какая-то, хочется, чтобы ушёл, хочется быть одной. И так почти со всеми. Может, я просто неправильная?

- Не все друг другу подходят, - пожала плечами. – Лучше сейчас понять, чем потом, как у меня.

- Ты хотя бы была счастлива.

- Не поспоришь, - усмехнулась, бросая взгляд на часы. Время давно ушло за полночь, и я знаю, что завтра мне, в отличие от Милки, можно поваляться в постели, она же часто работает на износ.

Проследив за моим взглядом, подруга засобиралась.

- Да нет-нет, - пыталась остановить. – Я тебе всегда рада. Давай сегодня ты останешься у меня, - предложила. – А что? Мне даже самой нравится!

- Ага, а завтра скажут, что у меня появился мужик, потому что пришла в той же одежде.

- Возьми мою, - воодушевилась. – Правда, всё, что захочешь. Ты мне как сестра, - я взяла её за руку, смотря в глаза. – Ты достойна счастья, уверена, обязательно найдёшь своего мужчину.

- Думаешь, я плохая, если общаюсь с Ильёй за спиной его жены? Это ведь неправильно?

- Вы не обсуждаете ничего такого, просто дружеское общение.

- Но, если бы у меня не было к нему чувств, я бы ни за что не написала. Выходит, это не дружба!

- Если не даёшь намёков, а лишь рядом, чтобы поддержать – это не предательство. Только сама страдаешь и рвёшь себе сердце.

- Иначе не могу, - я видела, как слёзы проступили на её глазах. – Так хочется сказать всё, что сидит внутри, но пересиливаю.

- Это мазохизм, - цокаю языком.

- Ну да, - усмехается сквозь слёзы. – Давай сменим тему.

- О, тогда расскажи мне о бармене.

- Юсупове? – она задумывается. – Мы с Жанкой не то, что подруги, так, знакомые. Давно уже не виделись, она постарше, а вот Даниил ровесник наш. Что я о нём помню? Карате занимался, мы даже как-то на соревнования к нему приходили. Плаваньем, вроде. Если честно, вообще не поняла, как он у вас оказался.

- А почему запретила приближаться ко мне?

- Да гадости он всегда делал, розыгрыши. Просто на всякий случай предупредила. Знаешь, как считаю. Отношения стоит начинать, когда завершены предыдущие, иначе ты просто запутаешься. Чувствуешь ты к человеку что-то, или же это банальный побег от произошедшего. Тебе плохо, вот и пытаешься найти замену. Хоть какую-то. И попадаешь в сети заблуждений. Нет, я не утверждаю, что у всех так, что о тебе речь. Я в общем.

- Ты права, отношения мне ни к чему.

- Но я не настаиваю, - выставила в мою сторону палец Милка. – Да уж. Учу тебя, когда у самой в жизни полная жопа.

- Ночуешь? – снова предлагаю, и она кивает.

- В любом случае придётся оставлять машину и ехать на такси. А потом завтра обратно.

- Я рада, что ты у меня есть.

- Взаимно.

Телефон Милки дзинькнул, и она тут же полезла проверять сообщение.

- Это он? – поинтересовалась я, поднимаясь с места, чтобы найти для неё постельное бельё.

Она долго читает, прежде чем ответить, а потом откладывает телефон, берёт диванную подушку в объятия и продолжает молчать. Выхожу из комнаты, занимаясь делами, у каждого должно быть личное пространство. Она была тактичной со мной, я буду такой же. Когда возвращаюсь, Милка всё же произносит.

- Она умерла, - смотрит себе на руки, и я не знаю, что именно чувствует в тот момент. Боль, горечь, облегчение?

- Его жена? – уточняю, чтобы не было путаницы, и Милка еле заметно кивает.

Я не знаю девушку, но отчего-то наворачиваются слёзы. На её месте мог быть любой другой человек. Например, я. И понимаю, что стану ценить каждый прожитый день и благодарить Бога за то, что жива, что имею здоровье, родных, работу, друзей. За то, что могу просто почувствовать радость от выпитого кофе или просмотренного фильма. От того, что ветер путается в волосах или звучит любимая мелодия. Благодарность за жизнь, которую дала мать, и которую следует прожить правильно.

Глава 33

Утром открываю глаза, и первое, что звучит в голове: она умерла. Я решила начать всё с чистого листа. Убрать обиды, отпустить прошлую жизнь, именно поэтому, когда провожаю Милку, звоню Уварову, чтобы уточнить, куда именно его вчера отвезли. Намереваюсь поехать и забрать заявление, не для него, для себя. Внезапно поняла, что не на то тратим свои жизни.

- Надо же, - усмехается в трубку, будто я приползла к нему на коленях умолять о прощении. – Кира собственной персоной.

- Если не способен говорить спокойно, я положу трубку и больше никогда не наберу тебя. Заткнись, Уваров, пока я не передумала.

- Ты мне рот не затыкай! – тут же отвечает, и я слышу, как втягивает воздух. Неужели, пагубная привычка вернулась снова? Он так сложно завязывал с курением, но удалось. Сейчас, понимаю, пошёл во все тяжкие. – Чего звонишь?

- В какое отделение тебя отвезли вчера?

- Тебе зачем?

- Можешь не задавать вопросов? – не хочу вводить в курс дела, пусть узнает не от меня, но вряд ли получится, он слишком любопытен.

- Не могу, - слышу, как делает затяжку.

- Хочу закопать топор войны.

- С чего такая щедрость?

Ну не стану же рассказывать о том, что задумывалась о смысле жизни и её быстротечности.

- Просто дай адрес.

- Забыла дописать подробности? – шипит в трубку, а я поднимаю глаза к потолку. Такое чувство, что мы стали действовать друг на друга, как красная тряпка. Словно между нами чёрная кошка пробежала. Да, кошка с течкой по имени Ника.

- Уваров, кончай!

Отчего-то показалось, что он не в курсе вчерашних событий.

- Зачем послал мать Ники к моей? – решила спросить в лоб. Просто было важно знать. Совсем оскотинился, и мне перестать его уважать вконец, или же осталось хоть что-то положительное.

- Что? – в его голосе слышалось удивление. – Ты бредишь?

- Значит, это твоя любимая беременная шлюха, - всё же не утерпела от оскорбления, и тут же прикусила язык. Я собиралась не ссориться с ним по телефону, а просто забрать заявление.

Молчание, будто он переваривает полученную информацию. Слышу, куда-то идёт и закрывает дверь.

- Откуда ты знаешь, что Ника в положении?

- Да вот, позвонила обрадовала. Что-то не так?

- Что за история с тёткой? – не отвечает, сам задавая вопросы.

- Думала, ты руководитель, оказалось, мозговой центр в другом месте.

- И?

- Да что? Заявилась в дом к матери и угрожала, если не заберу заявление на тебя, матери будет плохо.

Повисла тишина.

- Ты врёшь? – наконец, говорит он.

- Зачем? – нет, резон есть, конечно, перессорить их между собой, но у меня же план примирения себя с окружающим миром.

- Кира, поклянись, что это правда.

- Не стану, Уваров. Обойдусь без клятв, но это правда.

- Не надо забирать заявление, - бурчит в трубку. Экое благородство. Но я уже всё решила.

- Поверь, я не из-за этого, хотя, мало приятного, когда тебе угрожают.

- Я разберусь!

Наверное, решат, что нажаловалась. Есть ли мне до этого дело? Пофиг. Нахожу причину, которая кажется реальной.

- Хочу просто разойтись в разные стороны, а эта история потянет нитки на полгода как минимум. Так что, это ради меня.