Чертов менталист 2 (СИ) - "Тин Тиныч" - Страница 34

Перед встречей с Ярославом оставалось несколько свободных часов, и я решил продолжить вчерашнюю работу по разметке ментальных дорожек для подготовки их к полноформатному анализу. Процесс в достаточной степени занудный, но одновременно с этим приятный и медитативный. Ну а что? Кто-то на рыбалку ходит, кто-то шарфики вяжет, а я вот наслаждаюсь своими исследованиями и не вижу в этом ничего предосудительного. И вообще, как говорили еще в прошлом моем мире, найди себе работу по душе и тебе не придется работать ни дня. Глупость, конечно, если так посмотреть, но… что раньше я обожал свою профессию, которую, считай, сам, своими руками и создал. Что сейчас испытываю практически щенячий восторг, предвкушая, как смогу расшифровать эти две небольшие дорожки. Значит, я всё делаю правильно.

Чтобы не увлечься чрезмерно и не пропустить отметку, когда мне нужно было отправляться к Ярославу Кнопке, поставил на дальфоне будильник. Оказалось, правильно сделал, потому что и впрямь потерял счет времени. А так встал, встрепенулся, умылся холодной водой, да и отправился в сторону жилого комплекса, где тот арендовал квартиру.

Пока шел, понял, что начинаю опаздывать. Дом Ярослава был одним из крайних, и чтобы до него добраться, нужно было пройти насквозь через весь микрорайон. Сообразив это, перешел на трусцу, так что краснеть за себя не пришлось: прибыл точно ко сроку, разве что слегка взмыленный.

— Прежде чем мы начнем наш урок, скажи мне, что ты хочешь получить в итоге? Чему научиться, кем стать? — поинтересовался мой новый учитель.

— В первую очередь мне надо не завалиться на экзаменах. А столь глобально я о себе как о маге-воздушнике еще не думал, — честно признался я. — Месяц назад даже не знал, что у меня есть этот дар. И в Академию поступать не собирался. Поэтому мне пока нечего на это ответить.

— Хорошо, — кивнул Ярослав. — Тогда будь добр, обдумай на досуге и дай мне ответ на нашем следующем занятии. Это очень важно.

— А можно мне тоже кое о чем спросить?

Кнопка жестом дал понять: мол, валяй, спрашивай!

— Почему, когда говорю преподавателям о том, что ничего не умею и меня ничему не учили, слышу от них, что нулевой маг — это прямо-таки круто. В чем крутизна, если остальные студенты свою стихию с дошкольного возраста успели изучить вдоль и поперек, а я пока даже с источником толком контакт наладить не могу?

Ярослав посмотрел на меня, хмыкнул и широко улыбнулся.

— Да потому что заполучить себе такого ученика мечтает каждый из нас.

— Это не ответ, — помотал я головой. — Мне нужно больше конкретики.

— Ну что же, тогда слушай…

Глава 18

— Да не может такого быть! — не выдержал я, выслушав мнение Ярослава.

— А что тебя смущает? — спокойно спросил он.

— Ты говоришь, что на данном этапе буквально каждый, кто учит меня магии воздуха, имеет возможность вылепить из меня чуть ли не гения, если только сам в процессе не накосячит по глупости или злому умыслу. Тогда почему те же люди не могут воспитать гениями детей с воздушным даром?

— Из-за одного фундаментального отличия. Учить ребенка и учить взрослого человека — вообще не одно и то же. Дети частенько что-то не понимают или делают по-своему, какие-то вещи им недоступны до определенного возраста. В общем, сложностей с ними хватает. И к тому моменту, как они вырастают, их источник изрядно потрепан. Да, он развит, у человека с ним налажен полный контакт, но…

— Чего ты умолк?

— Да пытаюсь пример подобрать, чтобы нагляднее было. Знаешь, там, где я гостил летом, люди жили в старых одноэтажных домах, доставшихся им от предков. Домам требовался ремонт. Порой, семья разрасталась настолько, что дом перекраивали, добавляли к нему пристройки и мансарды. Получалось такое лоскутное одеяло от архитектуры. Тут дерево, там кирпич или камень, а здесь вот кусок штукатурки на дранке затесался. Никакого единого стиля, всё слеплено как придется даже без попытки сделать это красиво. Функциональность поставлена во главу угла и забудьте об эстетике. Вот источник человека, который начал осваивать магию еще когда был карапузом — он как этот домик. Функционален. Но некрасив.

— Тогда развивая твою аналогию, что значит определение «некрасив» относительно такого источника?

— Имеет разрывы, хорошо или плохо залеченные. Неравномерно развит. Порой человек успевает настолько сильно загробить свой источник, что тот становится неспособен на какие-либо серьезные магические воздействия.

— А взрослый одаренный маг, который не пользовался своим даром, но при этом им обладает?..

— Да, его источник выглядит небольшим. Но при этом он и красив, и функционален. А сам маг способен слушать своего учителя и делать ровно то, что ему предлагают, не экспериментируя в расчете на авось. И это дает шанс, что он разовьется без критических ошибок.

— И что это даст на выходе? — заинтересовался я. — Вот два одаренных примерно одинаковой силы. У одного источник без ошибок, у второго их хватает.

— Точные расчеты я не проводил. Как-то не ожидал, что вообще кто-либо увижу перед собой такую аномалию, как ты.

Мы с самого начала встречи перешли на ты, и это было весьма приятно. Всё-таки не настолько у нас с Ярославом большая разница в возрасте. И кстати, про себя я решил называть его тренером, а не учителем, преподавателем, педагогом и так далее. Он обещал дать мне практический опыт, и именно этим он занимался.

— И всё-таки?

— Думаю, никак не меньше двадцати процентов разницы в мощности будет. А это еще и возможность использовать высокоуровневые связки, требующие от мага затрат энергии как от маленькой ГЭС. Впрочем, не все можно свести исключительно к цифрам, да и зависимость там нелинейная.

— Тогда к чему был вопрос, который ты задал мне сегодня в самом начале встречи насчет того, кем я хочу стать и чему научиться? А что, у меня не один путь впереди, а несколько? И надо выбрать каким идти?

— В некотором смысле так оно и есть, — кивнул тренер. — Ты можешь стать бойцом-воздушником, к примеру. То есть в первую очередь работать над защитой и нападением. С тем же успехом ты способен обратиться к мирному направлению. Воздушников много среди синоптиков, поскольку они очень тонко могут научиться чувствовать ветер и его потоки. Знал одного летчика-воздушника, но тот принципиально пошёл в малую авиацию, чтобы даже если случится авария, ему хватило сил поддержать свой аппарат и мягко его приземлить. Кто еще есть? Такелажники навскидку. Разведчики, в том числе промышленные. Перечислять можно долго, но мне бы хотелось понимать, в каком ключе развивать твой источник.

— Боевая магия, без вариантов, — ответил я.

Вот всю жизнь мечтал о криках вира-майна и заброске грузов. Без обид к работягам, но не мое. Даже если за большие деньги памятники на постаменты водружать попросят — нет. Работа не должна вызывать у меня скуку напополам с зевотой.

Разведчик? Плюс-минус. Но у меня есть Филин, и это в разы круче. А если я открыто буду специализироваться в данном направлении, рано или поздно обнаружу, что меня подписали работать на очередной правительственный проект, и фиг я оттуда рыпнусь, даже если очень захочу.

Синоптики? Летчики? Не мое. Свою стезю я выбрал уже очень-очень давно. А вот защита мне не помешает. На меня уже дважды нападали! Дед вон всякий раз твердит, чтобы я за пределы Академии не высовывался. Так что тут и двух мнений быть не может.

— Уверен? — осведомился Ярослав.

— Пожалуй, единственный вопрос, не заставят ли меня потом в армии отработку проходить. Честно признаюсь, не хотелось бы.

— А мы разве с кем-то воевать собрались? — хмыкнул тренер. — Да и по существу вопроса: армия — это не сборище талантливых одиночек. Это механизм из кучи шестеренок, крутящихся в нужном направлении. Пока одного мага обучат командной работе, срок его отработки три раза закончиться успеет. Скорее всего, тебя, как и всех прочих, на социальную работу отправят.