Чертов менталист 2 (СИ) - "Тин Тиныч" - Страница 40

Осталось понять, почему именно полузатопленное подземелье? То есть зачем его выбрал преступник, как раз очевидно: никого постороннего рядом, мне никто не придет на помощь, мое тело можно спрятать в укромное место, где его вряд ли кто-нибудь сумеет отыскать. А вот под каким соусом я должен выбрать именно этот путь? Как и чем меня туда заманят?

Наиболее очевидным представляется вариант с очередным похищением кого-то из моих близких. Снова Маше страдать придется? Или на сей раз умудрятся деда скрутить? Не, с дедом не прокатит, он без телохранителей никуда не выходит. Значит, Маша. Или… Милана?

Во рту пересохло, и я машинально глотнул остывшего бульона из ложки. Кто вообще осведомлен о том, что мы с ней вполне себе друзья? Эраст? Но вряд ли он будет кому-то об этом рассказывать, учитывая то, как он сам был связан с Сонцовой в прошлом. Евстигней максимум в курсе, что мы с ней соседи. Тупая троица под предводительством Кутайсова? Опять же, только с очень большой натяжкой они могут предположить подобное, и то если Шафиров рассказал им, как девушка появилась в моей комнате после его крика, и как я попросил её сходить за комендантом.

Мы с Миланой под ручку в парке не гуляли и наши отношения, какими бы лайтовыми они не были на данный момент, не афишировали. Тем не менее она тоже под ударом. Злоумышленник может уповать на то, что даже если я с Сонцовой особо и не дружу, как истинный джентльмен я не оставлю девушку в беде. Особенно если учесть, что страдать ей придется исключительно из-за меня.

Думаю, стоит её предупредить о грозящей опасности, лишним точно не будет. Опять же: я пока зациклился на том, что злоумышленник — Изюмов, но что, если это будет один из тех, кто пытался меня выманить на фальшивый звонок Давыдова? Позвонят снова и скажут: мол, Сонцова у нас, ныряй в коллектор там-то, беги туда-то, если хочешь увидеть ее живой. А сами опять мобильную связь заглушат, и хоть обзвонись в этот момент, не сможешь проверить, где находится Милана.

Я рассчитался, не забыв про чаевые, и отправился в сторону общаги, как зазвонил дальфон. Номер незнакомый. Хм… неужели угадал? И видение Карпа Матвеевича вот-вот станет реальностью? Да твою ж…

Глава 21

«Малой, пулей метнись, узнай, где сейчас Милана!»

Три томительные секунды.

«С какими-то девчонками в общежитии огневиков зависает. У них тут, похоже, пижамная вечеринка в самом разгаре. Папаша, а можно я тут останусь, а?»

«Где Василькова?» — я не стал реагировать на откровенно провокационную просьбу конструкта.

«Сидит с Давыдовым в кафе неподалеку».

«Готовься. Возможно, придется жарко».

А вот теперь можно и ответить на звонок. И заодно поставить его на запись.

— Алло? — мой голос звучал как у человека, который собирался вздремнуть, но ему не дали, поэтому он нетороплив и слегка недоволен, но держит себя в руках.

— Мы знаем, кто ты такой…

— Расскажите, пожалуйста! У меня кризис самоопределения! — прервал я звонившего. — Как же вы вовремя, просто не поверите! Я весь внимание!

В ответ послышались какие-то щелчки. Обожаю ломать чужие программы, рассчитанные на предельно тупых людей. Видимо, кто-то сейчас либо подбирает подходящий ответ из уже записанных, либо генерирует новый, маскируя это под сбой связи.

— Ты не понял…

— Да, я не понял! — добавил я возмущения в голосе. — Сами же первые позвонили, я вас не искал. А теперь сразу в кусты? Так и знайте, я не стану вас советовать знакомым!

Положил трубку. Быстро позвонил Карпу Матвеевичу, пока еще есть связь. Раз-два-три…

— Твое предупреждение сбывается прямо сейчас. Стою посередине между «Гаудеамусом» и тем заведением, где ты с Машей. Как угодно, ты мне нужен. Обеспечь безопасность Васильковой, но ко мне не подходи. Наблюдай издали. Связи скоро не будет. Если хочешь звонить кому-то, делай это немедленно.

Ага, а вот снова мне названивают. А я только-только от предыдущей беседы отбился. Выжидаю пять-шесть гудков. Вот теперь можно. Думаю, Давыдов уже вовсю общается с дежурной частью, поднимая группу на выезд.

— Алло?

— Если хочешь увидеть живой твою девчонку…

— Я некрофилией не увлекаюсь! — перебил я собеседника. — И опять же, где конкретика? У меня много увлечений, но не все мне одинаково дороги, если вы понимаете, о чем я.

— Тогда тебе понравится. Будем присылать по кусочку, а ты угадывай, от кого он был.

Ого! Похоже, наконец-то я говорю с живым человеком, а не с оператором, выбирающим нужные реплики. Разве что голос программой изменен, поэтому звучит будто в дрянной озвучке фильма.

— Предельно дурацкая шутка с котом в мешке. Ты мне чего сбагрить пытаешься? Если любишь в паззлы с расчлененкой играть, так по тебе дурдом скучает. Я-то тут при чем? Не звони мне больше!

Вновь отбиваю звонок. Ага, вижу Давыдова. Не знаю, куда он дел Василькову, но думаю, он профессионал и сделал всё по уму, чтобы хотя бы за неё нам сейчас волноваться не пришлось.

Опасно? Да, более чем. Особенно учитывая, что условной «девчонкой» может оказаться та же Глафира. Но я искренне надеюсь, что Асатиани всецело отвечает за безопасность своей гостьи и её сына. Весь смысл подобных телефонных поединков в том, что первая сторона подает, вторая сторона отбивает. Если же вторая сторона от подачи уклоняется и вызов не принимает, смысл всей сложной конструкции начинает трещать по швам.

Да, есть ненулевой вариант, что преступники схватили первую попавшуюся девчонку, мою условную однокурсницу, а сейчас пытаются выманить меня на нее хоть тушкой, хоть чучелком. И поэтому я голосую за то, что это не Изюмов. Слишком много народа участвует. Он просто не успел бы найти столько единомышленников, да еще на таком высоком уровне.

Это — те Иные, кто годами заставлял перспективную молодежь с даром ментала пахать на себя, прикрываясь высшими ценностями. Те, кого сейчас всерьез трясут Игорь Семенович и Давыдов. И они любят плясать на граблях, что уже очевидно. Прошлые попытки наезда на меня их ничему не научили.

Снова звонок. Ладно, все уже на позициях, продолжаем разговор.

— Сначала я пришлю тебе ее медный локон, — на сей раз преступник не стал тратить время на прелюдии. — Потом будет ухо. Затем палец. Каждые полчаса промедления — и девушка что-то теряет. Что-то очень важное. Если кого-то до утра не досчитаешься, ты знаешь, кого в этом винить. И живи потом с этим. Если же у тебя еще осталось внутри что-то от нормального мужика, то иди к «Олимпии», оттуда направо на сто метров. Между скамейкой и большим дубом люк. Как спустишься — тоже направо. Куда идти, думаю, сообразишь. Байя кон диас!..

На сей раз он закончил разговор первым. Медный локон? В моем окружении таких барышень не припоминаю. Значит, если жертва существует в реальности, они схватили первую попавшуюся девчонку, даже не удосужившись проверить, связывает ли нас с ней что-то или нет.

В любом случае, я готов, равно как и Карп Матвеевич. Погнали!

Для проверки попытался дозвониться деду. Связи нет. Звоню Карпу Матвеевичу. Связи нет. Что ж, это было ожидаемо.

Филин меня проклянет, скорее всего, но это будет сильно позже. А пока он исправно мечется между Миланой и Машей, сообщая, что у обеих все в полном порядке. Маша сидит в том же кафе, активно общаясь с какими-то барышнями. Милана отрывается на пижамной вечеринке. Где находится Глафира, даже интересоваться не стану.

Олимпия, Олимпия… а, торговый центр, где я еще так ни разу и не побывал. Вон справа светится призывно его вывеска. Иду туда. Спокойно иду. Смысла бежать никакого. Все эти таймлайны — в расчете на некритически мыслящего человека. А по идее всё просто: если хотят девушку изуродовать — изуродуют. Захотят оставить невредимой — оставят. И чисто шкурно: дорогие моему сердцу дамы находятся в безопасности.

Так, Олимпия позади. Вижу скамейку… а вот и люк перед ней. Лезу как есть? А зачем? Вон припаркован мотоцикл, а к нему привязан гибким замком шлем. Да, нехорошо и не подобает. Но мне крайне нужно, простите, потом всё возмещу. Поэтому достаю из кармана мини-тул, перекусываю с пятой попытки гибкий трос под защитным пластиком, после чего надеваю шлем. Удара по голове, от которого я упал в видении Давыдова, уже можно не бояться.