Освобождение Луки (ЛП) - Эвелин Виктория - Страница 48

Лука усмехнулся.

— Да. Это система планетарного масштаба.

Элис почувствовала облегчение, когда они вышли на залитую солнцем поляну вдоль ручья. Ей нужен был перерыв, и это место выглядело идеально. Взглянув на воду, она узнала корни дерева, на котором рос гуарсил. Очевидно, они обогнули ручей по большой дуге и вышли на берег с другой стороны.

— Я думаю, имеет смысл считать от тридцати двух, но…

Внезапно Лука присел на корточки, потянув Элис за собой. Приложив палец к губам, он указал на большое дерево с тысячами похожих на тростник ветвей, изгибающихся над водой.

В целом, дерево выглядело похожим на плакучую иву, россыпь листьев создавала завесу вокруг основания. Элис посмотрела на Луку, ища поддержки, опасаясь, что он, возможно, заметил хищника, спрятавшегося за деревом.

Он ухмыльнулся и схватил ее за руку, жестом показывая, чтобы она оглянулась на дерево. Ее глаза искали и искали, но она не могла найти никаких притаившихся птиц или насекомых, которые могли бы вызвать внезапный интерес Луки.

Взглянув на ствол дерева, она задумалась о том, какой странной формы он был. Сначала основание было маленьким, но по мере того, как ее взгляд поднимался все выше, ствол сильно изгибался, а затем вернулся к нормальной ширине. Это выглядело так, как будто дерево съело очень крупное животное, которое теперь оказалось в ловушке в его центре. Ствол также, казалось, был разделен надвое по вертикали. Длинные половинки обвивались друг вокруг друга до тех пор, пока не исчезли в кроне.

Несколько минут они сидели на корточках в тишине. Чего он ждал? Она потянула его за руку, приподняв брови. Он закатил глаза, затем достал из сумки большую коробку.

Коробка лежала у него на коленях, и он ухмыльнулся ей, прежде чем открыть крышку и показать кучку маленьких черных насекомых. Элис попятилась назад, потеряв равновесие и сильно приземлившись на задницу.

Лука поднял одну, показывая ей, что они больше не живые, в то время как его плечи сотрясались в беззвучном смехе. Не в силах сдержаться, она тоже расплылась в улыбке. Она толкнула его в плечо, надеясь, что он тоже потеряет равновесие и опрокинет коробку на себя, но он только покачнулся на месте.

Он молча поднял руку, приказывая ей остаться, и подкрался к дереву с коробкой в руке. Когда он приблизился на несколько футов, он сильно дернул коробку, отчего мертвые жуки разлетелись по листьям, затем бросился бежать. Элис вскинула голову. Жуки должны были опуститься на землю, но вместо этого они усеяли листья, как будто застряли там.

Когда Лука вернулся, он бросился к ней, чтобы сесть позади нее, и быстро подвинулся вперед, пока она не оказалась спиной к нему, а его ноги не оказались согнутыми по обе стороны от ее бедер. Она повернулась к нему и начала отодвигаться, ей не понравилось, как легко она могла прижаться к его теплой, манящей груди, но он схватил ее голову обеими руками и снова повернул лицом к дереву. Она как раз собиралась отругать его за то, что он дотронулся до части тела с красной зоной, когда дерево начало двигаться.

Как только она застыла на месте, не в силах отвести взгляд, Лука убрал руки и провел ими по ее предплечьям, положив подбородок ей на макушку.

Занавес из листьев начал медленно вращаться, затем все быстрее и быстрее. В ее голове всплыл образ карнавальных качелей. Когда-то изогнутые ветви стали горизонтальными от силы их вращения. Они продолжали вращаться, теперь двигаясь вверх подобно торнадо, труба смерча становилась все уже и уже, пока ветви не образовали два вертикальных цилиндра прямо над искривленными стволами дерева.

Элис была одновременно напугана и взволнована, ожидая, что произойдет дальше. Она прислонилась к Луке и обхватила его колени. Положив ладони поверх ее рук, он поднял их и скрестил их на животе. По сути, он прижимал ее к своему телу, даже не касаясь ее талии. Уголок ее рта приподнялся от такого умного обходного маневра.

Когда массивные стволы дерева начали разматываться, все ставки были сделаны. Элис отпрянула назад так далеко, как только смогла, и попыталась встать, чтобы убраться подальше от гигантского существа, появившегося перед ними. Лука крепко обнял ее и наклонился, чтобы прошептать ей на ухо:

— Я держу тебя. Они не причинят нам вреда.

— Они? Что это? — выдохнула она.

— Пара спаренных мант. Наш город назван в их честь.

Она с удивлением наблюдала, как появились два отдельных существа. Как выстрел, кружащиеся зеленые листья втянулись в стволы. Через мгновение стволы сами опустились, и они стояли, спокойно поглощая свою еду.

Лука снова заговорил ей на ухо.

— Они высовывают языки, чтобы ловить блуждающих насекомых. Зеленые кусочки, похожие на листья, невероятно липкие. Иногда они остаются замороженными на месте в течение нескольких дней, ожидая, пока не почувствуют, что наелись досыта.

Теперь, двигаясь и не притворяясь деревом, она обнаружила, что существа не такие страшные. Когда они расслабились, их длинные хоботы сделали их похожими на коротконогих, замаскированных слонов. Пока она наблюдала, более крупная из двух мант потерлась хоботом о другую. Элис наклонила голову. Прикосновение выглядело почти любовным.

— Когда они одни, их листья редкие, и они не могут поймать столько пищи, но когда они находят партнера, они держатся вместе, создавая полный, густой навес. Он нежно потерся носом о ее ухо. Они спариваются на всю жизнь.

Ах, черт. Она свернулась калачиком у него на коленях, а он рассказывал ей истории о любви. Как, черт возьми, это произошло? Они как будто вместе смотрели документальный фильм о природе. Предполагалось, что это будет серьезное исследование для моей работы, а не Netflix и chill!

Покончив с едой, она увидела, как две манты медленно возвращаются на место, приподнимая хоботы и грациозно переплетая их.

Лука легонько сжал ее.

— Эта часть забавная.

Прежде чем она успела спросить, что он имел в виду, зеленые побеги вырвались из стволов подобно фейерверку, заставив Элис подпрыгнуть. Если бы он не держал ее, она, вероятно, упала бы на землю.

Смех вырвался из его груди, и она засмеялась вместе с ним.

Это было приятно. Ей нравилось смеяться вместе с ним. Они чудесно провели день вместе, и он сдержал свое слово, за исключением нескольких прикосновений к ее уху и ладоней на голове. Он определенно нарушил правила, подумала она, прижимаясь к его груди, но он их не нарушал, и она обнаружила, что ей нравится его хитрая сторона.

Когда ее бешеное сердцебиение замедлилось, она расслабилась в нем, позволяя его телу окутать ее. Его руки крепче обхватили ее, когда он выдохнул. Он задерживал дыхание? По его телу прокатилось мурлыканье, и она улыбнулась.

Глава 18

Грудь Луки постоянно расширялась. Она позволяет мне обнимать ее! Даже прижимается к нему.

Ранее, когда она рассказала ему о своих правилах, он был сбит с толку. Его план состоял в том, чтобы соблазнить ее быть с ним с помощью удовольствия, которое он мог ей доставить. Этот план не сработал бы, если бы она не позволила ему прикоснуться к себе.

Она сказала, что хотела основывать свое решение на его личности. Лука не был известен своим характером. Ему нравилось быть одному. Работа в одиночестве в его доме была второй после пребывания в заповеднике. Он знал, как очаровать женщину комплиментами и как доставить ей удовольствие, но мало кто из женщин хотел познакомиться с мужчиной в качестве компаньона. Им было бы труднее двигаться дальше и заводить детей с другими, поэтому он никогда не ставил им это в вину.

Мысль о том, что Элис может не нравиться то, кем он был в глубине души, пугала его больше, чем он мог выразить словами. Но, если это было то, в чем нуждалась его пара, это было то, что он бы предоставил. После своей неудачной попытки добиться ее расположения, доставляя ей удовольствие, он решил попытаться быть самим собой. Он показывал ей животных, которых любил, и бесконечно рассказывал о заповеднике. Ни разу она не проявила безразличия или скуки. Он даже дразнил ее мертвыми насекомыми.