Развод. М - значит месть (СИ) - Манаева Ирина - Страница 5

- Привет, - всё же отвечаю, и до ушей доносится «Bonjour».

- Почему не включила камеру? – немного удивлена она.

- Не дома.

- Значит, - голос какой-то таинственный, - Гар везёт тебя показывать сюрприз.

Да они сговорились что ли? Почему все вокруг знают о том, чего не знаю я.

- Не понимаю о чём ты! – спешу её разубедить.

- Ой, - она замолкает. – Извини, - торопится замять тему. – Я просто думала…

- Мам, что происходит? – мне начинает казаться, что все вокруг сговорились против. – Ты уже вторая, кто мне говорит об этом.

- Спроси мужа, - тут же отвечает.

- Не могу, - горько усмехаюсь. Кажется, сейчас разревусь, но бросаю взгляд на водителя, и это помогает сдержаться. Каждое слово может быть использовано против меня, потому обещаю, что перезвоню чуть позже, и кладу трубку.

Выбираюсь у ворот, отпуская такси, но охранник не пропускает.

- Не поняла, Кирилл, это сейчас что? – не кричу, просто ошалела от его наглости.

- Извините, - слышу третий раз за день, - Игорь Эдуардович запретил.

- Что запретил? – не выдерживаю, повышая голос. – Это мой дом! Уйди! - пытаюсь оттолкнуть, но охрану мы подбирали соответствующую. Мне не справиться с ним. – Реально что ли? – не могу поверить в происходящее. - Дай хотя бы забрать машину! – настаиваю, но он только качает головой. Хочется врезать за наглость, за то, что позволяет себе.

Отхожу на несколько шагов, набирая Гара. Совсем с катушек слетел? Уверена, что видит мой звонок, но не торопится отвечать. Дожидаюсь до конца и набираю второй раз, без ответа. Закрываю на секунду глаза, чтобы не взорваться, вспоминаю занятия йогой. Спокойно, Влада, всё уходит, ничего не важно, сосредоточься на дыхании.

Обуздав гнев, набираю на этот раз отцу. Не хочу казаться папиной дочкой, но только он способен повлиять на Гара в таком случае. Дом мой, в конце концов, если ему хочется строить из себя обиженного мужа, пусть строит его в другом месте.

- Привет, дорогая, - отзывается отец, и я выдыхаю. Стало казаться, что и он уже не ответит.

- Пап, - я не стану ходить кругами. Он человек деловой, поставишь задачу – решит, потому юлить не хочу. – У меня проблемы.

- Тааааааааак, - растягивает слово, и я понимаю, что он приготовился слушать, - рассказывай.

Глава 5

Я снова в такси, но на этот раз еду к отцу. Он выслушал молча, и сказал, что ждёт, потому что придётся всё обдумать. Не знаю, что именно, по мне следует просто позвонить Преображенскому и поставить его на место.

- Привет, - обнимает меня, пропуская в дом. Как всегда спокоен. Кажется, взорвись рядом бомба, он не будет бежать в истерике, а спокойно отойдёт в сторону.

У него скоро юбилей, который он планирует отметить с размахом, всё же полсотни бывает один раз в жизни. На свой возраст не выглядит: такой же красивый и улыбчивый, как много лет назад. Карие глаза, тонкий нос, обычные губы. Лишь волосы говорят о том, что время наступает на пятки. Но мужчинам везёт во многом, они априори выглядят лучше женщин, практически любой женщины. Если поставить сейчас рядом мать и отца, разница будет видна. Ей подпортил красоту алкоголь и недостаток средств. Они с Яном живут неплохо, но то, сколько она тратила на себя раньше, восполнить сейчас не может.

Отец же занимается спортом, посещает личного косметолога, но мне этого знать нельзя, поэтому я делаю вид, что не замечаю, как добавляют молодости ему процедуры. Просто говорю, что он хорошо выглядит, и попадаю в точку. Ему и самому нравится результат.

- Мне срочно нужен душ, - решаю, что ни секунды не вытерплю, и убегаю в свою комнату. Здесь всё, как прежде. Я жила с отцом до совершеннолетия и немного больше, но потом захотелось свободы, и он принял моё желание. Снял квартиру, позволив быть самостоятельной, помогал деньгами, и я ни в чём не нуждалась, потому меня заметил Преображенский.

На одной из вечеринок долго раздевал глазами, а я надменно бросала взгляды в его сторону. Мальчик из простой семьи, но с большими амбициями. Мне не были интересны мажоры. Слишком заносчивые, слишком самоуверенные от денег родителей, но как следствие сами по себе ничего не представляющие. Гар же был другим. И я позволила ему приблизиться, заводя разговор. Помню, угостил меня коктейлем, думала ли я, что это наше первое свидание?

Он был настойчив, даже слишком, а я молода и хотела гулять. Он несколько раз предлагал мне выйти за него, но я не торопилась, согласилась только через пару лет, когда поняла, что его отношение ко мне неизменно. Но у меня было условие. Одно, и главное. Я не собиралась терпеть то, что было между моими родителями. Поэтому предложила составить брачный контракт, который бы напоминал ему о том, что следует хранить верность хотя бы потому, что он лишится не только меня, но и всего что было нажито совместными усилиями.

Итак, в котёл сложилось всё с моей стороны, и всё с его, хотя практически ничего за душой в тот момент у него и не было. Но Гар настоял, что так будет честно, и я согласилась. Отец пытался отговорить, но я сказала, что мне не нужны такие подарки, которые он станет контролировать. Если отдал фирму, я вольна распоряжаться с ней, как хочу. Он принял моё решение, говоря, что я ещё о нём пожалею.

И вот мы составили договор, по которому имеем право расторгнуть брак по общему согласию, оставшись каждый при своём, но, если один из нас попадётся на измене, он забирает выигрыш. Страсть и любовь против денег и благополучия.

За себя я была уверена, именно поэтому пошла на сделку, и теперь понимала, что проиграла всё. Моё имя опозорено, тело испоганено, душа оплёвана, а я буду вынуждена снова жить у отца.

Вода струится по телу, когда я открываю кран, и я подставляю под горячую влагу лицо. Выливаю на себя гель для душа, принимая тереть тело мочалкой что есть силы. Ненавистны чужие руки, но в голову лезут именно картины, как неизвестный мужчина трогает меня там, где я не разрешала. Кто он вообще такой, чтобы позволять себе подобные вещи. Маньяк? Эта мысль не выходит у меня из головы. Не могу прийти в себя, прокручивая раз за разом то, что произошло сегодня, но успокаиваю, что рядом отец, который поможет во всём разобраться.

Наконец, выбираюсь из душа, промокая волосы полотенцем. Моя одежда, оставшаяся от прошлого, в пору. Я почти не изменилась с двадцати лет. Ту, в которой пришла, снимаю, бросаю в грязное бельё. Нина разберётся, что к чему. Выхожу из комнаты и застываю на лестнице.

- Нет, мы так не договаривались, - отец говорит с кем-то по телефону, и опять мне кажется, что все вокруг заодно. Только с чего решила, что речь может идти лишь обо мне?

- Влада! – слышу обрадованный голос и мысленно жалею, что Нина именно сейчас меня заметила. Она давно работает у отца, и больше мне, как бабушка, нежели экономка.

- Нина, - тут же натягиваю на лицо улыбку, скрывая разочарование. Я всегда ей рада, но сейчас она не дала возможности понять, о ком разговор. Меня учили, что нельзя подслушивать, но, когда дело может касаться меня напрямую, было бы глупостью воспользоваться советом.

- Ничего больше не предпринимай, - снова звучит голос отца. - Я разберусь, надеюсь, твоя ошибка не выйдет боком.

Он нажимает отбой и падает в кресло, задумчиво подпирая ладонью подбородок, а я продолжаю стоять на лестнице.

- В гости к нам пришла? - протягивает руки Нина, и я спешу в её объятия, попутно наблюдая за отцом. Прямо над ним висит большой металлический щит с гербом, который достался ему от деда, а тому от прадеда. У богатых свои причуды. На тёмно-синем щите, на скрещенной сабле и револьвере витиевато расправила тело золотая буква «С» - значит Скрябины. Отец не собирался утрачивать фамилию, он хотел наследника, которому достанется всё, чем он владеет, включая фамилию. Помню, как он просил оставить меня при росписи мою, но я сменила. Интересно, теперь он рад, что я снова стану Скрябиной?

Развода ещё нет! Остановила свои мысли. Хочу ли помириться с мужем? Да. Но сначала поставить его на место, потому что позволять подобное, как сегодня, не стану. Пусть отец укажет ему, как правильно следует жить. Если Гар не хочет слушать меня, то отца точно станет.