Певчая птичка Филина (СИ) - Романовская Кира - Страница 29

— Так, Маруська, времени на раскачку у нас нет, тебе надо приодеться. Скоро выйдем с тобой светить своими симпатичными мордашками во всех светских пабликах. Так и вижу заголовки: «Молодой миллионер увёл у альфонса жену — наследницу состояния мясников Дуровых». Это я лично придумал, так что такой точно будет. Жди!

— А это ничего, что я всё ещё замужем? — нахмурилась Маруся. — Над тобой смеяться не будут?

— За спиной будут, в лицо нет — если зубы для смеха всё ещё нужны. Это даже лучше, что ты замужем! — усмехнулся Филин. — Я раньше всё по мотелям ныкался с чужими женами, которых мужья в хер не ставили. Теперь вот буду в открытую! Могу себе позволить! Скандал сезона будет, я тебе обещаю. Такой у нас план! Завтра я тебя кое с кем познакомлю. Приоденет тебя немного, это не обсуждается! Это тоже входит в план!

Филин довольно потер руки, сверкая глазами и оставил гостью одну, Маруся обвела свою комнату грустными глазами и вздохнула:

— Ну что, Маруся, она же нищая миллионерша, привыкай быть уборщицей, прачкой и поварихой.

Она сжала ладони в кулаки и стиснула зубы, вспомнив, по чьей вине она стала бедной и бездомной. Ничего, Маруся Дурова своё вернет!

— Я не буду в этом ходить, какой нахрен бежевый?! — возмущённо фыркала Маруся, откидывая от себя очередное предложенное платье.

Филин, сидевший на диване для гостей, поднял глаза от своего телефона и взглянул на рыжую девушку, которая топталась на подиуме в шоуруме популярного столичного стилиста Эдика Нежинского. Молодой мужчина в розовой футболке, закатил глаза к потолку и извинился перед покойной Коко за то, что творение её дома только что полетело в мусорку, как и труды других известных дизайнерских домов до него.

Маруся имела не только плохой вкус в одежде, но и непробиваемую уверенность, что вкус у неё самый лучший.

— Святослав, можно вас на минутку? — процедил сквозь улыбку Эдуард.

Филин тяжело вздохнул, поднялся с дивана для гостей этого прелестного заведения и отошёл в сторону с её владельцем.

— Вы откуда её притащили?! Из деревни Кукухуево? — пропыхтел Эдик, который потратил на девушку кучу времени и сотни попыток ей угодить.

— Это, Эдик, питерская интеллигенция в хрен знает каком поколении! — хмыкнул Филин, воздев палец в вверх.

— От интеллигенции в ней только одно название и штамп о прописке! — фыркнул Эдик. — Где вкус, привитый Эрмитажем? Где богемный флёр? Она вообще ничего не слушает! Она не хочет быть красивой стрекозочкой, она хочет надеть оранжевое в чёрную полоску и скакать по картофельному полю колорадским жуком!

Харизматичный и языкастый Эдик иногда доводил до истерики Филина своими сравнениями и эпитетами. Женщины, которых он одевал его обожали, а сам Эдик был неотъемлемой частью светской тусовки, со многими был на короткой ноге. Как и Наталья Борисовна, стилист был для Филина источником информации, который ещё и следил, чтобы костюмчики на Филимонове всегда были самые модные.

Когда Филин, наконец, вдоволь оторжался деревенским конём над приколами Эдика, он выдохнул, взяв за предплечья стилиста, и серьёзно на него посмотрел:

— Эдуард, Маруся не колорадский жук и не стрекозочка, она Медовая пчёлка.

— Час от часу Эдику не легче, разница-то какая? Она жёлто-чёрная пчела убийца стиля! — закатил глаза Эдуард.

— Это твоя самая сложная задача, и только ты сможешь с ней справиться. Ты пойми, Эдик, она золотая девочка, которая всю жизнь жила с золотой ложкой во рту. Она избалована и требует к себе особого отношения. К тому же, её мама работала костюмером в Мариинке, а бабушка танцевала Жизель всё там же, у неё — производственно-семейная травма. Маруся всё детство у мамы на работе под ногами мешалась. Девочка иногда путает жизнь и сцену. Она любит яркие цвета — так подбери такие, чтобы кровь у меня из глаз не хлестала! Я, красавчик-стиляга, не могу появиться с ней в обществе, если она выглядит вот так.

Филин кивнул на Марусю, которая минуту назад была одета в салатовое платье и была похожа на модного дорожного рабочего, а теперь стояла в нижнем белье посреди магазина и примеряла платье, больше похожее на макраме из ниток. Лифчик под него надевали, Маруся лишний на себе предмет одежды без всякого стеснения, кинув себе под ноги. У Эдика полезли глаза на лоб от вопиющей порнографии за пределами примерочной.

— Её бабушка Жизель голышом танцевала?! — фыркнул стилист.

— Нет, Маруся просто ратует за красоту тела при минимуме одежды. Нудистка, япона-мать, хорошо, что не вегетарианка, а то вообще не о чем поговорить, — вздохнул Филин. — Дерзай, Эдуард, у меня ещё дела. Она твоя, пока не оденешь прилично, отсюда не выпускай.

Напоследок, Святослав подошёл к рыжей девушке, которая крутилась возле зеркала.

— Марусь, не раздевайся, пожалуйста, больше, это неприлично.

— Мне плевать, что прилично, что нет, — фыркнула Маруся, снимая платье через голову.

Маруся надела платье из ниток и была в восторге от него. Его ниточки были не в силах прикрыть её торчащие соски. У Филина пересохло во рту, когда он разглядел её грудь. Она была словно два заострённых купола, на которых выделялись соски, острые и вызывающие. У Святослава они вызвали привычную реакцию любого мужчины на обнажённую женщину.

— Нуди на пляже, Марусь, я тебе уже говорил! Ещё раз так сделаешь, я буду ругаться, или Эдик тебя накажет.

— Как? — встрепенулась девушка и её грудь колыхнулась.

— Тотал беж лук, — рассмеялся Филин. — Никуда отсюда не уходи, пока не закончите. Моя охрана отвезёт тебя домой.

Когда Маруся вернулась к нему в лофт, увешанная пакетами, Филин проверил их все, на всякий случай. Вдруг Дурова по дороге заглянула в магазин самостоятельно.

— Надень сегодня что-нибудь попроще, идём на камерную вечеринку для своих, мне там надо со знакомым встретиться.

— Я никуда не пойду! Я устала, хочу есть и спать! — взвизгнула Маруся.

На второй день её пребывания у него дома Филин выяснил для себя, что лучше Дурову не злить и не выводить из себя. Когда она спокойна и уравновешена, её голос ласкал слух заливистой мелодией соловья, когда же она злилась, Маруся могла взорвать перепонки своим неистовым криком ведьмы банши. Кроме того, если госпожа Дурова чего-то не хотела делать — её не заставить, она упрямая до невозможности, но можно попробовать договориться.

На коктейльную вечеринку у бассейна к Наталье Борисовне Филин пришёл один. Некоторых из гостей Святослав лично попросил её пригласить. Например, Надежду Лебедеву, которая пришла без мужа, с какой-то подругой, которая тут всех знала. Кажется, это та самая риелторша, она специализировалась на продаже особняков в элитных посёлках. После своего фиаско с Ласточкой, Филин решил её немного поигнорировать. И так слишком много чести ей оказано, которую она не оценила.

Взгляд Филина зацепился за двух женщин, брюнетку около сорока лет и чуть рыжеватую женщину помоложе, которые вместе смотрели видео на телефоне рыженькой и улыбались. Обе Соболевы, одна бывшая, другая нынешняя. Их общий мужчина стоял рядом, лениво попивая из бокала. Филин усмехнулся, глядя на эту троицу, которая несколько лет назад оскандалилась своим любовным треугольником, а теперь снова счастливая семья. Глава семьи — Кирилл Соболев ему и был сегодня нужен. Святослав подошёл к троице и поздоровался, нынешняя жена Соболева вежливо улыбнулась и поздоровалась, бывшая же не удостоила его и взглядом.

Филин усмехнулся про себя, когда-то он обломал её с сексом, склеив на вечеринке и пригласив к себе в лофт. Несколько лет назад Анжела Соболева была известной блогершей, для мужчин своего рода трофей в копилку трахнутых им баб. После пары бокалов, когда дело уже дошло до поцелуев и раздевания, ему пришлось срочно убегать — искать своего пропавшего из-под охраны клиента. Филин буквально вытолкнул из своего жилища Анжелу, которая так до сих пор ему этого и не простила. Трофей остался незавоёванным, Филин особо не расстраивался, блогерок с самомнением и короной на голове вокруг хватало с головой.