Певчая птичка Филина (СИ) - Романовская Кира - Страница 59

Он открыл дверь ключом и вошёл в камеру, Маруся высунула нос из-под пледа и равнодушно взглянула на него. Филин поставил стул напротив койки, сел, широко расставив ноги и откинувшись на спинку.

— Как тебе здесь, гражданка Дурова? Нравится?

Не получив ответа, он продолжил:

— Сядь нормально, поговорим.

Он дождался, пока Маруся сядет, завернувшись в плед, её всклокоченные волосы торчали в разные стороны пружинками кудрей, уставший взгляд не выражал ни одной эмоции. Охрана отчитывалась, что пленница только и делала, что спала все эти дни. Пчёлка больше не хотела жужжать, её веки медленно опускались и поднимались — она хотела впасть на зиму в спячку.

— Я буду говорить, ты можешь молчать, я знаю, какова твоя правда, — вздохнул Филин. — Ты имей ввиду, когда идёшь убивать, вариантов немного. Либо тебя самого грохнут, либо окажешься в месте вроде этого — только хуже. Толпы арестантов, конвой, годы за решёткой. Это всё, чем заканчиваются подобные игры. Твой дядя, зря ты с ним в лес пошла вести разговоры философского характера. Когда люди убивают ради денег, с ними можно не разговаривать, они просто животные. Запомни, Маруся, страх — оружие обоюдоострое. Угрожать убийством и оставлять человека в живых огромная ошибка. Его страх рано или поздно вернётся за тобой и он тебя не пощадит. Тебе повезло, что костлявая пришла за ним раньше. Теперь — Штольц. Он подрабатывал фрилансером в той больнице, где тебя держали. Я знаю, что он с тобой делал весь год, что ты не помнишь…

— Нет, не знаешь, тебя там не было, — тихо сказала Маруся.

— Извини, предполагаю, — поправил сам себя Филин. — Ты собиралась его отравить дешёвым способом из интернета? Виагра и нитроглицерин, да? Он врач, знает, что можно смешивать, а что нет, тебя бы раскололи на раз два и привет, тюрьма. Также я предполагаю, что твои родственники проводили воспитательные беседы насчёт меня, что я чуть ли не детей на завтрак ем.

— Я не верила.

— А теперь?

— Верю.

— Правильно делаешь — ем, — усмехнулся Филин. — Ты ведь понимаешь, что они пытались сделать?

— Напугать меня, чтобы я к тебе не обратилась за помощью, когда она понадобится. Я бы и так не обратилась, зря старались.

— Я знаю, что ты говорила с ними обо мне, Маруся, и ты сболтнула лишнего, от этого кое-кто чуть не погиб. Твой отчим и дядя сговорились с человеком, который пытался убить моего клиента, он же твой юрист. Они прощупывали мои слабые места, одно я тебе случайно показал, а ты показала им его.

— Какое? Я не понимаю, — растерянно пробормотала Маруся.

— Так и подумал, что не понимаешь, но это бы не освободило тебя от ответственности. Я бы убил тебя, не задумываясь, если бы Волчонок пострадала, — ужесточил свой голос Филин. — Ты рассказала Штольцу, что у меня есть один близкий человек — Кира, девушка за которой я присматриваю. На твоё счастье, я отправил к ней охрану ещё раньше, она так и живёт в неведении, что её чуть не похитили.

— Извини, я просто…

— Дура, что с тебя спрашивать, — вздохнул Филин. — Запомни — когда мужики играют в свои мужские игры, единственное, что умного может сделать баба это молчать! Ты своим длинными языком чуть не приговорила и её, и себя. А теперь скажи-ка мне, Дурова, когда Штольц сказал тебе, что Лейсан это тикающая бомба замедленного действия?

— Два месяца назад.

— И ты меня не предупредила? Что я сплю со своей будущей убийцей?

— Какое мне дело должно быть до тебя и её? Ты сам её выбрал. Не перекладывай на меня ответственность за свою чёртову жизнь, я свою жить пыталась!

Филин почувствовал, как в груди всё будто леденеет. Равнодушие Маруси было хуже, чем если бы она убила его сама.

— И всё же ты пришла по её душу, как узнала, что она убила твою сестру. Кто тебе эту мысль внушил?

— Дядя сказал, что она убила Фросю, чтобы подставить меня, я не поверила, но потом подумала, что нет ему смысла врать…

— Штольц её пытался лечить одиннадцать лет назад, но бросил это гиблое дело. Но использовал её, чтобы избавиться от тебя, чтобы потом я избавился от тебя.

— А ты что, Господь Бог, чтобы решать, кому жить, а кому умирать?

— Я Чистильщик, Маруся.

— Так они говорили правду… — закусила губу Маруся, сжимаясь в комочек. — Лейсан, значит, грязь? Прибрался до скрипучей чистоты?

— Можешь и так считать. Я же считаю, ей просто не повезло с воспитанием и мужчиной, который сломал ей всю психику, одним своим поступком…

Лейсан была единственной горячо любимой принцессой своего папочки, жила в ожидании лишь одного значимого события в своей жизни — выйти замуж. Её родители воспитывали девочку в строгих мусульманских традициях, что не мешало отцу семейства заниматься далеко не богоугодными делами и вращаться в кругах лютых грешников. Однако, пятничный намаз смывал все грехи Марата Сандугачева, и он спокойно занимался грешными делами дальше. Жена и дочь купались в деньгах и любви отца, затем появилась ещё одна приемная дочь — Джамиля, чтобы любимой Лейсан не вырасти эгоисткой. Однако, девочка делить любовь родителей с ещё одним ребёнком не захотела. Леся изводила приёмную сестру как могла, только чтобы родители не видели. Джамиля плакала ночами, молилась, улыбалась приёмным родителям, лелея в душе обиду. Потом она начала жаловаться приёмному отцу и просить защиты. Марат проникся к девушке не только отцовскими чувствами, но и настоящими.

Ни любимая дочь, ни и её мать, не замечали, ни стыдливых взглядов влюблённых, ни случайных касаний во время обеда. Лейсан же влюбилась, потеряв интерес к окружающей действительности. Рустем Караев или просто «Карагач» как-то пришёл к ним в дом, чтобы поговорить с её отцом об общих делах.

Одного взгляда хватило, чтобы скромная покрытая девушка шестнадцати лет утонула в его карих глазах. О нём ходили слухи — про то, как он умеет выбивать долги, про оружие, про людей, которые исчезали после того, как стали его врагами. Когда он обратился к ней по имени, она поняла, что будет только его Лейсан, и ничьей больше. Для Рустема же она была не женщиной, а возможностью унизить её отца, который возомнил о себе слишком много и часто диктовал свои условия сделок, не идя на уступки.

Лейсан была для него лёгкой добычей — невинная, доверчивая, привыкшая подчиняться сильному мужчине.

Он приходил в их дом под предлогом разговоров с отцом, и каждый раз, встречая её взгляд, будто невзначай задерживал его дольше, чем позволено. В семнадцать она сняла платок, потому что согрешила. Отец устроил грандиозный скандал, привлёк к ответу Рустема и заставил жениться на дочери, едва ей исполнилось восемнадцать. Тот и сам заигрался в чувства, решил остепениться и стать семейным человеком.

Лейсан старалась изо всех сил быть ему хорошей женой, прекрасной любовницей и интересной собеседницей. Обладая незаурядным умом девушка поступила в престижный ВУЗ. Лейсан была счастлива, пока как гром среди ясного неба не прозвучали слова отца: «Я беру вторую жену». Когда это оказалась Джамиля, Лейсан устроила отцу настоящую бурю вместо матери, которая гордо удалилась без скандалов в новую жизнь. Мать бросила Лейсан, а папа её предал, самые любимые люди в её жизни — предатели.

Жизнь Лейсан же начала трескаться на части, словно зеркало, в которое ударил кулаком её любимый отец. Сначала он привёл в дом чужую девочку, а потом променял Лейсан и её мать на неё. Всё, что казалось ей вечным и правильным рухнуло, оставив только острые осколки боли. Она начала думать, что и Рустем, заботливый и любящий её мужчина, может предать её в один день.

Она старалась всё также улыбаться, встречать мужа вкусным ужином, но в её душе поселился страх, который постепенно перерастал в психоз. Лейсан стала искать запах чужих духов на его рубашках, копалась в его телефоне и переписках, следила за ним.

Она не спала ночами, прокручивала в голове сцены их разговоров, ловила в каждом взгляде на других женщин измену. Лейсан не понимала, где заканчивается реальность и начинается её вымышленная боль от будущей измены. Кто ищет, тот всегда найдёт, она нашла любовницу мужа — губастую шлюху, которой он снимал квартиру и приезжал два раза в неделю, чтобы провести с ней время.