Сладкое господство (ЛП) - Райт Кения - Страница 5

Господи Иисусе! Я просто хотела приготовить чай сегодня утром. Вот и все. Я точно не хотела увидеть чью-то отрубленную голову.

Лео привлек мое внимание, забрав крышку из моих рук.

Я чуть не закричала.

Слава богу, я сдержалась.

Он все так же улыбался, будто только что подарил мне милого щенка.

– Ну что скажешь, Моник? Тебе нравится?

Да уж, я точно не собиралась говорить, что не нравится.

У меня сегодня вечером барбекю, и я совершенно не хотела оказаться следующей, чья голова окажется в коробке. Было бы нечестно заставлять сестер хоронить еще одного родственника в этом году.

Я медленно опустила руки.

– Я... ну... это... по-настоящему... большая жертва.

– Так и есть.

– Я даже не знаю, что сказать…

– Но в хорошем смысле?

– Ну... – я сглотнула. – Лео, я, если честно, не очень хорошо справляюсь со смертью и тем, что кто-то убивает людей из-за меня.

Сонг посмотрел на меня, и я не смогла понять, он волновался за меня или ему просто было любопытно, куда я клоню.

Мой голос едва был слышен, он срывался от ужаса и неверия.

– Я... не хотела, чтобы ты убивал Янь.

– Я знаю, что не хотела. – Лео указал на мою грудь. – У тебя большое и прекрасное сердце. Именно поэтому я понял, что ты идеально подходишь для Лэя.

– Но все же... этот... подарок... – я постаралась не смотреть обратно в коробку. – Он... ну... он вызывает у меня грусть…

Лео склонил голову набок.

– Почему это заставляет тебя грустить, Моник?

Глаза защипало от слез.

– Я думаю... Лэй будет... в ужасе…

– Будет.

– У него разорвется сердце.

– Немного, – кивнул Лео. – Лэй бы не захотел, чтобы Янь умерла, даже несмотря на всю ту ненависть, которую она к нему испытывала.

– Он может почувствовать себя одиноким. Особенно учитывая, что завтра ему придется убить тебя.

Лео поднял палец.

– Но будет ли Лэй один?

– Нет.

– Кто будет рядом с ним, кто поможет ему справиться с болью?

– Я.

– И твои сестры.

– Ну... да.

– И его кузены, мои сестры и брат. Вы все окружите его любовью.

– Мы окружим.

Улыбка вернулась на лицо Лео, будто он был безумно доволен собой.

– Когда я умру, Восток будет оплакивать меня пышными церемониями и праздниками в честь мертвых. Все это должно будет стать праздником моего воссоединения с Цзин на небесах.

Улыбка не исчезла, но в глазах застыла холодная, бесчувственная пустота.

– Янь собиралась разрушить все. Вместо праздника это обернулось бы войной между ней и Лэем. Такое неуважение, такая отвратительная, вопиющая неправота.

Я напряглась.

– После того как ты рассказала мне о ее словах, я кое-что проверил. – Он погрозил пальцем. – Янь тайно перебросила более трехсот бойцов и спрятала их в Шэдоу-Хайтс.

Я приоткрыла рот.

– Янь собиралась нанести по Лэю сокрушительный удар, пока он ранен и Восток находится в своем самом слабом состоянии. Все его люди были бы с разбитыми сердцами и рассеянными мыслями. Никто из них не смог бы нормально воевать. Для Лэя это стало бы катастрофой.

Блядь... а я-то думала, что моя семья ебанутая. Но это уже совсем другой уровень.

– Слишком многое поставлено на карту, чтобы позволить ее больным, извращенным играм сбыться. Она жаждала власти. – Лео указал на голову Янь. – Вот цена предательства.

Привкус желчи до сих пор стоял у меня на языке, но я заставила себя заговорить:

– Я понимаю.

Эти слова прозвучали пусто, но это было все, на что я сейчас была способна.

Лео кивнул, выглядя довольным.

– Хорошо. Запомни этот момент, Моник. Пусть он ведет тебя в будущем.

Я в этом сильно сомневаюсь…

Лан подошел и медленно закрыл крышку, запечатывая обратно тот ужас, что был внутри коробки.

Мои руки все еще дрожали, но я изо всех сил старалась их удержать.

Лео кивнул на мужчину рядом с ним.

– Это наш семейный юрист. Мне нужно, чтобы ты подписала несколько бумаг.

– Какие это бумаги?

– Все имущество Янь теперь перейдет тебе, моей настоящей дочери, которая понимает, что такое настоящая верность.

Я кивнула, не в силах подобрать хоть какие-то слова. Вес того, что я увидела и что это значило, навалился на меня с такой силой, будто давил физически. Я знала, что никогда не смогу забыть этот момент, как бы ни старалась.

– Увидимся на церемонии. Удачи тебе, дочка.

Лео развернулся и ушел.

Сонг бросил на меня печальный взгляд и последовал за ним.

А я просто стояла, дрожащая и опустошенная, пытаясь собрать по кусочкам то, что осталось от моего самоконтроля.

Юрист продолжал говорить что-то про здание в Шанхае под названием «Башня Облачного моря». Я подписывала бумаги, даже не читая, зная только одно, одна собственность за другой.

Он, блять, убил ее.

Комната вокруг превратилась в тюрьму, стены сжимались, пропитанные вонью смерти и тяжестью безумных ожиданий Лео.

И тогда я поняла… без тени сомнения… что ничего больше не будет как прежде.

О, Господи.

Испытав внезапное и непреодолимое желание, я бросилась к ближайшей раковине, и меня вырвало.

Мое тело наконец-то сдалось под натиском ужаса и отвращения, которые я изо всех сил пыталась сдерживать, пока Лео был рядом. Меня вывернуло с такой силой, что я выблевала все, что съела с утра.

Слезы катились по лицу.

Холодный, твердый фарфор раковины не давал никакого утешения, но я вцепилась в него. Я пыталась выровнять дыхание, но каждый вдох приносил с собой запах крови и перед глазами снова вставало это жуткое зрелище – отрубленная голова Янь.

Танди подала мне полотенце.

Лан медленно провела рукой по моей спине.

– Все хорошо. Он ушел. Мы что-нибудь придумаем.

Фен протянула мне стакан с водой.

– Госпожа, вы хотите, чтобы мы позвали Хозяина Горы?

В груди закрутилась воронка вины.

Господи! Как я скажу об этом Лэю?

Глава 3

Отец и сын

Лэй

Я сидел в комнате для чайной церемонии.

Персонал проделал потрясающую работу: стены были украшены цветами и растениями, всюду располагались нежные лепестки и аккуратно переплетенные листья. Казалось, будто сам сад вошел внутрь и с размаху изрыгнул на все помещение – настолько все утопало в зелени и цветах.

Я глубоко вдохнул, позволяя аромату цветущей вишни мягко заполнить легкие.

Мммм.

Мои мысли вернулись к прошлой ночи.

Мы с Моник только что занимались любовью под деревом сакуры.

Мы лежали вместе, обнаженные и переплетенные, среди мягкой травы и пышных цветов, освещенные нежным лунным светом.

Это было так, будто мы были Адамом и Евой – одни, в своем собственном раю

Я водил пальцем по спине Моник, рисуя сердечки, пока она лежала, прижавшись щекой к моей груди.

– Какой у тебя любимый цвет?

Она чуть повернула голову в мою сторону и ухмыльнулась.

– Это что, какой-то тест?

– Тест?

– Если я не скажу «синий», ты что, взбесишься и начнешь поджигать разные уголки Парадайз-Сити?

Я усмехнулся и покачал головой.

– Я не настолько потерян для общества.

– Потерян.

– Какой у тебя любимый цвет?

– А зачем тебе? И если я скажу, ты нормально отреагируешь, если я буду его носить?

– Пока он будет под синим – да.

Она закатила глаза и снова положила голову мне на грудь.

– Ты и этот твой синий.

– Так ты скажешь или нет?

Она засмеялась, и это был такой красивый смех, что он словно разлился по всей ночи.

– Мой любимый цвет – розовый.

– Хммм.

Я вернулся в настоящий момент и снова оглядел прекрасно оформленную комнату. Среди множества ярких цветов, украшавших стены, я заметил розовые бутоны.