"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 782

Ради «неожиданной» встречи я несколько десятков раз перечитала договор аренды, взяла пустые листы для заметок или каких-либо возможных дополнений к договору, а заодно свою печать для бумаг. Лил тоже подошла к делу ответственно и принарядилась.

— У меня ничего не торчит? — она придирчиво оглядела свой идеально сидящий жакет кофейного цвета и клетчатую юбку, когда мы вышли из кареты.

— Любопытство из всех карманов, — ответила я, вспоминая, как у нее загорелись глаза, когда она узнала, что мы едем к дамскому угоднику.

Она шутливо стукнула меня зажатыми в руке перчатками и с энтузиазмом огляделась. Барроуз жил намного ближе к главному городу графства — Вумису, чем я. И гулял он обычно в парке, который разбил один из меценатов на границе города. Иногда он доезжал туда верхом, но сегодня этот путь он преодолел пешком. И сейчас медленно приближался со стороны уже убранного поля, подкидывая тростью листья. Высокий, румяный мужчина с интересом разглядывал нас и даже постарался втянуть уже наметившийся у него живот. На фоне природы он смотрелся чуть-чуть смешно. Округлые линии покатых полей, простор в одну и другую сторону от белой дороги, высоченные ели, выглядывающие из парка и мужчина с длинными, но тонкими ножками, да еще и животиком. Мир несовершенен.

Он легко коснулся полей шляпы и неторопливо пошел дальше, даже не останавливаясь.

— Господин Барроуз, может быть, вы составите нам компанию? — мило улыбнулась Лил, опережая меня и ставя в тупик Барроуза. Чтобы сказал Фицуильям, если бы узнал, что мы с Лил сами знакомимся с мужчинами на улице?

— Я был бы счастлив, — Барроуз несколько напряженно улыбнулся, прекрасно видя, что всего в десяти шагах у экипажа стоят трое крупных охранников. — Только боюсь, я позабыл, когда же нас представляли друг другу? Теперь проклинаю свою память. Как я мог не запомнить столь очаровательных леди?

— Мы незнакомы, — честно сказала я, чем наконец-то заслужила внимание Барроуза, который не отводил глаз от Лил. — Меня зовут Арейна Вуд и, как я понимаю, вы теперь занимаетесь делами отца, а значит, считаетесь моим арендатором. Это Лилиан Келли моя подруга.

Он широко открыл глаза, рассматривая меня как что-то диковинное.

— Мы выехали на прогулку и вдруг Рей увидела вас, — с улыбкой проговорила Лил, запросто беря под руку Барроуза. — Решили совместить приятное с полезным. Я — прогуляться в компании интересного собеседника, а Рей — познакомиться с арендатором.

Барроуз ещё плохо понимая, чем заслужил наше внимание послушно пошел вперед, крепко держа трость и перчатки. Лил что-то мило спросила и невзначай коснулась пальцами его голой руки, шепча пару добрых слов. Ничего особенного, многие ведьмы так делают, чтобы человек немного расслабился.

— Надолго вы к нам? — поинтересовался он.

— Я пробуду здесь еще несколько дней, и я бы тоже с радостью гуляла по утрам. Но Рей очень занята, а я сижу дома.

Как еще она сдержалась и не сказала «томлюсь в темнице»?

— Я был бы счастлив показать вам окрестности. Знаете, у нас есть несколько чудесных фонтанов, а здесь неподалеку пруд, — быстро сказал Барроуз, расплываясь в улыбке. А я скрипнула зубами.

С таким подходом мы до зернохранилища дойдем дня через четыре и потому не удержалась:

— Мы рассчитывали доехать до зернохранилища. Пока рядом, вы могли бы показать его. Посмотрим, как там обстоят дела.

— Эм, — Барроуз неуверенно нахмурил брови, оглядел меня с ног до головы, а потом широко улыбнулся. — Там ничего любопытного. Поверьте мне, я бывал там сотни раз. Для девушки лучшие места для прогулки — здесь. А к зернохранилищу лучше оправьте своего управляющего, пусть он занимается этими делами.

— У меня нет управляющего, — я встретила прямой взгляд Барроуза. — С недавних пор я сама веду свои дела. Поэтому и хочу по пути заехать к зернохранилищу.

Он даже с шага сбился и снова посмотрел на меня, как на диковинку.

— Меня Рей соблазнила видами, которые открываются от зернохранилища, — доверительным шепотом вдруг сообщила Лил Барроузу и опять невзначай коснулась его голого запястья. — И еще она говорит, туда прилетают стаи птиц, чтобы поклевать остатки зерен. Красивый вид и птицы, по-моему, это замечательно.

Угу: вид на голое поле, жирная земля и прилипающий к сапогам помёт. А если птиц спугнуть, так и мы окажемся помеченными — романтика. Но Лил умела правильно сделать паузу и не добавлять таких опрометчивых фраз.

В общем, слово за слово, и мы уже в экипаже едем к полям. Лил и Барроуз спелись, каждый пушил хвост, как мог. Причем все понимали, что происходит, и мой арендатор прекрасно видел, что с ним заигрывают, но поддерживал игру. Так что полчаса мы ехали под их общее: «Ох, вы очень тренированный мужчина, такие прогулки каждое утро», «Да, я такой и даже лучше, милая Лилиан», «Ах, какие у вас ловкие пальцы» — восхитилась Лил, когда он ей завязал, ну совсем случайно развязавшийся бантик на манжете.

Но я старательно разбавляла эту идиллию. «Зернохранилище сейчас занято?» — бурчала я и мне кое-как отвечали, что да, там что-то осталось с прошлого года. А потом опять «ох и ах». Чувствовала себя лишней, но гнула свою линию: «когда освободят и понадобится ли оно на следующий год?» «Ох, ах» — видимо, скоро освободят, переводила я для себя и думала, что совсем скоро я превращусь в недовольную старушку, мешающую молодым. Так и представляю, как люди судачат: «старушка Рей разбушевалась на свадьбе подруги и своего арендатора — в первую брачную ночь держала приходно-расходную книгу вместо свечки и выспрашивая об остатках».

Но мы вскоре доехали, и я не успела вволю посочинять про старушку Рей. Зернохранилище выглядело странно. С одной стороны круглое строение казалось монолитом, а с другой, каким-то скособоченным и хромым.

— Как видите — стоит, — деловито сказал Барроуз и предложив нам с Лил локти повел вокруг.

Прошли в молчании, кое-как выдергивая ноги из жирной земли и всё же распугивая птиц. Шмяк, кар-кар. Баррузу повезло, что он в шляпе. Помет слишком сложно вычистить из волос. Нас с Лил участь быть помеченными миновала, вероятно, сказалось то, что мы ведьмы и гадить нам — себе дороже.

— Остатки зерна вывезем через несколько дней, — сказал Барроуз, как только мы опять подошли ко входу. — А вид и впрямь чудесный.

Он развернулся спиной к серым стенам и воодушевленно посмотрел на перепаханное поле.

— Ну что же, едем? — спросил он через полминуты, видимо, насытившись видом. Зернохранилище выглядело нормально, но что-то дернуло меня постучать по

серой стенке. Я ожидала глухого звука, который бывает, когда стучишь по бочке, но уж чего-чего, а смачного кашля и матерщины я не ждала:

— Бен, иди, твою за ногу, и работай!!

Мы с Лил одновременно посмотрели на Барроуза, который страшно выкатил глаза и вежливо произнес: «что это там такое?». А я еще раз постучала. Толстая дверь в зернохранилище открылась на отлет.

— Да, чтоб тебя за ногу…О, господин Барроуз, простите. А у нас, это, перерыв, сейчас хлебнем и в поле.

Перед нами стоял худой мужчина в грязной одежде и старался не качаться. Разило от него самым настоящим самогоном.

Дальше поднялась какая-то суета. Вышли еще двое худых и пьяных мужчин, а Барроуз начал клясться, что никому не разрешал жить в зернохранилище и работники всё сами. Заговорился и даже намекнул, якобы мое зернохранилище в таком состоянии, что там ничего нельзя оставить.

Но при этом пускать пьяниц, видимо, можно. Я, конечно, вспылила и мы какое-то время почти кричали друг на друга. А потом ему улыбнулась Лил и… он сдался. Буквально на коленке написал расписку, что сам все починит, а работников выставит. Правда, он не ожидал, что Лил тоже поставит подпись. Как и того, что его работники согласятся свидетельствовать, о своем же проживании в зернохранилище. И этого добилась Лил, причем очень изящно и без криков. Мы с ней знакомы больше года, а я до сих пор не могу понять, как у неё получается улыбаться так, что люди ей сразу доверяют.