"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 793

— Ты хочешь сделать меня любовницей, — чеканя слова, проговорила я, не веря, что такое мне предложил Фицуильям.

— Я говорил о слухах.

— Но был бы не против, если бы это стало правдой, — тихо уточнила я, понимая, что еще чуть-чуть и от графа останется мокрое место. Особенно после того, как он ничего не сказал, а просто несколько долгих мгновений смотрел на меня злыми глазами.

— Мы не одного круга… Я не могу сделать тебе предложение! — ответил он и добавил чуть наклонившись. — Призрак задери, я даже не знаю, выживешь ли ты,

если будет наследник. Насколько, вообще, ты сильная ведьма?

От смены темы я опешила, но не успокоилась. Видела, что он злится и кипела не меньше. Я была на каблуках, а он склонил голову. Очень хорошая позиция. Рука сама взлетела и кулак с магией впечатался в его щеку. Это была не пощечина, а точный удар, учитель бы мной гордился. Фицуильям покачнулся и прижал ладонь к лицу.

— Пошел ты!

Пальцы ломило от боли и жгла магия, без раздумий я создала пульсар, но мою руку не вовремя перехватили.

— Рей, что случилось? — рядом был Ильим и держал меня за запястье, тут же стояла удивленная Лил.

Магия рвалась с пальцев, в голове стучала кровь, я с трудом смогла выдохнуть. Но на нормальный ответ меня не хватило. Взгляд графа, ошалевший и не верящий, не позволял собраться с мыслями, от одного его вида с языка рвались исключительно заклинания. Он опустил руку, показывая красное пятно на скуле.

— Мне искренне жаль, что мы не понимаем друг друга, — сквозь зубы проговорил он и пошел к двери.

— Тебе жаль?!

Я рванула руку, но теперь меня еще схватила Лил, а граф успел вернуться в зал. Несколько минут мы просто стояли. Кажется, друзья боялись сказать лишнее и ждали, когда я успокоюсь. Хотя, чем больше я стояла, тем сильнее крепла злость и

обида.

Некоторое время спустя Лил попросила посмотреть Ильима, как там граф, а сама повела меня к нашей комнате. Но спросила, что произошло только после того, как зашептала мои сбитые костяшки и дала успокоительное. Моя речь все равно была эмоциональной. Я в жизни так не описывала поступки людей и так долго не говорила о гнусности неких предложений. Я совершенно не ожидала, что граф рассматривает меня в качестве любовницы. Знала, что нравлюсь, но мне представлялось это просто дружеской привязанностью, которая бы сама прошла после окончания школы и уж тем более после его помолвки с прекрасной леди ему под стать. И я до сих пор не могла поверить, что он говорил всерьез. Какая же это симпатия, и какая же это

дружба, если он говорит о постели и оправдывает это помощью?

— Не могу поверить, — уже в сотый раз я говорила Лил. — Не думала, что он такой.

— Вы оба хороши, — спокойно сказала она, опять накладывая заговор на уже почти здоровую руку. — Он предложил что мог, а ты вспылила.

— Ты его защищаешь?

— Нет. Он был неправ, — еще спокойнее ответила она. — Но ты могла бы его просто выслушать и отказаться.

После выпитого успокоительного и долгих рассуждений о гнусности поступков, я была уже не столь воинственной. И могла оценить осторожность Лил, только я бы все равно не сдержалась. Довольно сложно оставаться спокойной, когда друг ведет себя, как сволочь.

Вернулся Ильим. Он задумчиво посмотрел на меня, но вместо того, чтобы дальше обсуждать случившееся, предложил вернуться в зал. Никто не настаивал на том, что и мне надо веселиться, но я осознала, что мы сидим уже почти час в комнате, а друзья, наверное, нормально и не потанцевали. И, зная их, они без меня туда не вернутся, скорее предложат отмечать наше близкое расставание, точнее, грустить на дорожку. Так что я собралась и вернулась вместе с ними в зал.

Настроение не улучшилось в один момент, но я хотя бы смогла взять бокал с пуншем и просто пройтись вдоль столов и украшенных стенок. Ильим и Лил ушли танцевать, а я ходила. Меня, наверное, из вежливости пытался пригласить Майлз, но я отказалась и пошла дальше. С каждым шагом злость уходила, хотя непонимание оставалось. Наверное, действовало успокоительное, потому что к третьему кругу я перестала хмуриться и смотрела на все философски. Друга у меня больше нет, что, возможно, к лучшему. Такие мне не нужны. Но что скрывать на место злости пришла грусть. Вероятно, без этого чувства не обойдется ни один мой школьный бал.

— Рей, я тебя искал, — передо мной оказался Салгант. — Ты пропала, а за тобой еще один танец.

— Прости, но я, пожалуй, откажусь, — я показала полный бокал. — Хочу немного прийти в себя и допить пунш. Знаешь, после того как тебе друг предлагает быть содержанкой нужно немного времени, чтобы перевести дух.

Эльф удивленно посмотрел на меня, а когда узнал, что я говорю о Фицуильяме, чуть не сказал, что я ошиблась и не расслышала предложения.

— Нет, предложение было довольно ясным, — спокойно возразила я. — Но давай не будем об этом. Лучше расскажи, со сколькими девушками ты уже успел перетанцевать? Возможно, тебе нужно найти еще одну для полного соблюдения ваших эльфийских правил.

— У нас танцуют не из-за правил, а потому что любят. Как женщины, так и мужчины, — ответил Салгант, всматриваясь в мое лицо. — Я надеялся потанцевать с тобой, но если ты не хочешь, мы можем, например, посидеть у окна.

— И поговорить о погоде?

— О чем захочешь, — ответил эльф, ненавязчиво подводя меня к свободному диванчику.

— Любая тема, кроме Фицуильяма, подойдет, — ответила я, радуясь, что Салгант остаётся верен себе и не лезет с расспросами, когда они не нужны.

— Танцы? Я заметил, что ваши мужчины неохотно танцуют, — быстро сориентировался он. — Это какая-то человеческая традиция — танцевать один-два танца за вечер?

— Можно сказать и так. Но во многом эта традиция восходит к врожденному умению человеческих мужчин наступать своим дамам на ноги или, в совсем тяжелых случаях, на подол платья. Кроме того, когда в зале танцует эльф, любой человеческий мужчина, словно неповоротливый слон. Как видишь, у наших мужчин много проблем.

— Я им искренне сочувствую.

— Сочувствием здесь не поможешь. Вот если бы ты не танцевал.

— Вероятно, ты хочешь моей смерти, — улыбнулся Салгант. — Я не буду единственным эльфом, который не танцует.

Я тоже улыбнулась. Медленно я приходила в себя и сейчас вполне могла представить, что вечер закончится хорошо. Это стало очевидным, когда мне в руку ткнулся вестник. Еще не открывая, я знала, кто отправил письмо и шире улыбнулась. Под удивленным взглядом Салганта сразу открыла и увидела знакомый почерк.

«Милая Рей!

Понимаю, мое письмо бессовестно запоздало, но твой вопрос настолько своевременный, что не могу оставить его без ответа.

Эльфы не работают. Это главный секрет, который ты должна знать. За пятнадцать лет, что я занимаю пост Правителя, я видел лишь одного эльфа, занятого делом. Моего первого помощника, который денно и нощно выслушивает жалобы, составляет мое расписание и помогает в подготовке к переговорам. Остальные считают работой посещение «Вонючего трактира» и разговоры о жизни деревьев в нашем Лесу. Эльфы не приспособлены к работе, избалованы магией и слишком привыкли считать себя выше людей, которые за последний век кое в чем нас обошли… И, могу сказать, что твой Малыш как раз работает в удовольствие. Пока он так горит и ругается, знай — ему небезразлично то, чем он занимается и тебе не стоит переживать.

Как ты могла понять, это всё проверено на личном опыте. Я никогда в своей довольно длинной жизни так часто не использовал ругательства, как с момента избрания. А недавно был в Приморском королевстве эльфов, узнал много новых выражений от тамошнего коллеги. Судя по всему, он тоже работает в удовольствие.

Мне жаль, что я отвечаю только сейчас. В твоей жизни уверен произошло уже много более интересного и значимого, чем тот разговор с Салгантом. Но твое письмо, к сожалению, затерялось среди корреспонденции, пока я был в отъезде и мой помощник не счел его настолько важным, чтобы переправить в другое королевство. В любом случае скоро мы сможем обсудить все лично, что меня очень радует.