Греховное королевство (ЛП) - Лоррейн Трейси - Страница 25

Я взвыл от боли, когда что-то затрещало в моих связанных ногах, но не стал смотреть вниз, чтобы увидеть, что делают их головорезы. Вместо этого я не свожу с них глаз.

— Делайте все, что в ваших силах, — говорю я им. — Я выдержу все, что вы в меня бросите.

— Правда? — ухмыляется Грант.

Не сводя с меня глаз, он произносит три слова, от которых мое сердце падает к ногам.

— Приведите ее.

Тяжелая дверь с грохотом распахивается, и мой самый страшный кошмар разыгрывается прямо передо мной.

Двое мужчин в масках ведут мою девочку, связанную и с кляпом во рту, по проходу ко мне.

Ее глаза невероятно расширены, слезы заливают щеки, когда она смотрит на меня.

Он разрывает меня на две части.

Глубоко вздохнув, я пытаюсь подавить все свои чувства и чрезмерные реакции, которые хотят выплеснуться из меня.

Если я покажу им слабость, все закончится только хуже.

Им понравится смотреть, как я ломаюсь, а этого, блядь, не произойдет.

— Ох, что? — насмехается Грант. — Ты думал, у нас ее нет?

15

ИВИ

После моего заявления о том, что я хочу оказаться в самом центре всего этого в надежде положить этому конец, дискуссия не продлилась и половины того, что я ожидала. Она также не была такой ужасающей, какой, вероятно, должна была быть. Но то, что обсуждалось, не казалось реальным. Было похоже, что они обсуждают сюжет фильма, а не мою жизнь. Это было странно. Но я благодарна, что слушала их, чтобы отвлечься, потому что меньше всего мне нужно было думать о том, что я только что начала делать.

Составив план, Ант направил меня в ту сторону, откуда мы пришли, и обратно на парковку.

Меня ждал человек в фургоне, таком же, как тот, в котором меня доставили в особняк. Только у этого человека не было закрыто лицо.

Ант обнял меня, заставил пообещать, что я не сделаю еще большей глупости, чем уже сделала, и заверил, что они все встретятся со мной на другой стороне.

Все, что мне оставалось, когда я уходила от него, - это молиться, чтобы он был прав, чтобы была другая сторона.

Он помог мне войти внутрь, и с последним пожеланием удачи дверь закрылась, и меня окутала темнота.

Я забилась обратно в угол и обхватила ноги руками, пока фургон с грохотом несся навстречу моей судьбе.

Доживу ли я до этого момента, еще предстоит узнать.

Поездка к месту, где держат Алекса и Зея, кажется, длится вечно, пока фургон не останавливается, и двигатель не глохнет.

И как только это происходит, я понимаю, что это была самая быстрая поездка в моей жизни.

Сердце замирает в горле, я сижу и жду, когда меня вытащат, все мое тело дрожит.

Ты делаешь это ради Алекса и Зея. Будь сильной.

У них есть план. Все будет хорошо.

Доверься им.

Я вздрагиваю, когда дверь фургона распахивается, позволяя низкому летнему солнцу заливать пространство вокруг меня, заставляя мои глаза слезиться от внезапной яркости.

Человек, чье лицо я отчетливо видела до того, как мы вышли из отеля, теперь закрыто балаклавой, и видны только его темные глаза.

— Готова? — спрашивает он, его голос мягче, чем можно было бы предположить по его внешнему виду.

Глубоко вздохнув, я готовлюсь к выступлению всей своей жизни.

— Идем.

Не слишком осторожно он вытаскивает меня из фургона, кончики его пальцев впиваются в мои руки, прежде чем меня швыряют на гравий.

Ладони и колени горят от удара, а леггинсы тут же рвутся.

Слезы заливают глаза, боль пронзает тело, но я использую ее в своих интересах.

Играй в игру, Иви. Играй в...

Меня поднимают с земли за заднюю часть рубашки Алекса, а затем он заводит мои руки за спину, заставляя плечи напрячься.

— Прости меня, — шепчет он мне на ухо, прежде чем его пальцы так крепко сжимают мои волосы, что слезы заливают глаза.

Он ведет меня к старой церкви. Уверена, что в былые времена она была прекрасна, но сейчас она вызывает только ужас: слабый солнечный свет сверкает в витражах, делая темную каменную кладку еще более пугающей.

Не могу сказать, что я удивлена. Эти люди более чем счастливы играть в Бога. На самом деле их присутствие здесь вполне уместно.

Задолго до того, как мы добрались до колоссальных двойных дверей, они со скрипом медленно открываются, подтверждая наши предположения о том, что за нами следят с того самого момента, как мы въехали в ворота.

— Доставка, — ворчит парень, прежде чем бросить меня вперед, в объятия двух других мужчин в масках.

К счастью, они успевают поймать меня до того, как я врезаюсь в каменный вход.

— Кто ты? — рявкают они на мужчину.

— Никто. И уверяю вас, сделав это, вы меня больше не увидите.

Я отшатнулась, чтобы увидеть, как он бежит к фургону.

— Босс, — говорит один из парней, прижимая палец к наушнику. — У нас гости. Нам нужно подмести территорию.

Я поднимаю взгляд, когда наступает тишина. Я ничего не могу прочесть в его холодных темных глазах, пока он слушает того, кто находится на другом конце его наушника.

Но в тот момент, когда они пробегают по моему телу, меня пробирает неистовая дрожь, словно я не более чем игрушка, которую только что доставили исключительно для их удовольствия.

— Девушка у нас.

Все мое тело содрогается, услышав эти слова.

Играй в игру, Иви.

Но, хотя я и говорю себе это, в хныканье, которое срывается с моих губ, когда меня толкают вперед, нет ничего фальшивого.

— Будет сделано, босс. Мы сейчас придем.

Один из мужчин крепко держит меня, а другой достает из кармана веревку.

Он связывает мои запястья за спиной, а я хнычу от боли.

— Хватит, — огрызается он, а затем обхватывает мою голову второй повязкой, затыкая мне рот.

Я кричу и пытаюсь бороться с ними, но мне не сравниться с их силой.

И именно в этот момент я понимаю, насколько глупой могла быть эта идея.

Довольные своей работой, они обхватывают меня за плечи и ведут через вход в церковь к другим дверям.

— Похоже, вы отлично рассчитали время своего прибытия, — прорычал тот, кто говорил не в наушник. — Шоу вот-вот начнется.

У меня сводит желудок от того, что могут означать эти слова, а в горле раздается еще один испуганный хрип.

Пожалуйста, пожалуйста, пусть с ними все будет хорошо.

Когда они обхватывают свободными руками массивные ручки дверей, которые, как я предполагаю, ведут в сердце церкви, я благодарна им за то, что они меня поддерживают.

Я понятия не имею, что это такое, но у меня очень глубокое чувство, что по ту сторону этих дверей находится что-то ужасное. Несмотря на все, что я себе говорила, с тех пор как подслушала разговор Стефаноса и ребят сегодня, я не уверена, что смогу это сделать.

И если я не могу этого сделать, значит, я их подвела.

Ты не подведешь их, Иви. Ты здесь ради них.

Верь.

Вы все выберетесь из этого.

Я не свожу глаз с пола, когда двери открываются, слишком напугана, чтобы посмотреть вверх и узнать свою судьбу или судьбу тех, кого я люблю.

Но я не могу оставаться наивной в том, во что они меня втягивают, когда мы переступаем порог и я поднимаю глаза.

Как только я это делаю, мир словно вырывается у меня из-под ног.

Алекс.

Крик вырывается из моего горла, когда я вижу его избитое и покрытое синяками тело, привязанное к огромному кресту за алтарем.

Слезы текут по моим щекам, когда меня тащат вперед.

По мере того как расстояние между нами сокращается, я могу лучше рассмотреть, что они с ним сделали и что делают.

Кровь капает с его рук и стекает по телу, скапливаясь на полу под его ногами.

— Ох, что? Ты думал, что у нас ее нет? — насмехается знакомый голос.

Я пытаюсь оглядеться, чтобы понять, кому он принадлежит, но держащие меня охранники не позволяют этого сделать.

Алекс никак не реагирует на его слова. Его глаза просто держат мои.