Обещай помнить (ЛП) - Беллучи Лола - Страница 40

— В какой-то момент я должен начать получать удовольствие от своей работы по совместительству. — Я говорю это, не отрывая глаз от мобильного телефона в моей руке и без какой-либо улыбки на лице. Краем глаза я вижу, как она слегка поворачивается, но движение всё равно происходит.

Лифт спускается гораздо медленнее, чем обычно, или, может быть, это просто моё нетерпение выбраться отсюда растягивает этот неприятный момент. Начинает раздаваться звук нетерпеливых ударов ноги Джулии по полу, и это даёт мне некоторое утешение, по крайней мере, я не единственный, кто находится в этом состоянии агонии, но я определенно не буду тем, кто выведет нас из этого состояния. Вчера я был серьёзен.

Я убираю телефон в карман и чувствую, как она вздрагивает, волнуется и, возможно, даже немного беспокоится о том, что это будет означать. Ничего, Джулия. Это ничего не будет значить. Я засовываю руки в карманы брюк и сосредотачиваю своё лицо на начищенной стали передо мной, я даже начинаю считать по ней невидимые линии, но не смотрю на неё.

Воздух вокруг нас тяжёлый. Наполненный странной аурой, которая всегда окружала нас, и которая теперь достигла апогея. Я знал, что это произойдёт. Желание – ненасытная шлюха, и её послание две ночи назад было ясным и сильным: мир рухнет, прежде чем она согласится, чтобы мы продолжали жить так, как будто ничего не произошло.

Я никогда не желал чего-либо с такой силой, как прикоснуться к Джулии, пока не понял, что хочу снова прикоснуться к ней, почувствовать её вкус, опьянеть от её запаха и утонуть в ощущении её тела, содрогающегося в моих объятиях в оргазме, который я дал ей, пока она снова и снова шепчет моё имя, как молитву, от которой её губы не могут оторваться.

Я хочу, чтобы она была в моей постели, с её иссиня-чёрными волосами, распростёртыми на моих простынях, я хочу, чтобы её запах сливался с моим, аромат её киски пропитал мои простыни. Я хочу, чтобы она была на любой поверхности, даже на стене этого лифта. Но ничего из этого не читается на моём лице. Больше нет.

Движения Лии становятся более частыми. Она заправляет прядь волос за ухо, переносит вес своего тела с одной ноги на другую, увлажняет губы, а затем отбрасывает назад тёмные пряди, падающие ей на глаза. Джулия – воплощение беспокойства, и я её понимаю. Моя кровь, кажется, полна решимости найти выход из моего тела, и каждая её капля устремляется вниз по моему животу, стремясь скапливаться на моём паху, как будто это единственный путь.

Она устаёт ждать, её дыхание и без того короткое. Почти задыхаясь, Лия поворачивает своё тело, становясь в сторону от двери и лицом ко мне. Я поворачиваю голову. Её глаза сегодня голубые, как и при нашей первой встрече. Она долго моргает, и вопрос в её скрытых радужках звучит так же громко, как биение моего собственного сердца. Мои ноздри расширяются, явный признак того, что мой контроль – это маска, единственное, что я позволяю себе, потому что я хочу, чтобы она знала, что я не отступлю, но всё, что ей нужно сделать, это попросить.

Несмотря на то, что в её глазах светится узнавание, Джулия не улыбается, слишком поражённая, чувствуя себя слишком подавленной и расстроенной осознанием того, что её контроль над собственным телом смехотворно мал и становится всё более редким с каждой секундой, которую мы проводим в одиночестве и взаперти в этом лифте. Двери открываются.

Никто из нас не двигается целых две секунды, пока, с большим трудом, мне это не удаётся:

— Хорошего вечера, Джулия, — говорю я, отступая и, не оглядываясь, прохожу через стальные двери.

25

ДЖУЛИЯ

Авенида Фариа Лима [3] пристально смотрит на меня снизу, словно осуждая. Я поворачиваю стул, отодвигаю его в сторону и оказываюсь между огромными стеклянными стенами своего кабинета и письменным столом. Закрыв глаза и сжав губы, я пытаюсь избавиться от этих мыслей. Это не должно меня беспокоить. Я не должна была этого делать. Но всё же...

Я открываю глаза, провожу языком по губам и качаю головой. Это то, чего хочет этот человек, но я лучше и умнее его. Мной не так-то легко манипулировать.

— К чёрту, Артура Брагу! — рычу я. Каково это, когда ты ни разу за весь день не сталкиваешься со мной? Каково это, когда ты ни разу не звонишь мне? Никаких дразнящих электронных писем? На что это похоже?

Его голос, шепчущий, что в следующий раз всё будет на его условиях, что мне придётся просить его об этом, наполняет мои мысли, заставляя волосы на теле трепетать в тишине моих собственных размышлений. От кончиков пальцев ног до корней волос, каждая клеточка моего тела реагирует на это предложение, на порядок, заключённый в этих словах. Как по волшебству, я внезапно возвращаюсь мыслями в ту машину, где Артур ограничивает мои движения, не позволяя мне контролировать ситуацию.

Внезапно я вспоминаю его напряженный и пристальный взгляд, когда он целовал меня и просил держать глаза открытыми, потому что хотел узнать, какого цвета они станут, когда я достигну кульминации...

— Джулия? — Пугает меня громкая связь на телефоне на столе.

— Да? — Отвечаю я, слишком быстро и, как я уверена, слишком высоким голосом. Но удивление было моим первым рефлексом. Затем наступает тишина.

— Всё в порядке? — Спрашивает Клара скорее с подозрением, чем с беспокойством. Я делаю паузу, чтобы перевести дыхание, прежде чем ответить.

— Да, Клара. Всё хорошо. Тебе что-нибудь нужно?

— Твоя встреча с отделом исследований и анализа подготовлена. — Я с усилием закрываю глаза и почёсываю бровь. Конечно. Это будет первая встреча с Артуром за последние несколько дней.

— Хорошо, в каком конференц-зале? — Спрашиваю я.

— Третья комната, Джулия, — отвечает Клара.

— Прекрасно. Артур уже там? — Интересуюсь я.

— К сожалению, ему пришлось уйти, он не сможет участвовать, — предупреждает меня Клара. Сначала я удивлённо моргаю. Это первая встреча, которую он пропустит. Затем мне хочется ударить себя, когда бездонное разочарование наполняет мою грудь.

— Он не хотел перенести встречу? — Спрашиваю я.

— Нет. Он сказал, что ты можешь провести её самостоятельно, и попросил прислать ему письменный отчёт по электронной почте, как только у тебя появится возможность.

— Письменный отчёт? — Уточняю я.

— Да, — соглашается она, и я снова испытываю искушение погрузиться в свои мысли. Без несвоевременных визитов, ненужных встреч и импровизированных ужинов. Я невесело смеюсь. Если он думает, что я уступлю такому давлению, то он скоро узнает, что Джулия Лисбоа не прогибается.

Пошёл ты, Артур Брага.

— Хорошо, Клара. Спасибо.

***

— Как прошла твоя неделя? — Спрашивает Артур, как только машина трогается с места. Я делаю глубокий вдох, стараясь контролировать свою реакцию на то, что мы снова вдвоём в машине. Слава богу, мы не одни.

Я смотрю вперёд через стекло, пытаясь поймать взгляд водителя в зеркале заднего вида. Я не понимаю, что со мной не так, хотя, конечно, что-то не так. За последнюю неделю Артур сделал всё, о чём я просила с момента своего приезда: он предоставил мне полное пространство. Тем не менее, я ничего не могу с этим поделать, кроме как задаться вопросом: почему? Кроме того, я проклинаю его за эту глупую игру, только чтобы потом отругать себя и признать, что я не могу винить его за это.

Он был честным и ответственным человеком, который всегда выполнял свои обещания. Однако это только раздражало меня, и я в ответ обвиняла его во всех возможных грехах: высокомерии, глупости и даже сексуальности!

Когда мне казалось, что его запах вот-вот заставит меня задержать дыхание, я отвернулась к окну, чтобы не рисковать потерять его ещё на целую неделю.

— Неужели всё так плохо? — Настойчиво спрашивал он, когда я продолжала молчать, вместо того чтобы ответить на его вопрос. И только тогда я осознала, что натворила.

— Нет, на самом деле, совсем нет. Просто мне не по себе. И тебе, по-видимому, тоже. Думаю, с тех пор я вижу тебя уже во второй раз, — перебиваю я, снова переводя на него взгляд.