Правда или действие? (СИ) - Мэл Аелла - Страница 6

— Идем, мелочь, — говорит Савелий и треплет по макушке племянницу. — Мама Лиза, мы забираем ваших помощниц и ждем вас во дворе. И ты самая лучшая. — целует ее в щечку.

— Мы поможем… — не дает мне договорить, легонько целует в губы.

— Не болтай, пошли, — взяв за руку, уводит меня ошарашенную одеваться.

Девочки следуют за мной, а Слава с Тасей уже во дворе.

— Как-то некрасиво получается, — шепчу Савелию.

— Все нормально, — с улыбкой тянет меня во двор. — Мама Лиза и моя мать отлично справлялись и раньше, а теперь с вашей помощью они приготовили все быстрее. Сами через полчаса присоединяться к нам.

— Но…

— Так, девочка моя, прекращай со мной спорить. Нам нужно слепить самого лучшего снеговика.

— Зачем?

— У вас своя игра, а у нас своя. Семейная, так сказать, традиция. На каждый новый год мы лепим снеговиков, и у кого получился самый лучший, дает всем задание.

— То есть, если мы проиграем, то должны будем что-то сделать?

— Да. Так что постарайся уж. А то всегда выигрывают мама с Тасей.

— Ладно.

Савелий с таким удовольствием начал возиться с созданием снеговика. Некоторое время с улыбкой наблюдала за ним. Но получив снежком по плечу, пришлось идти работать. Вскоре присоединились и старшие дома.

Бабуля с Тасей начали обсуждать что-то. Дядя Севастьян с тетей Лизой, взявшись за руки, как подростки, отошли немного и начали что-то лепить. При этом так мило флиртовали. Слава с Яной спорили о чем-то. Наташа с Соней пошли искать ветки для рук снеговика.

Все заняты. Уютная атмосфера зимнего праздника и семья.

— Какая же ты у меня нежная девочка, — шепчет на ухо Савелий, обняв со спины. — С этой секунды все, что ты видишь, я дарю тебе. И себя самого тоже.

— Савелий… — не удается сдержать слезы, и, повернувшись к нему, прячу лицо на его груди.

— Ну не плачь. Мне это не нравится. Пойдем лучше поищем, чем украсить нашего снеговика.

Глава 16

Вернулись вместе с найденными атрибутами, а нашего снеговика нет. У всех кучи снега, кроме бабули и Таси. По хитрому выражению лица бабушки стало понятно, кто виновник.

— Мама, — тихо смеется Савелий. — Ты нечестно играешь.

— Это вы не по честному пути пошли. Выигрывать должны мы с моей внучкой, а вы все тут устроили галерею снеговиков. И потом мы команда из самого младшего и самого старшего из семьи. Уступать надо.

— Смысл с тобой спорить?

— Правильно. А теперь наши пожелания. Я только два скажу, остальные два достаются Тасе. Так, Яна и Слава, чтобы никогда не смели ругаться и никогда не смейте расставаться. Прибью! А вы, — указывает на нас, — чтобы в следующем году в это время я сидела дома с вашим ребенком на руках. И слышать ничего не желаю!

— Прикажешь прямо сейчас приступать? — ехидно спрашивает у нее Савелий. Я в шоке смотрю на эту женщину. Какой ребенок? Я ее сына знаю два дня.

— Идите и приступайте. — усмехается она и с довольной улыбкой идет в дом.

— Ну что? Идем? — с насмешливой улыбкой притягивает к себе Савелий.

— Что? Нет! Уйди.

— Дядя, Вы можете потом заняться внуком для бабушки, сейчас идем все на горки. Это мое желание!

— Идем, егоза, — закатывает глаза Слава. — Дядя, она не отстанет.

Горки. С удовольствием. Мы с девочками обычно этим и занимаемся в новогоднюю ночь. Всю ночь гуляем по всем известным местам, оставляя там каждый раз какой-нибудь знак.

Катались мы долго. Савелий не отпускал меня от себя. И даже играя в снежки, он прикрывал меня своей спиной. Не упускал этот момент и быстренько целовал со словами: «Губы мерзнут. Ищут тепло».

— Все, закругляемся, — заявляет вскоре Слава. — Папа звонил. Полчаса до курантов.

Домой завалились все со смехом. Савелий со Славой, взяв за руки и ноги, несли Тасю. Несколько раз бедняжка упала, заявила своему брату и дяде, что те ее не любят. Не носят на руках. Те переглянулись, хмыкнули и, подхватив за руки и ноги, понесли. Тася ругалась на них, конечно, но тем все нипочем.

— Вы что творите? — прикрикнул на них изумленный дядя Севастьян.

— На руках носим твою дочь. Сама желание изъявила, — с этими словами бросили девушку на диван.

— Изверги! Яна, Кристина, бросьте этих вредных мужчин. Они и вас будут на руках именно так носить.

— Тася, ты вроде подарок свой от дяди еще не открывала, — усмехнулся Савелий, помогая мне снять куртку. — Боюсь, после твоих слов подарок волшебным образом исчезнет.

— Что? Ты купил? — вскочила Тася на ноги. — Именно то, что я хотела?

— Боюсь, уже нет. Верну назад в магазин.

— Дядя… Кристина, мой дядя самый лучший мужчина на свете. Ты нигде не найдешь такого умного, замечательного, красивого, любящего мужа. Выходи за него замуж. Дядя, давай кольцо. Быстро наденем ей на палец, пока не отказала.

— Ха-ха-ха, слышал, сын? Твоя племянница за тебя уже и предложение твоей невесте сделала, — веселилась бабуля, сидя за столом. Мне зато не весело было.

— Так, цыц всем. Я сам сделаю предложение своей невесте. Идем, Крис.

— Три «С», — вдруг усмехнулась бабуля.

— Бабушка имеет в виду нас, мужчин. Назвала сыновей на букву «С», — Слава помог сесть Яне. — А когда я родился, мама сказала: «Никакого имени с заглавной „С“».

— Но она умудрилась назвать его Владиславом, — рассмеялась тетя Лиза. — Я от радости, что первая буква не «С», согласилась. И только потом поняла, что Владислав сокращенно — это Слава. Она решила, что всех мальчишек надо называть на эту букву.

— Зато семейная традиция будет.

— Ну да. Сергей Савельевич, как красиво, — хмуро выдал Савелий. — Нет уж. Моего сына будут звать так, как решит моя жена. Да, Крис?

— Сына? — сглотнула ком в горле. — Не слишком ли быстро у нас все развивается?

— Ладно, спрошу через неделю, — поцеловал в макушку и приступил к еде. Сначала наполнил мою тарелку, а потом положил себе.

Девочки смотрели на меня с улыбками и подмигивали. Соня показала большой палец, и по ее губам прочитала: «Одобряем. Бери». Дурные.

Глава 17

И вот речь президента. Часы пробивают двенадцать. Загадываем желания.

Все поздравляют друг друга. С девочками обнимаемся и желаем друг другу всего. Но мне в этот раз они желают, чтобы Савелий никогда не оставлял меня и носил на руках всю жизнь.

— Обязательно, — лезет в наш круг обнимашек он. — Теперь я ваш старший брат и буду вас муштровать.

— Пожелать, что ли, Крис, тебе другое желание, — усмехается Наташа.

— Наташенька, не балуйся. Крис только моя, и никому я свое новогоднее чудо не отдам, — прижимает к себе. — Не посмотришь свой подарок?

Тася уже открывает свои подарки и визжит от каждого. Бабуля тоже сидит и рассматривает, комментируя, от кого что. Слава дарит Яне коробочку, и та, смущенно опустив глаза, берет.

— Открой, — протягивает мне небольшую коробку. С волнением смотрю на подарок и боюсь его взять в руки. Я получала подарки от подруг, но ни от кого больше. И вот мой первый подарок от мужчины, в которого я влюбилась неожиданно даже для себя. — Понятно. Сам открою.

— Дарю тебе свое сердце. — В коробке лежит нежная цепочка с подвеской в виде сердца с опалом.

— Спасибо, — шепчу дрожащими губами.

— Повернись. Хочу видеть ее на тебе.

Нежно откидывает мои волосы и надевает цепочку. Задерживает пальцы на шее и нежно проводит ими. По всему телу мурашки, дыхание сбивается. А он, резко развернув к себе, целует. Забываю обо всем, и о присутствующих здесь людях. О том, что надо бы и Савелию вручить подарок. Просто теряюсь в водовороте поцелуя.

— Я люблю тебя, — шепчет мне в губы.

— Кажется, и я,— смущенно опускаю взгляд. Не хотела признаваться, но не удержалась. Рискнула.

— Спасибо тебе, господи, — смеется он, откидывая голову назад. — За самый лучший подарок.

— Если вы все, то присоединяйтесь к нам. — Входит в дом Тася. — Мы уже салюты запускаем. — Боже мой, мы даже не заметили, как все вышли, оставив нас одних.