Дракон из Каэр Морхена (СИ) - Штайн Герр - Страница 297

Пора.

В конце-концов, именно в этом году и на этом мероприятии случится брак родителей Цириллы, той, кому суждено спасти и мою чешуйчато-хвостатую задницу…

Спустя некоторое время.

Королева Калантэ.

Львица из Цинтры вытянула вверх свою правую руку, позволив своему охотничьему соколу приземлиться на крепкую перчатку, не пробиваемую его когтями.

Умная птица была дрессированной, а оттого лишь посмотрела на королеву, принявшись переступать с лапы на лапу и немножко хохлиться.

Калантэ Фиона Рианнон давно рефлекторным движением прошлась пальцем по перьям птицы, уже целого внука того, который был у неё первым…

Как раз семейная ситуация и встала перед немолодой женщиной, передавшей птицу в надёжные руки охотников и быстрым шагом направившаяся в глубины дворца. Фрейлины, несколько опасавшиеся охотничьего сокола, наконец-то приблизились и пошагали за ней.

Медленно.

Неуклюже пытались угнаться.

Её Величество, она… Она их не любила.

Дочери благородных семей, изнеженные цветочки, сидящие по своим покоям, когда она в доспехах воевала против Королевств Юга и подчиняла Нижний Содден воле Цинтры. Если она могла, чем они хуже? Даже если не в доспехах, но они могли помогать своему королевству. Но нет, они предпочитали отсиживаться. Нередко с мужьями.

Но она всё равно почему-то была вынуждена учитывать интересы этих… Ничтожеств.

— Ха-а-а… — выдохнула королева, невольно погрузившись в старые времена.

Когда она была моложе, и ещё могла носить доспехи без риска себе что-нибудь повредить их весом. Когда она чувствовала себя… Живой.

Когда её серебристые волосы, унаследованные как от Рианнон, своего древнего предка, результата самого известного союза эльфки и человека, так и от своей матери, и её матери… И всех в её роду, ведь никакие людские гены ещё не побили эльфские и пепел в волосах оставался всегда.

Ох, как же ей нравились времена, когда они развевались на поле боя, воодушевляя солдат.

Но это теперь было в прошлом.

Теперь она вынуждена погрузиться в мир интриг, которые затянули её в свои сети как только она была вынуждена безвылазно поселиться в дворце.

Казалось бы — так делала и её кумир, другая львица, или как её называли, драконица из Камелота — Артурия Пендрагон. Она тоже в последние десятилетия не покидала свой город… Но… Вечной Королеве, которую так прозвали подданные за вечную молодость (здесь женщина испытала легкую зависть) всяко было проще.

Калантэ была по молодости в Камелоте, и… Отличия были разительными.

Никакой удушающей хватки интриг, двусмыслия и скрытых подтекстов с двойным дном. Всё просто и понятно, но поверхности и при этом… Не глупо. Идеальное воплощение рыцарских идеалов, достоинств… Кардинальное отличие от аристократии Цинтры, которая не признала женщину в качестве королевы. Которая вынудила её согласиться заставить свою дочь, Паветту, выйти замуж по совершеннолетию.

Сначала это хотели сделать в тринадцать лет.

Она смогла увеличить этот срок до пятнадцати.

Но… Сейчас… Время пришло, к сожалению… А она ведь только, только хотела выделить время на свою собственную личную жизнь, которую не самой молодой женщине трудновато возобновить. Даже если она королева. Особенно если она королева, повторный брак которой никто и обсуждать не хотел.

Но брат ярла Скеллиге, ставших значительно более адекватными представителями человеческой расы, её милый Эйст… Ох, у них ведь всё получилось, хоть и роман держится в секрете.

— Меня всюду окружают идиоты и глупцы. — раздраженно фыркнула королева, вспоминая своего глупца-мужа, который завещал по Праву Неожиданности своего дитя какому-то… Монстру. Этой приблуде, Дани…

И это, когда намечается династический брак с островитянами, что будет просто прекрасным союзом… И при этом Паветта не будет страдать — в отличии от многих, выходцы со Скеллиге искренне уважали Калантэ, и её дочери не посмели бы причинить даже малейшего вреда. Более того, племянник ярла, Крах ан Крайт был не молодым идиотом с шилом в заднице, как большая часть всех окрестных принцев и детей высоких аристократов, а достаточно взрослым и уравновешенным человеком… Учеником её возлюбленного, в конце-то концов!..

Это был бы со всех сторон прекрасный союз.

Но… Право Неожиданности. Чёртов полубезумный обычай, настолько случайный, настолько же и неожиданный. Пятнадцать лет задницу её мужа спас какой-то человекоподобный монстр, и теперь её Паветта должна жить с этим?..

— Все делегации прибыли?.. — под судорожные вздохи фрейлин раздался властный голос королевы, грозно глядя на сжавшегося перед ней дворецкого и дворцового распорядителя заодно.

— Д-да, Ваше Величество… — взгляд Калантэ прошёлся по окружающим, выдавая её раздражение случившейся ситуацией.

Но ничего.

У неё уже есть вариант. Она знала о ведьмаках… И наняла самого известного из них, уже помогавшего одной принцессе. Темерской, где правили родичи самой Калантэ. Несчастная Адда превратилась в ужасного монстра, но Разрушитель Колдовства ей помог. Так почему бы ему не помочь ещё с одной? Она осыпет его наградами, в конце-то концов…

Под такие успокаивающие мысли она и принялась дальше готовиться к приему, который начался в кратчайшие сроки. Куча женихов, из которых породниться с Цинтрой не желал разве что Камелот, по причине того, что кумир самой Калантэ детей так и не родила. А из неясных родичей Королевы Рыцарей был разве что племянник-рыцарь, не торопящийся жениться, но и не явившейся сюда. Значит матримониальных планов у воплощения рыцарских идеалов в женском обличье нет.

Это радовало. Будь иначе, и… Тут предсказывать Калантэ не решилась, выцепив из толпы белую фигуру придворного мага и заодно нынешнего уполномоченного посла Камелота — того самого Мерлина. Самого известного ренегата Братства Чародеев и родоначальника фразы — А он Во Всём Белом. Означающей, что какой-то человек совершенно законопослушен, чист, без грешков за спиной, не виноват в ситуации… И так далее.

Белые одежды, белые, неестественно белые волосы… Всё это создавало вполне определённый образ.

— Миледи Калантэ. — разглядываемый королевой мужчина также заметил её взгляд, непременно сделать несколько быстрых шагов вперёд, с грацией слона в посудной лавке проигнорировав недовольные взгляды аристократов. — Вновь рад с вами увидеться, Львица из Цинтры. Помнится, в прошлый раз вы были совсем молодыми…

— А вы наоборот — не изменились. — слегка растянула губы в улыбке не слишком молодая правительница, отмечая всё тот же молодой внешний вид чародея. — Как и ваша королева, полагаю. Вот кому принадлежать должно прозвище, благо что львов у неё целых два, а у меня лишь одна львица… Да и то, леди Пендрагон и подаренной… — покачала она головой с улыбкой. Кумир кумиром, но боготворить её, подобно жителям Камелота, она не собирается. Не настолько… Богобоязненна.

— На наших стягах золотой дракон, а не лев. — пожимает в ответ беловолосый чародей, прикрывая золотистые, чаровные глаза и делая глоток вина. — М-м-м, а у вас виноделие за последнюю сотню лет определённо улучшилось, Ваше Величество…

— В том не моя заслуга. — признала королева, подавляя внутри небольшие ростки раздражения от фамильярности чародея.

Но ему можно. Это она отчётливо понимала, в отличии от многих других.

Этот человек создал своё собственное королевство, что уже вставало его вровень с основателями многих династий Севера, так ещё и воспитал другого монарха, чьё происхождение… Могут считать таинственным, возможно, неблагородным, но никто не может назвать Вечную Королеву бесчестным человеком — показателен даже пример с судейством.